Дмитрий Фёдоров – Новые дороги (страница 38)

Мы же активно заработали ложками. Вскорости граф поднялся, взял с собой пару пирожков и кружку, после чего удалился вслед за Клайдом. Мы с Настей остались вдвоем и еще пару минут доедали жаркое, которое, и правда, было неплохим. Она первой отложила ложку и взяла пирожок, свернутый в рулет. Отхлебнула из кружки, смывая вкус пряного блюда и потом откусила булку.

— А ничего так. Похоже и на вишню, и на смородину сразу. Приятный вкус. Но эту я еще осилю, а остальные уже нет. — сказал она, прожевав.

— Ничего. Парочку я съем. Остальные с собой заберем, если уж на то пошло. Думаю, у него найдется для нас какой-нибудь чистый холст или мешок, куда мы сможем это все завернуть.

— Что думаешь о нашем временном начальстве?

— Суровый мэн. Но, думаю, он сможет нас удивить. Вероятно, даже приятно удивить. Сама видела — он даже на императора может воздействовать. — ответил я, показательно обведя глазами зал. Мол, «даже у стен есть уши». Настя, вроде поняла.

Через полчаса мы снова были на дороге и бежали дальше. Через шесть часов граф объявил новую остановку, в этот раз мы остались там на больший период времени, он позволил нам поспать шесть часов. А после сна — короткий, но довольно сытный завтрак и снова бег. Еще шесть часов. Даже по самым скромным прикидкам мы преодолели больше тысячи километров. Там, скорее, ближе к тысяче двести было. Наконец, впереди показалась стена тумана, которая быстро приближалась. Последний час мы бежали по довольно хорошей гравийной дороге, которая, как в графстве Винланд, была явно специально подготовлена и утрамбована. Впереди показался просвет в стене тумана, а граф сбросил скорость, останавливаясь перед этим проходом, где стоял аванпост и небольшой форт.

— Ваше сиятельство! С возвращением! Это наши новые сослуживцы? — подскочил к нам стражник с небольшим плюмажем на шлеме.

— Верно. Происшествия?

— Никаких!

— Хорошо. Скоро смена?

— Лейтенант Хадсон меняет нас через три часа!

— Вольно. Несите службу дальше, молодцы.

С этими словами он шагнул в проход, за которым виднелись стены такого же аванпоста. Мы последовали за ним и сразу же нам в лицо ударил яростный ветер, влажный и пробирающий до костей. Мы с Настей поежились — очень уж резким был переход с плюс двадцати пяти до плюс пяти.

— Ха! Не ждали такого приема? Добро пожаловать в Суррей, салаги!

Глава 22

Врата гор

— Посмотри вокруг, парень! Вот, к чему ведет бездумное поглощение осколков нежити!

Граф стоял на взгорке и указывал ладонью вдаль. Вокруг простирались каменистые равнины с редкими выходами известняка, небо было затянуто тучами, а на земле не росли ничего, кроме травы и мха. Тут и там были видны остатки строений, превратившиеся в руины.

— Мои предки так часто уничтожали их осколки, что убили свой собственный! В истории рода говорится, что здесь росли персики! Ты видишь тут персики? Не отвечай, вопрос риторический…

— Но как это произошло? Я знаю, что условия осколка меняются, но ведь все осколки разные. В любом случае среднее значение будет лучше того, что тут есть! — сказал я.

— Нежить, вот что произошло. Я не знаю как, но мертвые костяки как-то меняют под себя погоду на своих осколках. Они у них холоднее, чем у всех остальных. На самых старых и самых больших осколках царит такая лютая зима, что у людей начинают замерзать глаза. Но даже самые маленькие из них всегда холоднее. А наши заставы и крепости так часто подвергались их атакам, что мы сами постоянно живем в холоде. Мы не будем заходить в старый замок моего рода — там нет ничего, кроме стылого камня и небольшого гарнизона. Идем сразу на передовую, там и выспитесь, в крепости тепло и всегда есть свободные койки.

— Не хватает людей? — спросила Настя.

— Да, по естественным для этого места причинам. Они часто умирают. — оскалился в ответ граф.

Мы побежали дальше, преодолев около двадцати километров и попав в следующий осколок. Здесь не было ветров и было немного теплее. Перед входом в следующий осколок стоял форт, где была расквартирована, наверное, сотня солдат.

— Для чего они здесь? — спросил я Генри.

— Последний эшелон обороны на случай масштабного прорыва. Чтобы успеть эвакуировать население Большой Земли около прохода и успели подойти войска соседей. Сейчас сам все увидишь.

Мы прошли два пустых осколка с торчащими кое-где из земли фундаментами и попали в достаточно большой и теплый, он был в диаметре километра полтора, а температура была около пятнадцати градусов.

— «Лесной замок» — это основная база для отдыха, лечения, ротации людей на передовой. — сказал Генри, указывая рукой на большую цитадель на холме. — Если крепость «Врата гор» падет, мы займем оборону здесь, отступив.

— Выглядит солидно, но будет ли этого достаточно?

— Здесь регулярно находятся четыре сотни для ротации и пополнения, подвалы глубоки и обширны, запасов хватит на тысячу человек на три месяца. Да, этого достаточно. Тем более, тут более-менее тепло, нам повезло присоединить к этому осколку парочку не оскверненных нежитью. Но эта крепость — в первую очередь перевалочная база. Скоро вы увидите мою гордость. Десятки тысяч людей положили свои жизни, чтобы выстроить «Врата», а строились они почти двадцать лет. Ни разу еще враг не смог их взять!

Еще два пустых осколка небольшого размера мы проскочили довольно быстро и третий встретил нас зарядом снега в лицо. Он был велик — километров пять в диаметре, но выглядел очень неприветливо. Скальные выходы с наметенными под ними сугробами, глубокие обрывы, кое-где явно вручную стесанные скалы и глубокая пропасть, чтобы оставить врагу только один возможный путь. Путь, ведущий к мрачным, высоким стенам крепости. С нашей стороны от прохода к крепости вела дорога с мостом, переброшенным над пропастью.

— Величие и гордость Суррея. «Врата гор» во всем их великолепии! Когда-то это было баронство очень гордого и сильного народа горцев, сейчас же их остатки разошлись по другим землям, хотя часть все еще служит здесь. Все эти замерзшие леса триста лет назад были зелеными и цветущими местами. Вот оно, влияние нежити. Когда почти три века назад открылся проход и сюда хлынула орда мертвых, горцы и их дом оказались первыми на пути. Они отчаянно сражались и дали нам время на то, чтобы подготовиться и встретить их на равнинах Суррея. Они держались целый день. К нам, тогда еще в цветущий Суррей, вышло всего две сотни человек. Из двух тысяч живших здесь. После этого началась осада замка моих предков, длившаяся три месяца. Только спустя три месяца количество мертвых уменьшилось достаточно для того, чтобы с помощью войск соседей и короля мы смогли откинуть нежить. Но тлетворное ее влияние уже было оказано — сады и посевы погибли, ближайшие осколки были покрыты снегами. И Суррей за пять лет превратился в то, что ты видел сейчас. Точнее, вначале было даже хуже. Мне и моим предкам пару раз повезло, и мы смогли немного улучшить условия графства за счет пары летних осколков. Но до восстановления придется потратить еще сотню-другую лет. Таковы последствия того вторжения. — закончил граф, стоя перед мостом.

— Печальная история.

— Мы почти пали в тот момент, но не были сломлены. Смогли выжить, смогли подняться и крепко встать на границе мира людей. Пусть наши беззаботные времена оказались далеко позади, это лишь добавило нам сил и решимости. Идем. Нас уже давно заметили. — он указал рукой на бегающих по стене людей.

Мы прошли по мосту. Я глянул вниз, перевесившись за ограждение — до дна пропасти было метров сто пятьдесят. Тут даже нежить такого полета не переживет, раскидав свои запчасти по камням. Сам мост в ширину был метра четыре, если считать еще и ограждение. «Проезжая часть» же была не больше трех с половиной. В принципе, если даже крепость падет, строй обученных и прокаченных латников сможет обиваться от мертвых здесь очень долго. Ворота при нашем приближении открылись, пропуская нас внутрь. За внешним кольцом стен было от пятнадцати до тридцати метров пространства, занятого казармами, плацами возле каждой из них и складами. Даже отсюда было видно, что стены, которые с этой стороны были высотой метров в восемь (ага, попробуй даже это «всего» перелезть), с другой поднимались до двенадцати. Видимо, оттуда как раз и шла нежить на штурм. Посередине возвышался донжон, построенный из крупного кирпича. Сам донжон был где-то метров сорок на пятьдесят, правильной прямоугольной формы, с несколькими башнями. Крепость же была почти круглой формы, с расстоянием от стены до стены метров в сто двадцать.

К графу, вошедшему в крепость, подбежал мужчина с торчащим из-под кирасы мехом и с яркими нашивками на плечах.

— Капитан Маклауд, ваше сиятельство, дежурный офицер караула! В настоящий момент на рубеже спокойно, активности нечисти не наблюдается! Шесть часов назад из прохода вышел отряд под руководством рыцаря, был уничтожен летучей сотней капитана Роджерса!

— Вольно, капитан. Полковник у себя?

— У себя.

— Хорошо. Благодарю за службу! И направь к коменданту Роджерса и Бергена.

— Сделаю! Во славу Суррея! — гаркнул капитан, разворачиваясь на пятке и направляясь на противоположную сторону стены.

— Идем, познакомлю с главной гарнизона этой крепости. Вам в любом случае нужно будет с ним взаимодействовать. Я вскоре покину это место, где-то на неделю, а когда вернусь, мы с вами отправимся в поход.