Дмитрий Дорничев – Я великий друид которому 400 лет! Том 6 (страница 22)
В интернете уже стали появляться странные статьи. Из серии «в моём доме поселилось нечто». Мир меняется, и, если мне удастся всех убедить, что во всём виноват Джеймс, ему станет тяжелее жить.
Ну не я же виноват?.. Ну, может, косвенно… А так, я уверен, что виноваты Чёрный с Белой. Не верни они всем нам память, и не прокляни меня Белая, всё было бы в норме.
Ладно. Я продолжил готовить, и вскоре появился чудесный аромат супа. Как вдруг раздались шаги и шарканье.
— Доброй ночи, путник… Какой запах… — из темноты вышел высокий седой старик с суровым лицом и тяжёлым взглядом.
У него имелась длинная борода, отдающая синевой, какая-то старая потёртая белая шуба с листьями и веточками, торчащими из неё. При этом старик был босым и упирался в землю посохом.
— Доброй, — кивнул ему и ложкой попробовал суп. Готов. — Что надо?
— Не угостишь? Тысячу лет ничего не ел, — улыбнулся он мне белыми, как снег, зубами.
— Долго ты спал, злой дух, — ответил я и увидел, как меняется лицо старика. Но он взял себя в руки и улыбнулся.
— Удивлён. Кто ты, смертный?
— Друид, а ты кто, «бессмертный»?
— У меня нет имени. Вы, люди, меня по-разному называете, — старик стоял, где стоял, и не шевелился, а Занн уже смотрела на него и была готова атаковать. — Я почувствовал необычную силу в лесу и решил проверить, кто здесь такой появился.
— Я появился. Проездом. Нападать будешь? Или решил поболтать?
— Супа бы поесть… — он погладил живот и вздохнул.
— Ну, садись, коль не боишься меня, — кивнул я.
— Обычно я такое говорю, — хохотнул старик и сел напротив, а я налил ему супа и передал тарелку с ложкой. Сам же взял ветку, которые собрал для дров и начал вырезать из неё ложку. Но на это потребовалась буквально минута, которую дух наблюдал за мной и ел, и у меня новая ложка.
— Вкусно, — произнёс дух, и я кивнул. Реально ведь вкусно. А ещё сытно и горячо.
— Значит, ты тысячу лет спал?
— Возможно, — улыбнулся тот белыми зубами. — Время для таких, как я, слабо осязаемо. Я уснул, потом проснулся, и всё вокруг сильно изменилось. А ещё голодно стало.
— Поэтому и пришёл ко мне.
— Возможно.
— А чего сразу не напал? — поинтересовался я.
— Интересно стало. Необычный ты. Запах особый… Впрочем, как и у твоего зверя, — старик продолжил есть, и я ел. Но уже вторую тарелку доедал. Дух же скорее наслаждался вкусом, нежели утолял голод. А я, опустошив котелок, достал из рюкзака флягу.
— Что это? Какой запах… Пахнет вкусно… Пахнет силой… — оживился дух.
— М? Это чай. Особый чай.
— Дашь?
— Нет, конечно. Кормить маной злого духа? Делать мне нечего.
— Не люблю отвечать злом на добро, — старик отложил чашку и поднялся. — Но я хочу этот напиток. Отдай, и я уйду.
— Ты? Уйдёшь? — смеялся я. — Не верится мне.
— Умный человечишка… — пробормотал тот и вскинул посох, но в тот же миг копыто Занн снесло старику голову. Правда, она лишь обратилась туманом. Злой же дух.
— Неожиданно… — удивился старик, когда его голова вернулась на место.
— И не говори.
— Кто ты, смертный?
— Я ведь сказал. Друид — я.
— Ты не похож на друидов, которых я знал…
— Расскажи о них.
— Жалкие смертные, пытающиеся общаться с лесом и лесными духами. Не о чём рассказывать, — фыркнул старик.
— Ясно, значит, раньше магия всё же была, но мало. Или же магией в полной мере владели лишь духи, — призадумался я и поднялся. — Что ж, ты можешь ещё что-нибудь рассказать, дабы подольше пожить.
— Вы, смертные, всегда считаете себя невесть кем, — оскалился старик, и стало ещё холоднее. Но вдруг на пяти деревьях, меж которых я и сотворил лагерь, засияли руны. Большие такие и яркие. — Что это⁈
— Ловушка это. Я уже учёный и всегда защищаю свой лагерь от таких, как ты.
Старик дёрнулся в сторону и попытался сбежать с поляны, но ударился о невидимый барьер. Однако стоило ему ударить по нему посохом, как появились вполне видимые трещины.
— Глупо поворачиваться ко мне спиной, — пробормотал я, вонзая рунный костяной нож в спину духа.
Старик закряхтел и упал на колени, а я ещё раз ударил, но уже в голову, пронзая магическую энергию, из которой состоял злой дух. Третий удар добил злое существо, и оно рассыпалось горстью мутных кристаллов. Ого, аж тридцать штук. Небольшие правда, но не такие мутные, как у того же Лоса.
— Спасибо, что подпитала барьер, — я погладил подошедшую лосиху.
— Он был страшный… Боязно… — ответила Занн.
— Это просто старый злой дух. За долгий сон он растерял всю силу. Но вот заряд маны Ингвара уже почти на нуле… — я посмотрел на кинжал в руке. Ещё немного, и он бы треснул. А Ингвар его неделю делал…
Во всяком случае, теперь я могу эффективно сражаться со злыми духами. Но кто знает, какие ещё твари обитают в лесу? И я тут подумал про Европу. Там же и лесов не осталось, и кладбища переносят, а маны вообще нет. Вот и интересно, смогут у них проснуться духи? Европейский фольклор богат на всяких там духов, демонов и прочих.
Вероятно, все они когда-то существовали. Ну или часть из них. Вот проснётся какой-нибудь там могучий дух, вылетит из своего убежища, чертыхнётся из-за отсутствия маны и полетит обратно спать.
Ну и я решил, что пора спать. Лёг у костра, обнимая Занн и укрываясь накидкой, да и проспал всю ночь. Утром же, после перекуса тем, что мне Любава дала в дорогу, отправился дальше.
Занн уже долгое время обследует лес. А ищет она… Места Силы. Что же ещё? Сейчас под моим контролем семь таких мест, и вскоре будет восьмое. До него, конечно, пришлось долго добираться, но мы прибыли, и им оказалось что-то вроде старого мёртвого дерева.
В нём было три дупла, в которых жили птицы, а в корневище было волчье логово. Но волков нет. Зато есть следы мороза и кости…
— Похоже… Я разбудила его, — сказала лосиха, подходя к логову.
— Да. И он преследовал тебя. Вот мы и встретились, — согласился я и заглянул в логово. Там нашлись четыре человеческих черепа. Древние на вид. Вероятно, волки раскопали их, когда рыли логово, а потом стали кормом для пробудившегося духа. Так что нет, разбудила его не Занн, а волки.
Что-то много маны. Надеюсь, это единичный случай, а не тенденция. Если все Места Силы начнут вырабатывать больше маны — быть беде… Но сейчас на один источник магии станет меньше.
Достав из рюкзака жёлудь, закопал его в логове и схватился за корень над головой.
— Ты уже мёртв, так что отдай свою плоть молодому, — попросив мёртвое дерево, создал заклинание, и корень, а также всё дерево над логовом быстро сгниёт.
Прикопав парочку мутных кристаллов к жёлудю, выбрался из логова и запустил ману. И это не просто жёлудь. Это жёлудь Али! Можно сказать, её ребёнок. И молодой дуб потянулся вверх, пока не вонзился в потолок логова и мёртвое дерево.
Дуб съест и кости, и дерево, и поглотит ману. А потом я вернусь сюда и наложу руны, чтобы Место Силы создавало кристаллы. Сейчас же вся мана направится на рост дерева, и оно быстро вырастет до десяти и более метров.
Ну и никакие герои не обнаружат это Место Силы.
— Домой? — спросила Занн.
— Да. Домой, — погладив зверя, собрал вещи, и мы поскакали. В лесу хорошо даже в конце октября. Природа и зверьё готовятся к зиме, так что лес полон суеты.
Белочки до последнего собирают припасы. Медведи, словно пылесосы, едят всё и вся, дабы скопить побольше жира. А корова…
— Ты что здесь делаешь? — спросил я у исхудавшей болезненной бурёнки.
— Потерялась… Потерялась я… — промычала та, и выглядела она очень жалостливо.
— Все беды из-за женщин, — вздыхал я, повторяя мудрость одного из героев. — Пошли, ты, наверное, из ближайшего села.