Дмитрий Дашко – Подземка (страница 52)
Я закрыл глаза и представил.
Чёрные кожанки, Смольный на проводе, примкнутые к трёхлинейкам штыки, развевающееся красное знамя победившего
пролетариата и трудового крестьянства.
Верхом на броневике Лило смотрелась бы куда круче. Хотя нет, всплыл ещё один импозантный кадр из прошлого.
Кстати, женского пола и весьма колоритный. Из той породы, которым броневика точно не надо.
Я помахал девушке рукой, показывая, что пора закругляться, иначе опьяненные ее агитацией аборигены, заставят
принять из их рук корону верховного правителя, и все наши старания пойдут коту под хвост. Лило поняла меня
правильно, и как настоящий агитатор закончила свою речь призывом сделать жизнь на станции лучше и комфортнее.
Она спрыгнула и подошла ко мне.
- Слушай, может тебя на самом деле Валерией Ильиничной зовут? - не преминул пошутить я.
- Нет, - озадачено протянула Лило, не понимавшая за молодостью лет соль остроты.
Жители отправились наводить чистоту и порядок, а мы под расшаркивание главы - к нему, на аудиенцию.
Он был сама любезность. Не люблю скользких типов, не стану скрывать даже появилась мыслишка, что гарпия не
случайно выбрала его станцию. Таким и на мозги давить не надо. Припугни немного, и сами в плен сдадутся, со всеми
потрохами. Людей только жалко, ни в чем не повинных.
- Спасибо вам за помощь, - все еще кланялся он, приглашая в свои апартаменты. - Выручили старика, в самом
деле. Даже не знаю, как вас и отблагодарить.
- Бога благодари, - пробурчал я.
Лило, больно наступила мне на ногу, и, приклеив к лицу дежурную улыбку, произнесла:
- Простите моего друга, он тоже ... пострадал от гарпии.
- Что вы, не стоит извинений.
Меня начало тошнить от этой гипертрофированной любезности, но я сдержался, подчиняясь девушке. Эти реверансы
явно не спроста, что-то она задумала.
В ходе импровизированного обеда, устроенного в нашу честь, я узнал, что главу станции зовут Николаем
Ивановичем, и что в прошлом он был простым бухгалтером.
'А просчитать все не смог', - ехидно подумал я, поглощая вполне недурное угощение и запивая его фирменной
настойкой из синего мха, доставленного с поверхности. Лило воздержалась, предпочитая поглощать пищу всухомятку.
После третьего бокала мир перестал казаться плохим, и даже Николай Иванович выглядел душкой. Контакт был
налажен.
- Нет, и нет. Даже не думайте, - заявил он, узнав, что мы собрались в дорогу прямо сейчас. - Радушные хозяева
так не поступают. Сначала хорошенько выспитесь, а затем - в путь.
Признаться, я был согласен с его доводами. После всех событий, приправленных затем вкусным обедом и ядрёной
настойкой, тело бунтовало против каких либо путешествий. К счастью, Лило тоже была не против небольшого отдыха. Мы
оба чувствовали себя порядком измочаленными и мыслили потому в одном направлении.
Нам предоставили отдельную комнату, где уже была готова постель на двоих. Вопреки моим ожиданиям и желаниям,
девушка взяла один из матрацев и удалилась в дальний угол, намекнув, что в случае чего сломает мне руки. Ничего не
оставалось, как погрузиться в царство Морфея.
Только вот дрых я не долго. Кошмары преследовали во сне, один ужасней другого. Одежда пропиталась холодным
потом. Устав ворочаться, приподнялся на локтях, и заметил, что Лило тоже не спит. Она сидела, задумавшись о чем-то
своем, и мне стало немного стыдно за свое давешнее поведение - верный признак того, что я протрезвел.
С похмелья меня часто мучили угрызения совести.
- О чем думаешь? - тихо спросил я.
- Я боюсь, - сдавлено произнесла она.
- Чего тебе бояться? - уточнил я, но затем понял, что сморозил откровенную глупость.
Зачем отрицать очевидное? Даже я, достаточно крепкий мужик - постоянно чего-то боюсь, не говоря о хрупкой
девушке.
- Я ведь не супергероиня, - она словно прочитала мои мысли. - Я такой же человек, как ты. Как другие. Я
испытываю точно такие же чувства и эмоции...
- Извини, я не хотел тебя обидеть. Просто ты очень не похожа на большинство женщин. Наверное, это главная
причина моих заблуждений.
- Все нормально, без обид.
- А все-таки, чего ты боишься?
- Тебя. Потому что ты не выносим, - простонала Лило. - И если сейчас же не ляжешь спать, то я тебя
загипнотизирую. Ты знаешь - это я умею!
Мне оставалось только подчиниться. Кто знает - чего на уме у этих женщин? Тем более таких смелых и
симпатичных. Вырубят если не гипнозом, то крепким ударом в голову точно. Я устроился поудобнее, и вскоре заснул.
Разбудил громкий хохот Николая Ивановича. По сравнению с вчерашним он выглядел просто великолепно. Как будто
еще больше покруглел, превратившись в этакого колобка, весело перекатывающегося с места на место. Из-за этой
дурацкой манеры разговаривать с ним было затруднительно, тем более следить за его действиями, когда он вытащил нас,
еще сонных, на платформу, чтобы показать какие изменения претерпела станция за ночь.
- Вот, - щебетал он, кружа вокруг колонн подпирающих свод. - Все как раньше, красота.
Гордиться и впрямь было чем: следы запустения бесследно исчезли, уступив место свету и относительному порядку,
усиливающемуся прямо на глазах. Каждый житель был занят своим делом и, судя по сосредоточенным лицам - каждый считал
его самым главным. Душа радовалась при виде этого, честно. Рядом с перроном появилась железнодорожная платформа со
стройматериалами, и при виде нее я почему-то уверился в дальнейшем светлом будущем станции. И как я раньше мог