Дмитрий Дубов – Призыватель нулевого ранга. Том 6 (страница 19)

— Ребят, — в разговор вступила Юля, которая до этого только стояла и слушала, — я, конечно, всё понимаю. Мы все очень ценим Макса и то, что он сделал, действительно невероятно. Но давайте как-то вернёмся к насущным вопросам. Дело в том, что без него нам всё равно как-то нужно существовать. Давайте решим: остаёмся ли мы в рамках гильдии или будем что-то менять? Возможно, разойдёмся на время, но, если вдруг Макс вернётся — мы, конечно же, соберёмся снова.

Асакура посмотрела на свою ученицу с таким видом, будто пыталась задушить её одним взглядом.

— Никуда мы расходиться не будем, — сказала она. — Мы — гильдия Гардара, мы — его сила. Если ты не хочешь оставаться с нами, ты можешь уйти. А мы будем нести его знамя, пока у нас есть эта возможность.

— Да вы меня просто неправильно поняли, — сказала Юля. — Ну, нам как-то дальше надо жить. Что мы будем делать? Не будем же мы сидеть в этом доме и ждать, пока вернётся Макс.

— Не будем, — согласилась с ней Асакура. И тут уже все взгляды приковались к ней. — Я говорила с императором перед тем, как покинуть Подгорный. Он пообещал выделить нам необходимые средства для того, чтобы начать поиски.

— А как мы будем его искать? — удивилась Ника.

— Пока не знаю, — ответила Асакура, затем выпила чай так, словно это был крепкий алкоголь и закончила: — Но в одном я уверена наверняка: мы придумаем, как его найти. И обязательно найдём.

— Мне хотелось бы увидеть Макса ещё раз, — сказал на это Леха.

— И не один, — улыбнулся Кевин.

— Что ж, — проговорила Асакура, — если мы остаёмся в гильдии в таком составе, предлагаю сейчас немного отдохнуть, а потом собраться и накидать варианты: как мы можем помочь Максу вернуться.

Я с удовольствием наблюдал за шоком тех людей, которые думали, что решают мою судьбу.

«Хрен вам», — думал я. Мне просто было интересно, до чего они ещё договорятся. Но это уже переходило все границы.

Единственный, кто более или менее сохранял спокойствие, — это был тот, кого называли Агунар. Он явно не принадлежал к знатным слоям этого общества, но настолько отличился своими действиями, что его позвали на высокое собрание. Однако даже он вскочил со своего места и уставился на меня.

— Ты же… ты же чужеземец, — сказал он с волнением.

— Ну да, — ответил я, снова на их языке, — чужеземец. И что?

— Почему ты раньше не давал знать, что… Почему ты раньше не показывал, что знаешь наш язык? — он пытался перебороть волнение, но получалось пока не очень.

— Зачем? — удивился я. — Мне вот было интересно, о чём вы тут болтаете. И не зря.

Агунар повернулся к тому, кто сидел выше всех. Этот невероятно толстый господин весь собрался и сидел сейчас настороже. Попутно он уже нажал что-то на своём телефонном аппарате — судя по всему, вызвал охрану.

— Ваше сиятельство, — сказал ему Агунар, — считаю, что обстоятельства изменились, и поэтому нам необходимо пересмотреть подход к нашему пленному.

— Согласен, — ответил тот, что сидел выше всех. — Полагаю, что данные обстоятельства сильно повлияют на наше мнение.

Я повернулся к нему и сказал:

— Да мне, говорю, по большому счёту, плевать на ваше мнение. Я к вам пришёл с миром, я спас вас от монстров, а вы относитесь ко мне как к пленнику, будто я вам сделал что-то плохое. Поэтому давайте либо разговаривать на равных, либо не разговаривать вовсе.

— Не стоит так говорить с его сиятельством, — повернулся ко мне Агунар. — Я бы попросил от вас больше уважения.

— Ну, я бы тогда тоже попросил от вас больше уважения, — ответил я. — Но потихоньку стал уже остывать, потому что мгновенная ярость, охватившая меня в момент заочного приговора, уже начала стихать.

— Мы бы хотели допросить вас, — проговорил Агунар, глядя мне прямо в глаза. — У нас много вопросов, и от ответов на них зависит ваша дальнейшая судьба.

— Послушайте, — я встал и прошёлся мимо замерших господ, — я, конечно, всё понимаю: вы тут главные, вершите суд и всё такое. Ну, давайте тогда будем разговаривать с вами в более спокойном тоне. Не допрашивать, а просто расспрашивать. На практически любые ваши вопросы я смогу ответить без проблем.

Агунар посмотрел на того, которого он называл «ваше сиятельство», и который сидел выше всех. Тот медленно и важно кивнул, а потом обратился ко мне:

— Меня зовут господин Лид, чужеземец, — произнёс он, пытаясь сделать так, чтобы каждое его слово звучало весомо.

— Господин Лид, — проговорил я, глядя ему прямо в глаза. — Не скажу, что мне приятно с вами познакомиться после всех событий, произошедших между нами. Но всё же будем знакомы. Меня зовут Гардар, или, на языке той земли, откуда я прибыл, Макс Грушин.

Тут я себя поймал, что мой голос звучит слишком жёстко, поэтому постарался немного смягчить его.

— Первым делом, — продолжил я, — считаю, что для нашего общения необходимо убрать приговор короля. А я так понимаю, сделать это может только он. Поэтому прошу вас: либо напишите ему об этом, либо наше с вами общение завершено.

— Я вас понял, чужестранец Гардар, — ответил мне толстый Лид. — Сейчас специальные люди займутся этим вопросом. Полагаю, информация о том, что вы идёте на переговоры, будет позитивно встречена нашим солнцеликим правителем.

— А пока давайте, всё-таки, просто поговорим. Я задам несколько вопросов, мои помощники тоже зададут несколько вопросов, и дальше мы уже будем решать, что с вами делать.

Я не торопился отвечать. С лёгкой улыбкой наблюдал за тем, как предпоследний по рангу спускается вниз и подбирает свою вставную челюсть. Пришедший уборщик сгребал в кучу осколки и кружки. Ещё один из судей — или кто они там были — после этого получил новую кружку с кофе или чаем. Я не стал вдаваться в подробности.

«Ну что, считаешь, Роб? — спросил я у своего защитника. — Следует с ними разговаривать, или послать их к чёртовой матери и поехать домой?»

«Насколько я знаю из истории этого мира, — ответил мне Роб, — отношения у империи с Островами очень плохие, можно сказать, что их вообще нет. Но учитывая тот факт, что ты им только что, по сути, спас государственность — а может, и всё население — можно попробовать сделать из этого отличный дипломатический инструмент. Основная проблема заключается только в том, что, скорее всего, они просто не воспримут тебя как равного им человека».

Это я уже и так видел. После шока первых минут, когда я заговорил на их наречии, толстяки и Агунар, сидевший ниже всех, уже пришли в себя. Они деловито переглядывались между собой и готовились к тому, чтобы вести допрос. Я полагал, что это не будет похоже на простое задавание вопросов — это будет именно допрос.

Ну, ничего. Если есть шанс помочь империи, почему бы им не воспользоваться? В конце концов, от меня не убудет. Я всегда смогу хлопнуть дверью и уйти отсюда. Вряд ли они что-то смогут мне сделать.

«Эх, жаль, телефон сгорел, — подумал я. — Я бы сейчас позвонил нашим, и сюда уже неслась бы группа поддержки».

— Хорошо, — ответил я, снова повернувшись к Лиду. — Я отвечу на те ваши вопросы, на которые знаю ответ. И всё же прошу перевести нашу беседу из враждебной в дипломатическую. Дружественности от вас я не жду — она мне не нужна.

— Запрос нашему светлоликому королю на ваше помилование отправлен, — ответил он мне своими толстыми губами. — Ну, давайте всё-таки разберёмся с тем, кто вы такой?

Он замер после этой фразы, и я даже не сразу понял, что это уже был вопрос. Кто я такой? Интересно… Я задумался. Окинул взглядом присутствующих и проговорил:

— Пару месяцев назад я был обычным школьником, который грезил стать призывателем, ходить в данжи и убивать монстров, зарабатывая на этом деньги и, возможно, какую-то славу. После инициации выяснилось, что я не очень сильный призыватель. Но всё-таки начал ходить в данжи и сражаться с монстрами.

Я замолчал, потому что именно так себе представлял ответ на вышеозвученный вопрос. Но всё-таки оставалась какая-то недосказанность.

— Ну… собственно… Что я могу ещё про себя сказать? —добавил я. — Достойный гражданин своего государства.

— То есть ты обычный призыватель? — уставился на меня Агунар. — Никакой не сверхмонстр, который прикинулся человеком?

— Тс-с! — шикнул на него Лид. — Зачем ты выдаёшь ему наши подозрения?

Ах, вот оно что! — понял я. Они решили, что я — монстр, прикинувшийся человеком. Ну что ж, ладно. Теперь хотя бы понятно, что им говорить.

— Нет, ребята, я не монстр, — сказал я. — Я самый обычный человек из Российской империи. Рос как все, ходил в школу, прошёл инициацию. Всё.

— Хорошо, допустим, — сказал Лид. — Но почему тогда ты вышел из портала?

Я задумался. Это не такая уж простая история.

— Максим, — обратился ко мне Агунар — кажется, он изменил ко мне своё отношение и теперь разговаривал со мной, ну, как с обычным человеком — может быть, не сильно ему приятным, но уже не как с врагом. — Это очень важный вопрос. Поймите, дело в том, что из портала выходят монстры — только монстры и ничего, кроме монстров. Естественно, когда из портала появились вы… Как иначе мы должны были к вам относиться?

— Что касается портала, вы же знаете, наверное, только об одном его виде, — ответил я. — Том, который выплёвывает монстров к вам прямо домой, так сказать. Но у нас в империи появился другой вид портала. Что-то заставило его развернуться, и вместо того чтобы выплёвывать в наш мир монстров, он вдруг начал засасывать в себя наши земли.