Дмитрий Дорничев – Я великий друид которому 400 лет! Том 8 (страница 30)

Но я поцеловал. В лоб.

— Ревнивица, — мерзко хихикала Соён и вернулась в кольцо.

— Я-я-я-я не подумала об этом! — крикнула рыжая, продолжая танец. А я уже выцепил Ёнхи и под конец тоже поцеловал в лоб. Та, ухмыляясь Любаве, вернулась в кольцо, а я поймал Инди.

На девушке было белое необычное платье. Что-то среднее между индийским и… не знаю каким. Открытый живот и плечи, разрез на ногах, и девушка танцевала очень изящно, соблазнительно извиваясь телом. И вот мы наклонились, я потянулся к её лбу, как Инди обхватила меня руками и поцеловала в губы.

Любава едва не оступилась и, замерев, открыла рот.

— Вот сучка! — воскликнула полторашка.

— Таков танец. Лишь танец… — томным голосом сказала Инди и ловко вернулась в кольцо.

— Пригрела змею! — ахала Любава, а Инди мило смущалась, ну и все продолжили танец. Затем все прильнули ко мне, и я увидел шкодливые лица близняшек, шокированное лицо Аквы, смущённую Инди и Любаву, которая больно ткнула Инди через Ёнхи.

Затем девушки чуть отдалились от меня, и мы как корабельный винт закрутились. И Любава открыла рот, увидев, что продолжалось в танце. Старый я обнял лисичку и, взяв на руки, как принцессу, поцеловал.

— Всех после танца прибью! — заявила Люба, и первая оказалась у меня на руках. Но выглядела при этом, как кошка, которую взяли на руки и приласкали. Едва не мурчала, когда я её целовал.

Затем я выловил Ёнхи

— Поцелуешь его, посажу на собачий корм! — крикнула Люба, я же расхохотался. И вижу шкодливость в глазах полторашки. Так и хочет подразнить Любаву, но собачий корм всё же победил. Она подставила лоб и вскоре вернулась в кольцо.

Аква же, оказавшись в моих руках, чуть сознание не потеряла, а после поцелуя шла, спотыкаясь.

— Это лишь танец… — томно сказала Инди и вновь поцеловала меня в губы. С языком. Люба же показала той кулак. Вот только… танец этот был весьма долгим, сложным и со множеством поцелуев. Я их то на плечи сажал, то подкидывал и брал на руки, и чего только не было.

Танец, который я танцевал десятки, если не сотни раз, могу повторить и с закрытыми глазами. После него у меня обычно всё болело, так как всю ночь приходилось пахать как проклятому…

— Я. Вас. Всех. Прибью! — заявила Любава после окончания танца, но… заиграли барабаны, и на площадь рванули бесчисленные люди. Начались «звериные танцы». Это когда каждое племя зверолюдей танцует свои племенные танцы.

Люди-волки кружили вокруг своих партнёрш, зайцы прыгали и кружились, лисы с лисицами соблазняли друг друга пышными хвостами и извивались вместе с ними. Самыми ленивыми были медведи, они словно в клубе танцевали, но на месте.

Ну и мы начали танцевать, выбирая себе подходящий танец. Игнат сразу стал медведем, а Амерта — лисицей. Полторашки запрыгали, как зайцы, а Аква с Любавой, как волчицы, начали кружить вокруг меня.

Китайцы почему-то выбрали людоящеров, которые сильно изгибались в своих танцах. Но те использовали ещё и хвосты, так что Ли сделал хвост из воды, обвивая им талию своей жены.

Ингвар с Ночью тоже пародировали медведей. А вот Сергей танцевал, как кот. И вдруг волки стали танцевать как лисы, медведи — как зайцы и так далее. Ну и мы сменили танцы. Прыгающий Игнат с извивающейся Амертой невольно вызывали улыбку.

Зато Лай с Вай танцевали как волчьи волки. И лишь Яша сидела да шевелила хвостом. Она ленивая и просто наблюдала за всеми. Как вдруг все вокруг нас остановились и задрали головы, а музыка стихла.

Мы тоже остановились и посмотрели, а там началось магическое шоу. Что-то вроде наших фейерверков только из магии и в виде сцен. Сражения, моря, небеса и небесные битвы, зарождение леса и прочие сценки показывались в виде разноцветных огоньков.

Шоу длилось двадцать минут, которые пролетели в одно мгновение и весь город зааплодировал. Мы тоже. И когда всё закончилось, люди продолжили веселиться. Вновь заиграла музыка, но люди приступили к пирушке.

Тут же площадь была заставлена столами, ну и мы вернули стол, а также сели за него.

— Натанцевалась, так натанцевалась. Но вас я прибью. Особенно тебя, — Люба строго посмотрела на смущённую Инди.

— Это лишь танец… Ничего более… — виновато улыбаясь, ответила индианка.

— Но танец быть восхитителен. Хотеть я потанцевать так же. Но без поцелуй других, мой муж, — сказала Сюемэй, сидевшая рядом с Ли.

— Ну… это можно устроить, но насчёт поцелуев… — заговорил тот, и девушка с шоком уставилась на него. — Сюемэй, у меня, как главы в будущем великого рода, будет много жён. Мне нужно много детей, чтобы родить больше магов. Понимаешь?

— Значит, я быть главный жена? — удивилась та, и Ли кивнул, а миг спустя китаянка повисла на его шее, целуя.

— Почему? Я думала, ты возьмёшь тарелку и разобьёшь об его голову! — ахала Любава.

— Хотела… — честно призналась девушка. — Но если быть магия и быть война. Нам нужно делать много дети. Делать род сильный. Я — главный жена. Буду управлять всем хозяйство. Младший жена подчиняться и помогать. Мы рожать много дети. Нанимать слуг. Делать большой сильный семья.

Любава открыла рот и так и не закрыла его, и тут из-под стола мне на коленки забрались две полутораметровые змеи.

— Младший жена Соён и Ёнхи, — сказала черноволосая, и продолжила беловолосая: — родить вам много дети. Наш господин.

— Ах вы, засранки! — воскликнула Люба, сидевшая рядом, и попробовала схватить их, но близняшки запрыгнули мне на плечи и спрыгнули на пол. Любава попыталась их поймать, но чуть не упала со стула. Едва успел подхватить её.

— Всех на собачий корм посажу! — ругалась рыжая, взглядом выискивая засранок. А эти закинули лапку на стол, прячась под ним, и стащили тарелку Любавы… — А где?.. — обнаружила она пропажу. И тогда задрала скатерть стола и…

— Мяу? — удивилась Яша, лакомящаяся из тарелки Любы.

— Ну всё, вам хана…

Рыжая вспыхнула пламенем, но я погладил её по голове и поцеловал, успокаивая.

— Повезло вам, змеюги… заразы… — ворчала девушка, которую я целовал.

— Этой ночью делать дети, — заявила Сюемэй, и Ли неуверенно кивнул. Девушка тут же прижалась к мужу, а я ехидно заулыбался. Попал наш гастарбайтер. По полной попал.

Думал я, пока не увидел взгляд Аквы, сидевшей слева. Ничего хорошего в нём я не увидел. Лишь то, что Ли — скотина…

Мы продолжили праздновать, наслаждаясь вкусной едой, ну и наблюдали за волками, которые гоняли кошку. Не знаю, что они не поделили, но носились по всей кухне.

Расслабившись, мы разговорились, шутили, ну и смотрели, как отдыхают горожане. А через час вновь начались танцы, после которых выступления разных артистов и начался концерт. Быстро собралась сцена, и на неё вышла Тис-наар, которую я зову Тисой.

У неё были белые волосы, белые длинные ушки, мощные ножки и красивое человеческое лицо. При этом девушка была в меру мускулистой и физически очень сильной. Сейчас на Тисе был топ, слегка утягивающий красивую грудь третьего размера, а также свободные штаны.

Позади неё семь моих девчат с музыкальными инструментами. Часть имела земное происхождение. И девчата начали играть музыку, а Тиса запела.

Мы слушали её мощный красивый голос, а Люба с Дашей взяли меня за ладони. Песнь же была про Великого. То бишь меня. Народ почему-то сокращал Великий Друид до Великий.

— Красивые, — вздыхала Любава.

— Аж до слёз красивые, — добавила Аква.

Обе крепко сжимали мои ладони и смотрели концерт. А пела Тиса очень красиво. С её мощным голосом пела она рок. Так что музыку было слышно едва ли не во всём городе. Бодрая, энергичная песня о том, как пришёл я, дал злодеям по шапкам, собрал всех их и подарил дом.

Когда она завершилась, Тиса поклонилась, и у микрофона встала она… Я аж вздрогнул.

— Кто это? — спросила Люба.

— Ольми. Она погибла в последнем сражении, — ответил я, чувствуя боль в груди. Я толком не простился со всеми, кто погиб в тот день.

Ольми была одна из четырёх сестёр-дриад. Самая боевая и уверенная из них. Она вела в бой армию растений и деревьев. Фигурой она сильно отличалась от остальных девчат, так как была рождена в могучем дереве. Внешне дриада была как стройная версия Любавы, но с более решительным лицом. Ну и кожа салатовая…

Дриада запела, и я закрыл глаза, вспоминая все те моменты, что мы провели вместе. Её рождение в моём лесу. Как она хитростью заманила меня в одну пещеру, подготовленную к жаркому сексу. Вспоминал смех и голос Ольми, наши совместные тренировки, и моя грудь всё сильнее болела.

Когда песня завершилась, я отпил немного чая и посмотрел на женщин. А они едва ли не ревели.

— Ну и чего вы?

— Ольми жалко, — заявила Даша и подтвердила, почему она — Аква. Разревелась… Пришлось усаживать себе на колени и погладить спину. Другую мою руку держала Любава.

— А что бывает, когда умирает дриада? — спросила Ночь.

— Она умирает.

— Ночь, как ты можешь такое спрашивать? — выругалась Аква.

— Да не про это я… Она же с лесом связана, — оправдывалась чернокожая девушка.

— Если умрёт лесная нимфа, то дерево, с которым она связана, умрёт. Как и в случае с Алей, — объяснял я. — А дриада — это, можно сказать, ребёнок дерева. Они отдельные сущности, так что они просто умирают. Без серьёзных последствий для леса.

— Прости что спросила…

Я продолжил наслаждаться голосом Ольми, но, к сожалению, она спела лишь три песни. За ней выступили серокожая красивая девушка. Королева ночных эльфов. И нет, она не входит в «сорок четыре». И нет, мы не спали.