Дмитрий Дмитриев – Дети Рыси (страница 21)

Наконец, всё было обговорено до мелочей, и военный совет закончился. Старейшина Элдекэр звонко щёлкнул по бронзовой чаше ногтём, и из-за полога показалась девушка с бурдюком. Покачивая бёдрами, она обошла всех присутствующих, наполнив их чаши и, выслушав распоряжения старейшины насчёт ужина, также молчаливо скрылась за пологом.

Ужин прошёл в молчании, ибо все были погружены в собственные думы. Ни у кого из присутствующих, не возникало желания говорить. И если мысли большинства были заняты предстоящей схваткой с данланами, то Джучибер думал о том, как всё повернется, после того как они победят врага. А в том, что они одержат победу он, как и Содохай, нисколько не сомневался. Его тревожило наглое, вызывающее поведение Укэту. Он понимал, что старейшина действует с одобрения других. Взять хотя бы того же Суджука или Арведа.

– Почему ты поддержал этого надутого гуся Укэту? – спросил Содохай у Джучибера, когда, оставшись одни, они укладывались спать. Тот ответил не сразу.

– Знаешь,– медленно проговорил он.– После сегодняшнего совета, я вынужден признать, что Укэту достоин водить воинов,– сознался Джучибер.– Я сам не смог бы предложить ничего лучше, чем он.

– Да ладно, пёс с этим Укэту,– блеснули в темноте глаза и белозубая улыбка Содохая,– а то, наверное, его икота замучила. Небось, гадает: кто это вспоминает его на ночь глядя? А ведь ему выступать завтра с передовыми. Пусть выспится…

Услышав замечание друга, Джучибер невольно рассмеялся. На душе потеплело. Содохай, как всегда, сумел рассмешить его, отгоняя разные мрачные думы.

Глава 11

Войско коттеров выступило вечером следующего дня, когда подтянулись все, кто откликнулся на «зов Далха-Кота». Первыми ушли, растворившись в синеве лесов, яртаульные сотни Олдана. Они спешили выбраться на простор степей. Следом за ними шла остальная рать коттеров. Вместе с войском двигались два десятка кибиток, в самом хвосте мальчишки гнали стадо быков. Маленькие пастухи были чрезвычайно горды тем, что взрослые мужчины позвали их на войну. И кибитки, и стадо, должны были послужить приманкой для охочих до чужого добра данланов.

Обычно стремительные в нападении, коттеры нынче не торопились, и потому первую ночёвку они провели ещё посреди лесных зарослей. На вторую встали, уже выйдя на простор степи, миновав границу лесов Волчьей Пади.

Здесь, на второй стоянке, высланные вперёд разъезды донесли о противнике, который двигался прямо на них. С вершин холмов и курганов можно было увидеть далёкое мерцание походных костров данланского войска. Въехав на вершину кургана, военачальники коттеров вглядывались в темноту, нюхали влажный воздух. Прохладный ночной ветер приносил слабый запах гари и крови. С первыми каплями дождя запахи улетучились. Вернувшись назад, они велели всем готовить оружие и укладываться спать. Утром предстоял бой.

Небо на восходе уже стало серым, но в лагере коттеров царила сонная тишина. Караульным было приказано не будить воинов до самого восхода. Лишь когда, из-за леса показался ярко красный край солнца, стоянка начала пробуждаться.

Первыми выступили воины, отданные под командование старейшины Укэту. Остальные, не мешкая, но и без излишней торопливости готовились отправиться следом за ними. Накануне ночью прошёл дождь, но сейчас утреннее небо было свободно от туч. По всем приметам день обещал выдаться жарким. К полудню степная пыль просохнет и опять будет клубиться под копытами лошадей.

Джучибер вместе со старейшиной буниятов находился с главными силами войска коттеров. Они стояли за гребнем степного увала, поросшего редколесьем. Чтобы обнаружить скрытую рать коттеров, данланам понадобилась бы хорошая разведка, но сейчас всё их внимание было сосредоточено на клубах пыли, поднимавшихся на соседней гряде холмов, вытянувшихся в сторону урочищ Эльхотона. Несколько сотен быков и десяток кибиток, сопровождаемых отчаянными пастухами, изображали многочисленные стада буниятских куреней. Рядом с ними маячили, то показываясь, то исчезая из вида, всадники из отряда Укэту.

Они уже довольно долго стояли на одном месте, выжидая своего часа. Наконец, откуда-то справа раздался пронзительный свист сигнальной стрелы, уходящей в небо, а видимый издалека хвостатый бунчук Укэту качнулся вниз и тут же взмыл обратно вверх. Кентау, услышав знакомые звуки, прянул ушами и неспокойно заплясал под своим седоком, всем своим видом показывая: мол, пора вперёд, хозяин…

– Укэту сцепился с данланами,– проговорил Джучибер, опуская стрелку шлема и застёгивая нащёчники.

– Кажется, он отходит,– проговорил Элдекэр, всматриваясь в сторону, где уже вовсю закипала битва.– У него слишком мало воинов. Должно быть, данланы решили его обойти.

– Значит, они клюнули на приманку, и мы сможем навалиться на них всеми силами,– отозвался Джучибер. Он вскинул руку, и тут же за его спиной громко заревела труба.

– Вперёд, багатуры!

Джучибер, чуть наклонившись к шее коня, ударил каблуками в бока своего дахирана и понёсся вперёд. Следом раздался грозный топот сотен копыт.

Впереди показалось множество едва различимых чёрных точек. Они стремительно увеличивались в размерах, постепенно принимая очертания вражеских всадников. Слаженным движением Джучибер вырвал из саадака свой лук, достал стрелу и, быстро прицелившись, выпустил её в сторону врага. Он скорее почувствовал, чем увидел, как над его головой пронесся рой выпущенных коттерами стрел. Даже сквозь науши и толстый подшлемник он слышал резкие сухие щелчки, когда спущенная тетива бьёт по наручам или рукавицам, закрывавшим руки стрелков.

Данланы, стремительно развернувшись навстречу врагу, не умедлили с ответом. У самой головы Джучибера просвистела вражеская стрела. Ещё одна ударила прямо в стальной, затянутый кожей налобник Кентау и отскочила. Могучий жеребец лишь чуть мотнул головой и, яростно оскалив клыки, продолжал нестись дальше. Мимо пролетело ещё несколько стрел. Один из скачущих рядом воинов вылетел из седла прошитый сразу двумя. Ещё один кубарем перелетел через голову своего коня, рухнувшим на полном скаку.

Оба войска стремительно сближались, посылая друг в друга тучи стрел. Джучиберу ещё трижды удалось выстрелить, прежде чем настало время убрать лук и выхватить из-за спины щит и взять пику наперевес.

Перед самым столкновением коттеры стали перестраиваться на полном скаку. Кентау, словно почуяв предстоящую сшибку, чуть замедлил свой скок, давая соседям нагнать себя, но, проявляя норов вожака, всё же шёл впереди других на голову. Длинные жала пик опустились к самым шеям коней.

– Ко-о-т! – плотный строй коттеров ударил прямо в середину, накатывающейся на них лавы данланов.

Навстречу Джучиберу на высоком кауром коне летел данлан вооружённый длинным копьём. Пика коттера ударила противника прямо в грудь, пробив лёгкий щит и кольчугу. Данлан запрокинулся назад и вылетел из седла. В свою очередь, наконечник вражеского копья скользнул по умело подставленному щиту, и ушёл вверх, царапнув шлем.

Но в следующее мгновение Джучибер едва сам не вылетел из седла. Его жеребец со всего маху столкнулся грудь в грудь со скакуном данлана и, остановившись, осел на задние ноги. Несмотря на это Кентау сумел удержаться от падения, а его противник, издав короткое ржание, завалился набок…

Этой мимолётной остановки хватило, чтобы Джучибер успел выдернуть оружие из тела поверженного врага и ткнуть в следующего. Тот, вооружённый короткой саблей, свесившись с седла, ловко уклонился от удара. Выпрямившись, данлан попытался перерубить древко пики, но Джучибер оказался проворней. Его второй удар буквально нанизал противника на остриё.

Бросив бесполезную в ближнем бою пику, Джучибер выхватил кистень. Увесистый шар со свистом рассёк воздух и обрушился на ближайшего противника, выбив его из седла. Ещё один данлан попытался прикрыться большим щитом, но такая защита хороша против воина, вооружённого клинком, булавой или топором.

Джучибер крутнул кистью и шар скрылся за краем окованного щита, размозжив голову данлана. Тот ещё не успел выпасть из седла, а Джучибер уже развернулся к очередному противнику. На этот раз против него оказался опытный и умелый воин, в стальном шлеме, чешуйчатом доспехе, вооружённый щитом и чеканом. Видать кто-то из беков.

Данлан ловко уклонялся от смертоносного оружия Джучибера, одновременно пытаясь достать коттера лезвием своего топора. Джучиберу пришлось дважды отражать его сильные удары своим щитом. Один из них даже сумел пробить кожу скиппера, которой был обтянут его щит. Наконец, улучив миг, когда увлёкшийся противник, потерял бдительность, он нанёс сильный и точный удар.

Свалив воина с чеканом, Джучибер огляделся. Вокруг него, в клубах пыли, мелькали бившиеся друг с другом всадники. Рядом с ним, прямо в самой гуще врагов плеснуло две молнии. Это Содохай, закинув за спину щит, рубился сразу двумя палашами. Джучибер, захваченный упоением боя, последовал его примеру. Он закинул свой повреждённый щит за спину и, выхватив палаш из ножен, подхлестнул коня. Кентау прыгнул вперёд и рванул клыками очередного противника за шею, заставляя его сбросить своего наездника.

Джучибер врубился в ряды данланов. Слева от него дрался Кайдан. Одноглазый воин наносил точные расчётливые удары, каждый из которых нёс смерть. Нукёр, что обычно находился по правую руку, был убит, и теперь это место занял юный Богурчи. Со спины Джучибера прикрывал Мунгету. Кругом мелькали клинки и хвостатые жала копий, густо плескало кровью, а воздух был наполнен треском ломающегося дерева, лязгом стали, хрипом и ржанием.