Дмитрий Емец – Мост в чужую мечту (страница 1)
Дмитрий Александрович Емец
Мост в чужую мечту
МАТЕРИАЛЫ ПО ПРОЕКТУ С КОДОВЫМ НАЗВАНИЕМ: «Операция «Опора»
Секретно
Доступ: Гай, Белдо, Тилль, Долбушин, их заместители, руководители оперативных подразделений.
Уважаемые господа!
Как Вам известно, помимо значительного числа зарядных тайников, Москва охраняется четырьмя шныровскими базами – СЕВЕР, ВОСТОК, ЮГ и ЗАПАД. Расположенные в географически уникальных точках, базы мешают нам контролировать город.
Захват даже одной такой базы позволит нарушить уникальность шныровской защиты, однако из-за мощи охранных закладок открытый штурм не представляется возможным. База может быть атакована не раньше, чем закладка окажется вынесенной за пределы ее территории кем-либо из шныров и попадет к нам в руки.
Недавно мы потеряли одного из наших лучших телепатов-слухачей Каролину Мухину (протокол вскрытия тела и последующего считывания памяти, подписанный фельд. А. Уточкиным, см. в прил. № 1). Перед вами – последний из осуществленных ею перехватов.
В каждом предлагаемом Вашему вниманию отрывке беседуют два голоса. Первый принадлежит, предположительно, руководителю ШНыра. Личность второго говорящего в каждом случае разная. Однако есть основания предполагать, что все собеседники имеют отношение к шнырам недавнего набора.
Именно они, как не имеющие достаточного опыта, могут быть максимально полезны в захвате закладки.
Дальнейшая расшифровка звукового перехвата станет возможной при проведении повторного допроса трупа Каролины Мухиной. Однако уже сейчас, на основе анализа характеров шныров нового набора, мы можем определить объект для проведения операции «Опора».
С уважением,
Феликс (Дидрих) Кречковский,
начальник отдела стратегического планирования
Внизу черной ручкой резолюция Гая:
Глава 1
ЗМЕЙКА
Рина остановилась.
– У меня прекрасный план! Давай ты будешь меня всегда любить!
– А ты? – спросил Сашка с надеждой.
– Э, нет! Это уже твой план! Давай мы вместе будем любить меня!
Ветер налетал порывами. Вдоль длинных домов и по проспектам невозможно было идти – сбивало с ног, хлестало по лицу. Эля, бывшая подруга дочери Долбушина Ани – та самая, которую Долбушин когда-то грубо сгреб за шею зонтом и отбросил за загородку, – пряталась от ветра и хитро лавировала, передвигаясь двориками. Сделав очередной поворот и вынырнув у мусорных баков, она внезапно увидела толпу. Не особенно большую, человек в тридцать, но обеспокоенную. Ощущалось, что стряслось нечто серьезное. Было это напротив длинного и массивного сталинского дома недалеко от метро «Сокол». Эля немного поколебалась и подошла.
Люди полукругом сгрудились под окнами первого подъезда, не заходя на заваленный снегом газон. Эля осторожно пробилась в первые ряды и остановилась рядом с бойким молодым человеком, который все время вертелся и подпрыгивал. Из подъезда выскочил мужчина в тренировочных брюках и накинутой на плечи дубленке.
– Милицию вызвали?
– Да уж как уж где уж! Вас, конечно, ждали! – колкостью ответила старушонка в лисьей шапке.
Эля с жадным испугом вглядывалась в снег. Она чувствовала, что разгадка рядом, на газоне, но по-прежнему не замечала ничего особенного. Разве что странной формы палку, обмотанную синей тряпкой. Эле потребовалась почти минута, чтобы понять: синяя палка – торчащая из сугроба нога.
Подъехала «Скорая». На газон пошел врач – усталый, средних лет, с черными усами и седой щетиной на подбородке. Из-под полушубка выглядывал короткий голубоватый халат. Зябко ежась от снега, который лез ему в брючины, врач неохотно дошел до лежащего человека. Наклонился, посмотрел внимательно, но трогать не стал.
– Вы его отройте! Может, укол поможет? – засуетился бойкий молодой человек.
– Поучи, поучи… – кисло ответил врач. – Откуда он сиганул?
– Похоже, с четвертого, – молодой человек ткнул пальцем вверх.