Дмитрий Евдокимов – Горизонты Холода (страница 48)

– Катапульты! – приказал поручик, на этот раз поручая передать сообщение одному из своих помощников.

Андреев сразу отметил предусмотрительность товарища, потому что среди грохота развернувшегося сражения обычный голосовой сигнал вполне мог быть не услышан находящимися на отдаленных позициях подчиненными. Сейчас же помощник бросился к высокому дереву, на котором был расположен сигнальный пост – густая крона надежно укрывала его от взглядов со стороны моря, зато со стороны суши лишние ветви и листва были заблаговременно подчищены. Каким точно образом был передан сигнал на этот раз, Иван не видел, но в том, что приказ дошел до адресата, нисколько не сомневался.

На этот раз не было грохота выстрелов и облаков порохового дыма над экзотическими для выходцев из Старого Света деревьями, просто буквально на головы подданным фрадштадтского короля упали и раскололись о землю пять или шесть необычных снарядов. В первый миг Ивану показалось, что это какие-то глиняные сосуды, но в следующее мгновение он понял, что это осиные гнезда! И тучи их разъяренных обитателей сейчас взвились в воздух, жаля без разбора всех оказавшихся рядом живых существ. Вот тут-то и началось на прибрежной полосе настоящее веселье!

Фрадштадтцы в ужасе метались по берегу, крича и отчаянно размахивая руками. Кто-то пытался зарыться в песок, кто-то в суматохе срывался в волчьи ямы, кто-то искал спасения в воде. А тут еще, по следующему сигналу Силкина, по пристрелянным квадратам открыли огонь спрятанные в джунглях минометчики.

Впрочем, «Нептун» тоже продолжал щедро сеять чугунные ядра на местности, так что малая артиллерия не стала увлекаться и, сделав по семь-восемь выстрелов, тоже прекратила огонь, уйдя подальше от берега. Но минометный обстрел свое дело сделал – нагнал еще больше страха на участников десанта и заставил их броситься в воду. Часть островитян, спасаясь от вездесущих ос, направилась назад к своим кораблям вплавь, а часть спешила отойти подальше от берега на шлюпках, надеясь одновременно выйти из-под обстрела и поскорее оставить позади разъяренных лесных насекомых.

Стало абсолютно ясно, что высадка фрадштадтцев в Престоне на сегодня сорвана. Берег завален убитыми, ранеными, опухшими от осиных укусов солдатами, а прибрежные воды усеяны удирающими шлюпками и головами спасающихся вплавь островитян.

Однако с этим был не согласен некий примечательный персонаж, стоявший на носу недавно отчалившей от линейного корабля шлюпки. Высокий худощавый мужчина средних лет, в выглядящем совершенно неуместным в сложившихся условиях парике темного цвета, одетый в расшитый золотыми позументами камзол, короткие штаны и чулки с туфлями, бешено размахивал руками и надсадно кричал, пытаясь заставить бегущих на корабли людей повернуть обратно.

– Хм… Какой колоритный дядя! – с удивлением воскликнул Силкин. – Что бы такого придумать?

– Знать бы заранее, – задумчиво протянул Андреев, тоже разглядывая в бинокль необычного гостя.

– Ты еще здесь? – поручик был настолько поглощен управлением хода боя, что даже не догадывался о присутствии рядом товарища, с которым распрощался чуть не час назад. Впрочем, глаза его тут же загорелись навеянной словами Ивана идеей, но в следующий миг он уже отмел ее как неосуществимую: – А может… хотя нет. Не получится.

– Ты прав, – понимающе покивал головой Андреев, – поймать бы красавчика, да не успеваем приготовиться. А на берег он вряд ли сойдет.

– Да-а, так повезти нам не может, – согласился Алексей. – Жаль-жаль. Ну да ладно, нельзя просить у судьбы слишком многого. А ты чего не ушел?

– Так интересно же!

– Интересно? Интересно было бы, если б наши корабли ударили сейчас фрадштадтцам в тыл!

– Ты же знаешь!.. – досадливо поморщился Андреев.

– Да знаю, знаю! – поспешил успокоить его Силкин, растягивая губы в саркастической улыбке. – Гуирийцы должны справиться сами. По крайней мере, постараться, чтобы не светить раньше времени наши корабли.

– О! А ты говорил, что уже неинтересно! – радостно воскликнул Иван, продолжавший наблюдение за странным фрадштадтцем. – Он что же, всерьез считал, что осы его не тронут?

– Голубая кровь? – хмыкнул поручик, тоже вскидывая к глазам бинокль.

А в прибрежных водах тем временем разыгрывался очередной акт трагикомедии о высадке фрадштадтцев в Престоне. Шлюпка с сердитым господином слишком приблизилась к берегу, достигнув зоны действия осиного роя. Справедливости ради следует отметить, что несколько удиравших шлюпок поддались на его угрозы или уговоры и снова развернулись в сторону берега. Однако грозные насекомые все еще не думали отступаться от своей мести и не собирались делать каких-либо исключений для знатных господ. А поскольку вычурно одетый островитянин слишком активно размахивал руками, то осы атаковали его гораздо яростнее, чем гребцов. В результате бедняга, пытаясь защититься от маленьких крылатых агрессоров и в то же время избежать падения за борт, исполнял такие па, на какие вряд ли был способен в другой ситуации. Со стороны это выглядело очень комично, так что Андреев с Силкиным повеселились вволю.

Собственно говоря, на этом сегодняшние попытки фрадштадтцев высадиться в Престоне завершились. Шлюпка с сердитым господином развернулась и быстро помчалась в сторону «Нептуна». Лишившись последнего побуждающего к действию фактора, за ней тут же последовали и остальные. Стрельба с кораблей прекратилась, поскольку с берега на нее давно уже никто не отвечал, а просто так палить по джунглям не было никакого смысла.

Предугадать дальнейшие действия островитян было сложно. Может, они собирались попытать счастья на следующий день, а может, в головах их командиров зрело решение поискать другое место для высадки. Но у Силкина на этот счет были свои соображения, долженствующие помочь противнику принять единственно верное решение – убраться восвояси.

А потому около трех часов пополуночи сотни легких и быстрых туземных лодок, осторожно прокравшись вдоль побережья, ринулись к стоявшим на якорях фрадштадтским кораблям.

Скорее всего, первыми их заметили на линейном корабле, именно там у жителей Благословенных Островов служба была поставлена более или менее сносно. Но из-за стремительности нападения и хорошей организации нападавших поднятая тревога все равно оказалась запоздалой.

Туземный флот на ходу разделился на группы, четко знающие свою цель и порядок действий, и атаковал сразу все вражеские суда. Первым делом гуирийцы принялись метать на палубы кораблей зажженные факелы, что не всегда и везде удавалось сделать из-за высоты бортов, однако этим действием была сознательно посеяна паника среди членов корабельных команд. Далее, пользуясь моментом неразберихи, туземцы быстро крепили крючьями часть своих лодок к фрадштадтским кораблям, ловко пересаживались в соседние лодки и убирались прочь. Оставленные же скрепленными с судами островитян лодчонки тут же вспыхивали ярким пламенем, которое грозилось перекинуться на корабельные борта.

Честно говоря, брандеры из гуирийских лодок вышли так себе, просто ничего более весомого под рукой у Силкина не оказалось, вот и пришлось на скорую руку импровизировать с тюками соломы и емкостями с горючим маслом местного производства. Тем не менее эффект неожиданности и слаженность действий туземных экипажей кое-какие плоды принесли. Двум небольшим судам фрадштадтцев так и не удалось справиться с огнем, и к утру они затонули. Остальные корабли флотилии отделались легким испугом, но и этих приключений оказалось достаточно, чтобы командование эскадры решилось более не испытывать судьбу.

На следующий день под прикрытием пушек «Нептуна» островитяне предприняли несколько вылазок на берег с целью поиска раненых и захоронения убитых, после чего оставшиеся на плаву корабли подняли паруса и взяли курс на север.

– В следующий раз они подготовятся лучше. И будут намного злее, – задумчиво вымолвил Андреев, глядя вслед уходящей флотилии.

– Да мы здесь тоже добрее не становимся, – отозвался Силкин, прихлопывая на щеке очередного комара. – Дважды отделали их, отделаем и в третий раз. Только думаю я, что не до нас фрадштадтцам сейчас будет. Михаил Васильевич их в клещи взял: дернутся на север – останутся без юга, дернутся на юг – потеряют север.

– Забываешь ты, Алексей, что у губернатора Ричмонда в пять раз больше людей под ружьем, чем у нашего князя. Как идти против такой силы?

– Знаешь, Ваня, – в тон товарищу ответил поручик, – почему-то кажется мне, что его сиятельство подобный расклад не сильно волнует. Он столько раз уже преподавал урок врагам Таридии! Что-то придумает и на этот раз.

– Вот уж в чем я совершенно не сомневаюсь, – усмехнулся Андреев. – На то он и Князь Холод.

– Так и я о том же! – согласился Силкин, устало утирая пот с лица. Больше всего на свете ему сейчас хотелось с разбегу прыгнуть в сугроб, но он настойчиво гнал эти мысли прочь. По всему выходило, что снег он увидит еще не скоро.

29

Джеймсу с трудом удавалось скрывать злорадное ликование – князь все-таки явился! Вопреки его собственным опасениям и скепсису Паттерсона, Бодров прибыл на встречу. Личный враг Ричмонда, а после вероломного нападения на Форт-Хэтчер Джеймс считал именно так, только что поднялся на борт «Святого Альфонсо» – фрегата, любезно предоставленного для проведения встречи губернатором криольской колонии в Рунгазее доном Стефано ди Кальчио. Доставивший князя к месту встречи несуразного вида пароходофрегат «Север», заглушив свою ужасную паровую машину, встал на якорь в паре сотен метров к северо-западу, нацелив на линейный корабль «Король Артур», на котором прибыл генерал Ричмонд, свой хищный нос с демонстративно расчехленными орудиями. Как будто две таридийские пушки могли напугать линкор военного флота Фрадштадтских островов!