Дмитрий Фёдоров – Новые дороги (страница 16)

— Они не перестанут идти, пока не кончится волна! Уйдите и не мешайте! — крикнул нам мужчина с саблей.

— Да мы же помогаем! — ответил ему Дима

— Мне не нужна помощь! Как и моим людям! Уйдите! — он лишь сильнее разозлился в ответ на это.

Мы вернулись обратно на стену, собрав своих в кучку и наблюдая, время от времени убивая дернувшихся к нам собак.

— Зачем он так? И чего он, вообще, хочет добиться? — спросил Дима, не обращаясь ни к кому из нас конкретно.

— Думаю, все весьма прозаично. Он не хотел делиться. — решил я ответить, хмурясь и смотря на четкие действия мужчины.

С левой руки он время от времени запускал то каменные колья, то ледяные шипы, то какую-то шрапнель, которая убивала или ранила собак. Сабля время от времени начинала светиться и в это время ускорялась вдвое, разрезая врагов на неравные части. Когда его окружали, он периодически использовал полупрозрачную сферу, которая блокировала атаки по нему со всех сторон. В общем, держался он более, чем уверенно. Люди, бегающие по стене, были значительно слабее, но все равно уровень десятый, а то и пятнадцатый, я бы им дал… Но их главный явно был одного со мной поля ягода. То есть, он перевалил за полтинник и потому был по умолчанию очень силен и опасен. А еще непредсказуем… Потому что он применил уже несколько способностей, тогда как его люди — ни одной. Вопрос — он что, сожрал все в одну каску, не поделившись ни с кем? Боюсь представить, на что он способен. У нас дома лежат еще три больших камня, которые мы не успели поглотить, три десятка средних и около ста двадцати малых. Но даже если я поглощу их все, не факт, что с ним сравняюсь, если все ресурсы осколка были в его единоличном распоряжении… А эти ребята, кажется, уже заканчивали. Вот остановился мужик с саблей, так как кончились его противники, через несколько секунд один из его сторонников добил последнюю собаку громоздким молотом, взлетели шары света и начал подниматься дым над трупами псов.

— Не смейте двигаться с места! Все камни принадлежат мне! — донесся до нас рык командира этой группы, — Возьмете хоть один — и вы покойники!

— Успокойся, горячий южный парень, мы просто стоим и смотрим на вас. И ты что, не рад новым людям? Я вот, например, очень рад. Я — Саша, кстати. — ответил я ему.

— Ты помешал мне, Саша, и моим людям становиться сильнее! Это не действия друга, это действия врага!

— Воу-воу, погоди, какие-какие действия? Совсем бешеный что ли? Люди должны сейчас вместе держаться, а ты мне такое высказываешь.

— Вместе, говоришь? Это ты хорошо, правильно говоришь. Присоединяйтесь ко мне, Назиру, пойдите под мою руку, и мы будем вместе бороться с порождениями Иблиса, наводнившими нашу землю!

— Да что-то я не горю желанием, Назир. Ты остынь, подумай, позже поговорим. Хорошего дня, счастливо оставаться и все такое… Пока-пока. — я помахал ему рукой, разворачиваясь.

— Ну, раз ты такой несговорчивый, то придется тебя убить.

Я резко развернулся, отбивая щитом направленную в меня здоровенную сосульку и прыгнул ему навстречу, напитывая ауру по максимуму. Этот бой надо закончить быстро, иначе он достанет из своего арсенала какую-нибудь заковыристую способность и правда меня прибьет. А потому я метнул топор, приближаясь к нему, от которого он уклонился, а затем притянул его, изменив положение руки и разрывая лезвием ему бедро. Он зарычал, обозленный — первая кровь осталась за мной. Главное, чтобы последняя не была за ним… А он, тем временем, налетел на меня и начал шинковать меня светящейся саблей. Я еле успевал блокировать удары топором и щитом, часть из них все равно принимая на доспехи. С них летела стружка, они прорезались, но пока что держались, спасая меня от серьезных травм. Порезы, которые появились на моем теле, меня не особо беспокоили — сами зарастут… А вот то, что артефактная сабля, явно достигшая второго уровня, как и мои топор со щитом, не собирается тухнуть — очень беспокоило. Потому что я толком не мог атаковать в ответ, вынужденный блокировать, парировать и вертеться. Еще минута-другая в таком режиме — и он меня реально превратит в рубленную котлету, потому как я просто-напросто не успеваю за всеми его движениями. Ситуацию спасла Настя, подставив под его руку силовое поле. Довольный, что противник сейчас лишится руки, я запустил ударную волну в топор, собираясь его добить, но от удара запястьем о тонкую грань силового поля полетели искры, он скривился, но нисколько не утратил своего задора. Но долю секунды Настя мне выиграла, а потом я нанес свой удар в туловище этому Назиру. Невероятная, нечеловеческая реакция позволила ему выставить саблю перед топором, блокируя удар, но моя сила удара оказалась выше, а ударная волна, хоть и не сломала ему саблю-артефакт, вывернула ее из кисти, смачно хрустнув согнутыми в обратную сторону пальцами.

Назир заорал, но сражение не прекратил. Мой топор остановил купол, которым он окутался, а потом яркая вспышка зеленого света вернула ему пальцы на место, с влажным хрустом вправив суставы. Сабля сама прыгнула ему в восстановленную руку, а с левой он запустил в меня град каменной шрапнели, отбрасывая на метр, но не нанеся, однако, никакого вреда из-за доспехов. Он поднял руку с саблей над головой, явно собираясь применить умение, но крик остановил его, заставив его защиту покрыться рябью, затем пойти волнами и, наконец, лопнуть со звоном на истаивающие в воздухе осколки. Через полсекунды после этого в него врезался Синдзи, отбрасывая к стене, где его уже ждал Егор с заряженной способностью алебардой, которая подловила летящего мужчину на противоходе, отрубая ему плечо с левой рукой. Он заорал от ужаса, осознавая произошедшее и собирался уже ударить Егора саблей, но брошенный мною топор вошел ему в голову, раскраивая её пополам. Я огляделся — все восемь человек, бывшие с ним, были уже мертвы. Слишком они оказались слабы по сравнению со своим боссом, которые в одиночку мог бы задать знатную трёпку сразу двоим-троим из нас.

А потом они тоже начали испаряться, оставив после себя кучку разнообразных камней на месте босса, включая один радужный, и по камешку от каждого убитого человека. Шар энергии, полученный мной, был достаточен для перехода на пятьдесят второй уровень. За один раз, фактически! «Выгодно, оказывается, людей убивать… скользкая дорожка!» — подумал я.

— Собирайте оружие! — сказал я своим сопровождающим, наклоняясь к сабле и беря ее в руку. Сопротивления я никакого не почувствовал и решил, что оружие уйдет Лене или Маше — у них еще ничего не было такого, а хорошее оружие ближнего боя всегда будет кстати. Черт его знает, как жизнь повернется завтра. Через минуту мы закончили.

— Спасибо вам, ребята, за спасение моей многострадальной жопы. Она этого не забудет! И этого не забуду я, носитель этой самой жопы. Спасибо! — сказал я, делая нарочито серьезный вид.

— Расслабься. Одно дело делаем. — хлопнул меня по плечу Дима, — Меня больше интересует, где у них база? И что это за дырень?

— Про дырень ничего не скажу, но вот где база, думаю, найти сможем. Потому что там сейчас, похоже, жрать готовят. — я тыкнул пальцем в струйку дыма, поднимающуюся за пятиэтажками.

— Только будут ли они нам рады, учитывая то, что мы убили их защитников? — задала вопрос Настя.

— Не попробуем — не узнаем. — пожал я плечами. Уже случилось, рефлексировать нет смысла.

Выживших мы встретили через буквально пятьсот метров, в достаточно большом здании лицея, перед которым из кирпича и камней были сложены очаги, вокруг которых и тусовались люди, что-то готовя из крайне скудного набора продуктов. Это было видно даже отсюда, издалека. А еще было видно, что людей там около сотни. Нет, судя по их виду, они вообще не представляли для нас угрозы… разве что плеваться начнут, тогда под угрозой окажется моя самооценка. Но видеть такую толпу все равно было несколько тревожно, несмотря на то что мы были гораздо сильнее их, даже всех вместе взятых.

— Всем доброго дня! Меня зовут Александр! Так вышло, что у нас возник конфликт с Назиром… и он скоропостижно заболел! Давайте сразу проясним — будут ли какие-то претензии из-за него? Давайте прямо сейчас, чтобы не терять время! Потом жалобы рассматриваться не будут!

— Сука, Воронежская школа дипломатии… — пробормотал Дима, закрывая глаза рукой.

— Он… мертв? — вышла вперед еще довольно симпатичная женщина слегка за сорок с тонкими очками на носу.

— Он подавился мацой прямо у меня на руках, соболезную. — покивал я ей.

— Нет-нет, какие соболезнования, что Вы… Я хочу сказать спасибо! Он был тиран и деспот, каких поискать! Время от времени он забирал к себе женщин и девушек, а потом выгонял их обратно к нам. Сами понимаете, что он с ними делал, вместе с его прихвостнями… Мы же у него были кем-то вроде слуг, чтобы возделывали немногочисленные огороды и рыскали по квартирам, чтобы хоть что-то еще съестное или алкогольное достать. Хотя зачем он пил, если не пьянел — сама не знаю.

— К себе — это куда? — спросил я у нее.

— Гостиница «Калина красная», за лицеем, еще метров сто. Он и нас тут поселил, чтобы поближе к нему были, негодяй, дегенерат, отребье…

— Вы, собственно, кем являетесь, дамочка? — ехидно спросил я, заинтересовавшись ее манерой речи.