Дмитрий Дмитриев – Добрый 2 (страница 20)

– Нет, Ит.

– Кто?

– Мой личный лесной дух. Итом назвал.

– О как! Поздравляю. Давно прибился?

– Перед самым…

– Постой, – перебила меня Хлоя, – он же к магам не прибивается, даже бывшим.

– Ит утверждает, что магии во мне никогда не было.

– А откуда же я тогда? А Болотная? А Мара?

При воспоминании о Маре глаза принцессы расширились, и она снова настойчиво потребовала вернуть её обратно.

– Всё, девки, надоели вы мне. Иди и устраивай там что хочешь. Квартиру я потом как-нибудь приберу.

– Не могу, – честно созналась Хлоя.

– В смысле? – не понял я. – Ты же туда как-то попала.

– Я не знаю, – честно призналась Хлоя. – Просто было сильное желание. Потом как наваждение. Потом эта на твоей шее. Захотелось убить. Я рванула… и уже кошка в твоём мире.

– Значит, ты специально в мой мир не шла?

– А ты её целовал!

Проигнорировав вопрос, Хлоя влепила мне хлёсткую пощёчину.

– Это она меня целовала.

– А ты ей отвечал!

Вторая пощёчина прилетела вдогонку первой.

– У меня было без вариантов.

– Врёшь!

Третья пощёчина едва не лишила меня половины зубов.

– Да как вам откажешь-то?

– Легко!

Хлоя замахнулась для четвёртой пощёчины и остановилась на полпути.

– Да, действительно, отказать нам сложно.

– Вот видишь, – поддакнул я. – Я не настолько силён, чтобы справиться с «хрупкой» Марой.

– Мне нужно туда, – твёрдо заявила Хлоя.

– Не могу, – честно соврал я. – Я, так же как и ты, делал это на эмоциях. В свой мир попал потому, что прибежала Мара, нагнала жути, и я представил, что хорошо бы оказаться дома, подальше вот от этого всего. Сюда вернулся, спасая тебя в своих цепких руках. Ну и ты, соответственно, вместе со мной. А вот как Мара попала в мой мир, не знаю. Случайно.

– Что, правда? – почти поверила Хлоя.

– Правда.

Раздавшийся голос заставил Хлою подпрыгнуть.

– Привет, Ит, – поздоровался я.

– Это и есть твой лесной дух? – уточнила приходящая в себя принцесса.

– Я свой собственный, – гордо констатировал Ит с чопорностью английской аристократии.

– Вот видишь, – усмехнулся я. – Разве это может врать?

Проигнорировав мой вопрос, принцесса тупо ушла в себя, прикидывая что-то в уме. Я же мысленно поблагодарил духа за поддержку. И так же мысленно получил ответ, что правда, это про случайность попадания Мары, а если его будут пытать дальше, то он расколется, поскольку он дух, а духи врать не умеют, и прочее, прочее, прочее. Уже в самом начале его стенаний я абстрагировался от этого и предался своим размышлениям.

Во первых моего письма, как говорится, то есть на первом плане, алыми буквами горел вопрос: как там Мара? Одна, в чужом мире, не совсем трезвая, голодная – и ещё куча неприятных слов, характеризующих её состояние. Понятно, что одна она долго в квартире не просидит, а как только спустится на улицу… Тут моё богатое воображение нарисовало и кучу трупов, и город в постапокалиптической разрухе, и звенящую Третью мировую войну ввергающую планету прямиком в ад. И на фоне всего этого – хрупкая, точёная, обнажённая фигурка Мары, столь прекрасная и столь желанная с недавних времён. И алкаши всего мира, в страхе разбегающиеся в последней попытке спаси свои пропитанные денатуратом шкуры.

Помотав головой, я отбросил это наваждение. Бред, конечно, но кто его знает, как поведёт себя принцесса варов в непонятной ситуации. Тем более что ноги при ней, и пяточки на этих ногах никто не отменял. А это вам ни «Томагавк» – тут стопроцентное попадание.

И вот, в сфере всего мною нафантазированного, вставал второй вопрос: куда деть Хлою? Мотаться с ней на Землю – не вариант. Третья мировая тогда начнётся с моей квартиры. И даже если я её, войну, остановлю где-нибудь на уровне подъезда, жить мне будет категорически негде.

– Давай я смотаюсь, – прозвучал у меня в голове голос Ита.

– Куда? – переспросил я, всё ещё не веря в услышанное.

– К Маре, расскажу ей, что делать.

– А что, так можно было?

– Духи всегда могут вернуться в те места, в которых уже были.

– И как быстро?

– Мгновенно, – ответил Ит с таким выражением, как будто я не только неуч, но и дегенерат в последней стадии.

– Когда всё это закончится, я найду способ умерщвлять духов долго и болезненно, чтобы помучались, – твёрдо пообещал я.

– Значит, нам ничего не грозит, – хихикнул Ит. – С тобой это не закончится никогда. Говори, что надо передать.

– С кем ты там шепчешься? – вернувшаяся из себя Хлоя была очень некстати.

– Да вот, с Итом советуюсь, решаем, как вас спасать, – соврал на белом глазу я.

– От кого? – снова затупила Хлоя.

– От родителей ваших. Ты что, забыла?

– Не надо никого спасать. Мара это всё придумала.

– В смысле придумала? И Ариэль тоже придумала?

– Кто такая Ариэль? – мгновенно приняла бойцово-ревнивую стойку Хлоя.

– Неважно, – попробовал отмахнуться я, понимая, что проговорился, и теперь принцесса гелов отстанет от меня только в двух случаях. Первый – это правда, только правда и ничего, кроме правды, причём полной. Второй – это мой бездыханный, измождённый труп со следами пыток.

– Тебе не кажется, милый, что нам нужно серьёзно поговорить? – Голосом Хлои можно было с успехом заменить елей. – Что-то за время нашей разлуки у тебя скопились некоторые тайны с женскими именами.

– И ничего не скопились, – пробурчал я.

– Ну, вот и расскажешь, – проворковала Хлоя уже слаще елея, цепляя меня под локоток. – Да, – резко развернувшись, сменившимся тоном продолжила она, – если хоть одно духское ухо будет присутствовать при нашей интимной беседе…

– Не тирань мальчонку, – прервал я Хлою.

– Конечно, дорогой. Как скажешь.

***

Хлоина голова мирно покоилась у меня на плече, её чудесные волосы были раскиданы по моим плечам и груди. Несколько локонов деловито расположились на моём лице и настойчиво лезли в глаза и в нос. Пасторальную картину завершало звуковое сопровождение в виде милого Хлоиного посапывания.

Решительно сдув локоны, я стал осторожно выбираться из объятий принцессы.