Дмитрий Дмитриев – Добрый (страница 24)

Толпа загудела, и самые решительные стали занимать места справа и слева от моего ложа. За ними потянулись и сомневающиеся. Некоторое время слева от меня было больше гургутов, чем справа. Но, когда на правую сторону двинулся Великий вождь и многие великие воины, часть с левой стороны перешла на правую, обеспечив тем самым численный перевес.

— Ну что ж, великое племя гургутов, вы сами всё решили. Значит, так тому и быть. — Великий вождь снова водрузил на себя все регалии. — Завтра, когда солнце встанет в зенит, я собираю совет старейшин и великих воинов. А сегодня проводите этого гела в лучшие покои и обеспечьте его всем необходимым, как самого дорогого гостя.

С десяток воинов подхватили меня вместе с ложем, и понесли к хижине.

Глава 10

Глава 10

Лучшие покои почти ничем не отличались от предыдущей хижины. Разве что стены были свиты из более толстых лиан, да покрытие на полу было более мягким и более пушистым. Похоже, гургуты не утруждали себя изготовлением мебели и прекрасно без неё обходились. Единственным исключением была лежанка, на которой меня принесли. Впрочем, мне её не оставили. Через несколько минут после моего поселения в хижину впорхнула стайка молодых девушек, уставила пол подносами с едой и кувшинами. Уходить они, впрочем, не спешили, а выстроились у стены, застыв в самых соблазнительных позах. Любой гургут захлебнулся бы слюной при виде этих красавиц, но в том то и дело, что я был не гургут.

— А ну брысь отсюда, шалавы, — цыкнула на красавиц начавшая материализоваться посередине хижины богиня. Гургуток как ветром сдуло. — А ты даже не думай начать бухать, — шлёпнула она меня по руке, безошибочно угадав моё желание отхлебнуть из кувшина.

— А чего это ты раскомандовалась? — перешёл я тут же в наступление, поскольку стыд за всё содеянное до этого заполнил меня до отказа. А лучшая оборона, как известно, это именно хорошее наступление. — Хочу и бухаю. Ты мне никто.

— Да?! — удивилась богиня и даже вздёрнула при этом правую бровь. — А кто совсем недавно хотел сделать меня кем-то? Маньяк.

— Выпимши был, — пробурчал я, не зная, что на это ответить.

— Выпимши это сильно мягко сказано. Нажрался как скотина и решил воспользоваться беззащитной девушкой.

— А кто передо мной скакал в чём мать родила и тряс своими прелестями? Да ни один мужик на моём месте не выдержал бы и пяти минут. А я полдня выстоял. И потом, ты была не против.

— Это я сама тебе сказала?

— Молчание — знак согласия. И вообще, или отобедай со мной, или чеши на все четыре стороны. Тоже мне, наставница выискалась. — Я снова потянулся к кувшину, и снова получил по руке, только уже значительнее сильнее и больнее.

— А я говорю — не бухай.

— А я говорю — отвали. И вообще, где слов таких понахваталась?

— В твоей голове прочитала. Там ещё и не такое мельтешит, но я, как девушка скромная, это произносить стесняюсь.

— Всё, закончили прения. Дверь там. Провожать не буду. Выйдешь, девчонок свистни. Они, конечно, страшненькие, но под винцо потянут.

— Вот идиот. Ты думаешь, тебя за каким сюда засадили и вина столько натащили? Уверен, что доживёшь до утра?

— Ну, кроме тебя, на мою жизнь никто не покушался и покушаться не собирается. Я для них теперь покруче бога. А может, и есть истина в твоих словах. Надо обед сначала на девчонках проверить. Эй, красавицы, ком цу мир всем скопом.

На мой призыв в отварившемся проёме хижины появилось сразу несколько мордашек гургуток. Но, узрев наличие богини, весь их порыв погиб в зародыше.

— Брысь, — цыкнула на них богиня и для убедительности запустила кувшином с вином. Одной гургутке не повезло, и она, душевно схлопотав в лоб увесистой посудиной, вывалилась из сознания.

— Отставить дебош, — перехватил я руку амазонки, тянувшуюся за вторым кувшином. — И вообще, какого тебе от меня надо? Пристала как банный лист к интересному месту.

— Тебя дурака спасаю.

— А я вот, может, не хочу спасаться. Вот возглавлю гургутов. Принесу в этот мир добро. И буду править справедливо и безраздельно. Если хочешь, можешь, пойди ко мне придворной дамой.

— Больно надо, — фыркнула богиня.

— Тогда свободна. Будешь мешать — свистну охрану.

— Нет, ну точно идиот. Думаешь, вождь тебе так просто власть уступит?

— И совсем не думаю. Мы с ним полюбовно договоримся. Пусть своими гургутами командует. Для меня это мелковато. А вот планеткой поруководить — это можно. Последний раз спрашиваю, хряпнешь со мной винца?

— Нет. И ты не будешь.

— Охрана! — заорал я во всю мощь своих лёгких. На мой призыв в хижину тут же ввалилось с десяток воинов. — Проводите даму на воздух. Она мне уже весь мозг выклевала.

— Так это... — охрана в нерешительности стала топтаться у стены. — Как же ведьму-то?

— Твёрдой уверенной рукой и под зад коленкой. Сейчас покажу.

Я попытался сцапать богиню за локоток и настойчиво выпроводить из хижины. Нужно ли говорить, что моя попытка не увенчалась успехом? Богиня сделала всего лишь один незаметный жест рукой, и я, крутанув кульбит в воздухе, приземлился точнёхонько на желанные кувшинчики, размолотив их в дребезги. Приятный аромат чудного вина наполнил хижину.

— Ну всё, достала ты меня окончательно, — взбеленился я, наблюдая, как аппетитная лужица впитывается в подстилку. — Вот какого хрена тебе от меня нужно?

— Так, давай спокойно поговорим, — вдруг смягчилась богиня. — С глазу на глаз. — Она удостоила пристальным взглядом переминающихся с ноги на ногу гургутов.

— Ладно, давай, — согласился я, жестом отпустив воинов.

— Ты думаешь, что местный вождь прямо спит и видит исполнения пророчеств и прихода мессии?

— Ну, все гургуты прямо помешаны на этом пророчестве. Думаю, их великий вождь не исключение.

— Как ребёнок, честное слово. Мало получить знания, нужно ещё уметь ими пользоваться. И голову включать тоже не мешает научиться.

— Ты ещё до оскорблений давай дойди.

— Надо будет, дойду до побоев. Я зачем рисковала жизнью и вкладывала в тебя все эти знания? Да ещё и ногу попутно вылечила. И никакой благодарности.

— За ногу спасибо. А ведь точно — как новая, я даже забыл про перелом. А про знания и про риски для жизни я как-то не совсем понял.

— Тугодум! Это я просто так в трансе сидела? Помедитировать и тараканов в голове хворостинкой погонять? Думаешь, все здесь прямо души не чают в болотной ведьме и всячески извести стараются от полноты любвеобильных чувств? Я же беззащитна была как новорождённый ребёнок. Ты, вон, сам чуть не воспользовался.

— Так ты и есть та болотная ведьма, про которую мне все уши прожужжали?

— Идиот! Ошиблась я с тобой, ой как ошиблась! Я та самая болотная ведьма. Та сила, которая держала гургутов в этих топях и не давала им выйти из них и погибнуть. Хотя ты меня записал в богини и какие-то там амазонки.

— Это сколько тебе на самом деле лет? Чего, бессмертная, элексирчиком молодости прибухиваешь? Столько поколений гургутов на болотах держать без транквилизаторов не получится.

— А с трёх раз самому догадаться никак?

— В загадки с тобой я играть завязал. Хватит мне человека-невидимки и тени отца Гамлета.

— Наследственная это должность, наследственная. Передаётся через поколение — от бабушки к внучке.

— А чего не к дочке?

— Силы копит и в ребёнка всё вкладывает. Вот и получается — через поколение. Чего ещё не понятно?

— Да ничего не понятно. Если верить твоим словам, то тебя кто-то поставил здесь главным вертухаем, чтобы гургуты с зоны не разбежались, а занимались мелиорацией из поколения в поколение.

— Стоп, стоп, стоп. Ты сейчас о чём говоришь? Я три слова поняла от силы.

— Перевожу для самых умных, коими здесь себя кто-то возомнил. Гургуты сюда сосланы специально. Причём срок сидения здесь у них не то что пожизненный — он вечный. Пока всё правильно?

— Не совсем точно...

— Да ладно, по сути, верно. Ты, как и весь твой род по женской части, поставлены за ними приглядывать, чтобы они не рванули на хлеба вольные.

— Через поколение.

— Извини, через поколение. А вот теперь напрашивается логичный вопрос. Какого хрена ты вложила в мой мозг всю эту информашку про гургутов и сделала меня главным бунтарем и революционером?

— Давай нормальным языком выражаться.

— Ага, сейчас.

Долой проклятьем заклеймённым,

Весь мир голодных и рабов.

Кипит наш разум возмущённый,