Дмитрий Дубов – Электро (страница 16)

– А ты хитрый лис.

Во втором списке были три фамилии, и все одинаковые.

– А я, – сказал толстяк, – полечу с женой и двумя младшенькими. Я понял за последние дни, что люблю её больше жизни и не смогу без неё.

– А когда она узнает, что это всё ты? Думаешь, она будет относиться к тебе по-прежнему?

– По-прежнему точно нет. Но я уверен, что она хотя бы попробует понять меня. Правда, глядя на то, что происходит вокруг, я уже и сам не всегда понимаю себя.

– Ну, не хандри, друг, с такими деньгами это не к лицу.

– Друг, хах, – толстяк даже хохотнул, но вышло это очень жалко и неестественно, – раньше мы все были врагами, ибо наши государства враждовали во все времена, а сейчас, стоило совершить совместную подлость – друг.

– Ты же сам сказал, если бы не мы, они нашли бы других.

– Лишь эта мысль и позволяет мне засыпать вечерами.

– Мы же всё-таки люди, – худой уже явно был подшофе, а бутылка виски перед ним – ополовинена, – и ничто человеческое нам не чуждо. Но мне странно другое. Почему-то электричество, что осталось на планете, ведёт себя настолько странно, что им практически невозможно пользоваться. Аккумуляторы разряжаются на раз-два.

– Мы мало знаем обо всём этом. Уверен, дело как раз в энергетических лучах, которых больше нет.

– Ну, да, а религиозные практики вообще были уверены, что это чуть ли не тело самой богини.

– Это вряд ли, но именно лучам, я уверен, мы были обязаны простоте в обращении с электричеством. У наших покупателей, по их словам, такого нет.

– Вот да, на кой чёрт им понадобилось электричество, когда у них такие технологии?

– Нам этого не объяснили. Мы поставили свои подписи под документом и получили за это баснословные деньги, а вот всё остальное не нашего ума дела.

– Ну, будь по-твоему, при случае всё-таки спрошу, нафига им это понадобилось.

– Хорошо. А сейчас, – хозяин резиденции посмотрел на часы, – предлагаю всем заехать за родными и взять всё необходимое. Встречаемся тут же через двадцать часов, за два часа до этого – последний сеанс связи.

– Договорились, – толстяк поднялся и пошёл к выходу.

– Я всегда на связи, у меня пока остались источники питания, – худой налил себе ещё виски и выпил его залпом. – Скоро увидимся.

Они вышли, а хозяин резиденции снова подошёл к экрану и заглянул в него, будто это было окно.

– Да, если бы не мы, скорее всего, они нашли бы других, – пробормотал он себе под нос.

00.86

Великаны – тоже жители легенд, но не столь древних, как легенды о роботах, работающих на расщеплении ядер. Предания гласили, что великанов породила генная инженерия, запрещённая всего пару сотен лет назад. Практически каждый старик рассказывал, что знал человека, который видел великана. Так это или нет, сказать сложно, но в современном мире места для них уже не осталось. Их дикий нрав не поддавался укрощению, поэтому они были уничтожены армиями и рыцарями-одиночками. Последний из великанов был умерщвлён по приказу президента Севера почти сто лет назад.

Так было написано в летописях. Но сейчас целых два гиганта неслись на Арнольда, Шарлин и Эдгара.

Если противник гораздо больше и сильнее тебя, помнил Арнольд, не надейся выиграть бой честно. У любого есть свои слабые места, и основная задача – в самом начале боя нащупать их. Тогда можно надеяться на победу. В противном случае, тебя задавят массой.

Великан, бросившийся на свободного рыцаря, был быстр. Он уже выбежал с поднятой дубиной, размерами сопоставимой с хорошей яблоней, а через пару секунд опустил её на голову мужчины. Точнее туда, где за мгновение до этого была его голова. Как бы ни был быстр великан, Арнольд оказался гораздо быстрее. Он отпрыгнул вбок, а затем перекатился за спину ходячей громадины. Ему под руку подвернулся тяжёлый резной стул, инкрустированный драгоценными камнями. Недолго думая, электрострелок схватил его и снизу-вверх нанёс удар туда, где у великана должно было находиться его мужское достоинство. Стул разлетелся в щепки, драгоценные камни усыпали пол кабинета, а великан и бровью не повёл. Судя по всему, на случай такого удара он был защищён.

Второй великан кинулся было к Эдгару. Писатель попятился, зацепился ногой за тумбу и упал навзничь. В следующее мгновение тумбу разнесло ударом дубины. Великан взревел и вновь поднял своё орудие. Теперь-то он ни за что не промахнётся, этой жертве не уйти.

– Какой хороший магнит, – раздался в этот момент механический голос, – я не могу даже лапой пошевелить.

– Сейчас что-нибудь придумаем, – бросила Шарлин и ринулась на второго великана, готового уже прикончить писателя.

Эдгар весь сжался и закрыл лицо руками, предчувствуя, как дубина из ствола дерева опустится и раскрошит ему череп. Но именно тогда и подоспела Шарлин.

– Только и умеешь, что с инвалидами сражаться!? – крикнула она и шпилькой со всей силы ударила по стопе великана.

Тот взвыл и выронил своё орудие. Женщина едва успела высвободить ногу из туфли, безнадёжно застрявшей в плоти гиганта, как тот сел посреди кабинета и завыл, баюкая покалеченную конечность.

– Вставай, бездельник! – закричал на него банкир. – Вставай и прикончи их!

Великан, подвывая от боли, выдрал острый каблук у себя из ноги и выбросил туфлю в сторону. Затем поднялся и, прихрамывая, двинулся на Эдгара.

– По-моему, – заметила Шарлин, – я показала тебе, с кем ты будешь сражаться.

Гигант обернулся к ней и замер. Он никак не мог уразуметь, что ему придётся биться с женщиной.

– Да убей ты уже эту стерву! – банкир хоть и был сейчас хозяином положения, но жался к стене, чтобы его не зацепили ненароком в пылу битвы.

У Арнольда дела шли не так бойко. Ему не удавалось не то что разоружить противника, но и нанести ему хоть какой-то значительный вред. Все удары великан игнорировал, словно и не замечал их. А оружие, из которого можно было его прикончить, намертво примагнитилось к стене рядом с роботом-пауком. В бешеном кружении, наподобие смертельного танца с противником, мужчина поймал себя на том, что начинает уставать. Любой обычный человек уже потерял бы сознание от его приёмов, но этому громиле было всё равно. В конце концов свободный рыцарь вынужден был уже не нападать, а увёртываться от стремительных атак великана. Дубина свистела всё ближе и ближе к его черепу. Арнольд понимал, что это не может продолжаться вечно: в какой-то момент он устанет настолько, что не сможет вовремя увернуться, и тогда его настигнет смертельный удар, который разотрёт его кости в муку. Изловчившись, он прыгнул на дубину громилы, но не смог вырвать её у него из рук, а так и повис на ней.

Второй великан медлил, словно специально. Он не мог не исполнить приказ хозяина, но и убивать женщину ему претила его мужская сущность. Он нарочито медленно нагнулся за дубиной, и вот тут на его голову опустилась письменная конторка, стоявшая неподалёку. Гигант потерял равновесие и рухнул на пол. Шарлин удовлетворённо отряхнула руки и направилась за своей туфлей.

Эдгар понял, что пока ему ничего не угрожает, поднялся на ноги и бросился к банкиру. Тот был увлечён поединком одного из своих громил с Арнольдом, поэтому не увидел надвигавшейся опасности. Писатель схватил со стола пресс-папье – оружие, которым он владел в совершенстве, и обрушил его на голову барона Красного Щита. Тот осел на пол с застывшим на лице удивлением. Дело оставалось за малым: найти кнопку и вырубить магнит. Но стоило литератору перешагнуть через бесчувственное тело Зигмунда, как его смело Арнольдом, вцепившимся в дубину великана. Эдгар отлетел к стене и распластался на полу недалеко от Наисветлейшего.

– Как нехорошо получилось, – прокомментировал паук, – а освобождение было так близко.

Великан, остававшийся ещё на ногах, понял, что просто так он Арнольда не стряхнёт. Тогда он пожертвовал своим орудием и отшвырнул дубину вместе с мужчиной в стену, да с такой силой, что даже переживший многое электрострелок на несколько минут лишился сознания.

Видя, что ряды её друзей редеют, Шарлин сама ринулась на великана. Однако тот не обладал той же сентиментальностью, что его собрат. Походя, он махнул своей огромной ручищей, и вот уже женщина, одолевшая одного гиганта, заняла своё место на полу недалеко от него, ударившись о стену кабинета.

– Нас оставалось только двое, – не слишком музыкально пропел паук, – из восемнадцати ребят.

В это время великан поднял своего товарища и привёл в чувство. Тот обозревал поле боя и бесчувственные тела вокруг слегка осоловелыми глазами, но на ногах уже держался твёрдо.

– И что же вы, ребятки, намерены делать со всем этим? – поинтересовался у великанов робот.

На это один из гигантов подобрал дубину и замахнулся, вознамерившись превратить говорившего в груду металлолома.

– О, не спеши ты нас хоронить, – если бы хоть кто-то из людей находился сейчас в сознании, он точно услышал бы издёвку в голосе паука.

Словно по команде, двери в кабинет распахнулись, и на пороге появился мишка, на котором паук приехал к замку.

– А Вы, как я вижу, не слишком торопились, мой добрый друг, – сказал паук, обращаясь к зверю.

Один из великанов попытался обрушить свою силу на вновь прибывшего. Однако вместо этого отлетел за дверь, из которой появился несколькими минутами ранее, словно в грудь ему попало стенобитное орудие. Тут же отключился магнит, и робот-паук оказался на полу, приземлившись на все свои многочисленные лапы. В следующее мгновение на него с металлическим лязгом упала плазменная пушка.