Дмитрий Фёдоров – Новые дороги (страница 10)

— Уделал бы. Не так, чтобы прям легко, но с вероятностью процентов в семьдесят пять — восемьдесят я бы его отмудохал.

— Вот видишь. Мы закончили, пора идти домой.

— Хорошо. — я снял шлем, обнял жену и поцеловал ее в губы., — Ты у меня умничка. Знаешь, что и как надо сказать, чтобы я не унывал.

— Ну а кто тебя еще пинать будет, такую ленивую задницу? Если бы не я, до сих пор бы сидел, компы крутил в том сервисном центре за копейки!

— Да-да, это все твоя заслуга, и оконченное мною в тот момент высшее вовсе не играло никакой роли…

— То-то же! Надо уметь признавать выдающиеся заслуги своей жены!

Осколок, как только мы вышли, снова начал рушиться. Наш вырос метров на пятнадцать в радиусе, а рядом с джунглями появилась полоска пляжа с ивами и, о чудо, двумя шелковицами. От границы тумана до пляжа было метров десять, то есть наш пруд сейчас был размером где-то десять на сорок метров, окруженный узким, метра три-четыре, пляжем и цепочкой деревьев. Я подошел к этому пруду, куда уже с визгом бежали дети, и выплеснул из ведра воду с карасями прямо в него:

— Я назову вас Гена и Галя. Плодитесь и размножайтесь!

— А ты умеешь определять пол у карасей? — удивленно спросила Настя.

— Нет, конечно.

— А вдруг это две девочки? Или два мальчика? Как же им плодиться и размножаться?

— Ну, тогда им будет сложнее, конечно… Но я в них верю!

— Хи. Так! Дети! Куда лезем⁈ Сначала проверяют взрослые… — Настя закричала на шмыгнувших к воде детишек и быстрым шагом направилась к ним.

Ко мне подошел Дима и вытер лоб:

— Тебе не кажется кое-что странным?

— А что не так? — повернулся я к нему.

— Температура выросла. В джунглях было теплее, чем у нас и выше влажность. Мне показалось, что я еще тогда заметил изменения, но не придал значения. А еще, вроде, стало чуток темнее, но я не помнил, насколько высоко было солнце до и после. Сейчас же температура явно прибавила еще градус — мне стало уже жарковато. А солнце точно поднялось немного выше.

— Хочешь сказать, что условия нашего осколка меняются в зависимости от того, что мы присоединили? И что неподходящие нам осколки надо как-то игнорировать или, даже, отсоединять? Слушай, если бы я знал, как — я бы так и сделал, честно. Вот прям со всеми осколками, что нам встречались. Но я не знаю!

— Я не требую от тебя действий. Просто знай, что то, что у нас есть — оказывается вовсе не константа. Условия будут меняться. И, вероятно, какую-нибудь лютую зиму лучше вовсе не зачищать, а подождать.

— Спасибо, Дим. Я тебя услышал, буду думать.

Бах! Осколок тряхнуло в очередной раз.

— Что за черт! Сколько времени прошло⁈ — закричал Дима.

— Да минут двадцать, не больше! Бежим туда! — ответил я ему.

Через полминуты мы уже наблюдали интересный горный пейзаж через проход. И все бы ничего, да только прямо сейчас к проходу с той стороны приближалось огромное, покрытое серой в трещинах кожей существо и волокло за собой дубину из вырванной из земли березы.

— Это ведь… — начал Дима.

— Тролль.

Глава 6

Хватит ли сил?

Тролль сделал шаг на наш осколок и почувствовал слабую вибрацию земли — весила эта туша, похоже, тонны две-три. Ростом около четырех метров, скорее, даже чуть больше, толстые и короткие тумбообразные ноги и мощные руки до колен. Не отягощенное интеллектом, грубо вырубленное лицо, но, тем не менее, лицо явно разумного существа. Дури в этой твари было неимоверно много, это чувствовалось, но вряд ли она была сильно быстрой или ловкой. Не с таким телосложением. С другой стороны, как говорится, у носорога плохое зрение, но это не его проблема…

(Это не я, это нейросеть!)

— Переговоры? — предложил я, неловко улыбаясь, чтобы спустя пару секунд упасть на землю, пропуская над собой могучий взмах стволом целого, мать его, дерева. Сантиметров двадцати пяти в диаметре. Причем в его руках пятиметровый дрын выглядел скорее как посох. Такой, прогулочный, для похода по горным тропинкам или там по болоту, кочки перед собой проверять на прочность.

— Мы цивилизованные существа! — крикнул я перед тем, как отскочить в сторону от места, где мгновением позже приземлился ствол дерева, выбивая в грунте яму.

— Ты не оставляешь мне выбора! — гневно воскликнул я, подпрыгивая на два метра, чтобы пропустить под собой дубину, которая вспахала землю, разбрасывая клочья травы.

Приземлившись, я влил изрядную толику энергии в свой топор и метнул его прямо в голову троллю. Топор чиркнул по покатому лбу, разрезая кожу и пуская кровь, но пробить кость не смог. В этот момент Дима подскочил к троллю сбоку окутанная огнем алебарда врезалась ему под коленку, разрезая сухожилия. Тролль заревел, падая на колено и, неожиданно быстро отмахнувшись рукой, отправил брата в полет. Тот пролетел метра четыре и потом закувыркался по земле, оглушенный. Я снова метнул топор, пытаясь попасть в глаза, но гигант просто наклонил голову и топор отскочил от его массивной надбровной дуги, пусть и разворотив ее. Что странно, кровь с его рассеченного лба уже не текла… Он попробовал наотмашь достать меня своей дубиной, но, пока он был обездвижен, я легко смог разорвать дистанцию и не попасть под удар. Спустя секунду оставляющий светящийся след болт влетел в шею троллю и тот поперхнулся собственным рыком. Да только это его не остановило — он нащупал хвостовик болта и выдернул его из раны, щедро плеснув вокруг алой кровью. Пока он отвлекался, я смог подскочить и рубануть его по раненной коленке еще раз. И то, что я там увидел, мне не понравилось — рана выглядела так, будто Дима нанес ее несколько дней назад. Похоже, регенерации этой махины превосходит все, что мы видели раньше. Там должна была быть обугленная плоть, это не лечится быстро, даже с нашими способностями.

До меня донесся крик Насти и спустя долю мгновения снаряд баллисты вошел в пузо троллю. Вот это его уже проняло всерьез, потому как попадание было на редкость удачным, похоже, задев позвоночник. Он выпустил посох из рук и, уперевшись руками в землю, поднял на меня взгляд. А я уже летел к нему, зарядив ударной волной свой топор на полную катушку. Удар бойком был страшный, звук был вообще ни на что не похож. Из глаз и ушей тролля плеснуло кровью, он упал лицом в землю, но его череп уцелел и энергии за убийство я так и не получил. А значит, он еще мог регенерировать! С превращенными в смузи мозгами! Допускать такого я не собирался и принялся рубить его шею, прилагая максимум усилий. В итоге, смог перерубить ее только за семь ударов, настолько она оказалось крепкой и толстой. Его кожа по прочности напоминала больше покрышку грузовика, чем, собственно, кожу. И вот когда его голова отделилась от тела, я получил свой шар энергии, которого, однако, все равно не хватило на повышение уровня. После этого я собирался бежать к Диме, но ему уже оказали помощь, сняв помятую кирасу и выдав розовый камень. Потому подошел я к нему уже не спеша:

— Ты как?

— Подумать только, меня чуть не прихлопнули как муху одной оплеухой. Он вмял мне кирасу и, кажется, даже сломал пару рёбер. Синяки, которые я получил от поцелуев в землей, вообще не в счет.

— Михалыч сможет починить, надеюсь. Синдзи, спасибо за брата. — кивнул я парню, который помог Диме прийти в себя и снял с него кирасу.

— Всегда рад. Только, товарищи начальники, у нас проблема — их там еще несколько! — он указал рукой в сторону прохода, где виднелось еще с десяток таких же приближающихся фигур.

— Что, братец? Кажется, мы в жопе? — невесело отметил Дима.

— Все за стены! — заорал я, хватая Диму под руку и быстро направляясь в сторону крепости. — Все за стены!

Как только первый тролль зашел на наш осколок, две стрелы из баллист, пущенные Настей и Машей, воткнулись ему в грудь, заставляя с обиженным ревом повалится ничком, обламывая их и загоняя еще глубже. Следующий за ним тролль шагнул вперед, загораживая раненного товарища и помогая ему подняться. Это плохо, значит, социализация у них есть и они будут действовать сообща. Что, учитывая их дурь и потрясающие способности к регенерации, будет для нас суровым испытанием.

— Готовьте напалм! Они должен препятствовать их исцелению! Дима, возьми наш старый бронник и вставай в строй!

Баллисты ударили еще раз, при этом что Настя, что Маша использовали свои способности: снаряд Маши пробил насквозь голову тролля, оставив в ней дыру сантиметров пяти в диаметре и вынеся часть черепа на выходе, воткнувшись в грудь следующему за ним здоровяку, а Настин разорвал шею другому, фактически оторвав ему голову. Этот уже не встанет… А затем тролли сыграли с нами в городки, запустив свои дубины. Вертясь как пропеллер, они снесли одну из башен с баллистами, где сидела Настя. Буквально за долю мгновения до этого Настя успела прыгнуть вбок, уходя из под удара!

— Настя! — закричал я, беспокоясь за свою жену.

— Я в порядке! — донеслось снизу, из под стены. — Сейчас поднимусь.

У меня отлегло от сердца. Вторая баллиста еще в строю, а снаряды у них вроде закончились. Я подпалил бутылку с напалмом и с силой метнул ее в голову ближайшего тролля заставляя его орать от боли и стряхивать с себя горящую смесь. За мной повторили и все остальные, устроив настоящий дождь из огня на головы врагов. Но парочка смогла остаться невредимыми. Один направился к стене, второй же взял разгон и спустя пять секунд с грохотом врезался в ворота, выворачивая створки и вываливаясь к нам во двор. Я успел вовремя, спрыгнув ему на плечи и зарядив ударной волной прямо по затылку, заставляя его упасть мордой в землю, как подрубленного. Оглянулся — здоровяка, который собирался залезть на стену, смогли скинуть вниз, отрубив ему три пальца. Раз так — у меня было время и я принялся рубить шею этому троллю, управившись, в этот раз, за шесть ударов. Минус три. Остальные смогут оправиться, если дать им время.