Дмитрий Дашко – Мы из Тайной канцелярии (страница 56)

— На бал приглашены фрейлины её величества, — потупился Иван.

Не хватало, чтобы его физиономия расцвела сейчас как маковый цветок!

— Мог бы и сразу догадаться! — вздохнул я. — На балу будет Екатерина Андреевна, а ты нуждаешься в моей поддержке, потому что в её присутствии чувствуешь себя телёнок телёнком?!

— Да, — чуть слышно ответил Иван.

— Ладно, — я хлопнул себя по бокам. — Пойдём на вашу дискотеку. Надеюсь, у неё найдётся симпатичная подружка.

Иван просветлел.

Этот вечер мог закончиться по-другому: так, как нам хотелось, как мы предполагали. Увы, планида решает за нас всё.

Мы только закончили приготовления к балу, как на пороге появился встревоженный денщик.

— К вам из Сыскного приказа пожаловали. Прикажете впустить?

Не дожидаясь дозволения, в комнату влетел сгусток энергии — сыщик Сыскного приказа Чирков. Лицо его было мрачнее тучи.

— Господа!

Мы склонили головы, приветствуя.

— Прошу следовать за мной! Только что в Неве выловили тело, в котором опознали вашего непосредственного начальника — комиссара Хрипунова. Его смерть была насильственной, господа. Это убийство!

Страшная пустота навалилась на нас с огромной силой.

«Думаешь, Генерал?» — мысленно спросил Иван.

Мне передалась его подавленность, его тоска по человеку, успевшему стать для нас другом.

«Он! Гадёныш!»

Мы не раз и не два нападали на след этого Мориарти российского преступного мира, но он с лёгкостью ускользал из наших сетей. И вот, наконец, нанёс ответный удар, простить который мы не имели права.

Эпилог

Трое усталых, измученных мужчин сидели за столом и вяло переговаривались. За окнами бурлила городская жизнь: гудели автомобили, с рёвом проносились самоубийцы байкеры, с шумом покачивались деревья.

— Евгений, вы точно уверены в том, что ваш дядя остался в восемнадцатом веке?

Южин вскинулся:

— Могу повторить ещё раз: я галлюцинациями не страдаю! Дядя оказался в прошлом, как это произошло — ему неизвестно, он хочет вернуться и просит у нас помощи.

— Повторные контакты были?

— Нет. Более того, у нас возникли проблемы: мы не можем использовать Ивана Елисеева в качестве реципиента.

— Раньше могли, а сейчас нет — почему?

— Могу высказать гипотезу — либо у него возникло что-то вроде иммунитета к нашим подключениям, либо он научился ставить мозговой блок. Я больше склоняюсь к первому варианту, но и второе скидывать со счетов тоже нельзя.

— Есть другие источники, которые могут подтвердить то, что ваш дядя попал в прошлое?

— Мы работаем над этим, — ответил вместо Южина профессор Орлов. — Проблем масса, в том числе технических и организационных, но всё решаемо. Хотя, на мой взгляд, нужно смириться с фактом физического переноса во времени, механизм которого мы не представляем.

Куратор из ФСБ повернулся к профессору:

— Хорошо, мы столкнулись с неординарной ситуацией: наш современник провалился в прошлое. Я принимаю это как факт и не требую дополнительных подтверждений.

Орлов и Южин облегчённо вздохнули, а «эфэсбэшник» продолжил развивать мысль:

— Перехожу к главному: какие потенциальные угрозы это несёт?

Профессор вяло дёрнул плечами:

— Я не знаю… Никто не знает. Такое произошло впервые.

— А как-нибудь смоделировать, спрогнозировать развитие ситуации возможно? Если понадобится самая дорогая техника, суперкомпьютеры, например, — дайте знать, я пробью.

— Боюсь, для достоверной модели у нас нет полноты информации… Да что там — научной базы, под которую можно подвести прогнозы, нет! И не только у нас — никто в мире не сталкивался с такой проблемой.

— Ну а как вы считаете: этот Елисеев, оказавшись в прошлом, может изменить нас… наше время? — вкрадчиво поинтересовался «эфэсбэшник».

— У меня есть только теории, и этих теорий несколько. Самый благоприятный по отношению к нам вариант: я назову его «круги по воде» — время будет гасить созданные Елисеевым изменения и потихоньку сведёт к нулю его вмешательство. В итоге всё останется прежним.

«Эфэсбэшник» кивнул:

— Да, такой вариант и впрямь предпочтительнее.

— С другой стороны, пресловутый эффект бабочки ещё никто не отменял, — продолжил Орлов.

— Но почему мы с вами ничего не ощущаем, не видим никаких изменений? — спросил Южин.

— Хотя бы потому, что мы их и не должны почувствовать. Время меняется вместе с нами, и никто понятия не имеет как. Станет вполне естественным то, что Наполеон не станет вторгаться в Россию или вообще победит. Может, Гитлера не будет, может, он в пух и прах разобьёт СССР! Да чего уж… не удивлюсь, если кто-то из нас просто не родится в изменяемом прошлом, а мы этого и не заметим. Для нас всё будет привычным порядком вещей.

— Ужас какой-то! — разом вспотевший «эфэсбэшник» вытер мокрый лоб. — Надо что-то предпринимать!

— Что?! — хмыкнул Орлов. — Наша технология позволяет вести наблюдение, но ничего изменить не получится.

— А если повторно связаться с попаданцем, объяснить, что он представляет собой хроногранату с непредсказуемым масштабом разрушения, убедить его удалиться в какую-нибудь глушь и жить там, не отсвечивая?

Южин усмехнулся:

— Вы моего дядю не знаете! К тому же он вовсю резвится в прошлом: служит в Тайной канцелярии.

— Разве он не понимает всю опасность своих поступков?! — удивился «эфэсбэшник».

— Он верит в то, что занимается полезным делом. Ему многое не нравилось в нашей жизни, не удивлюсь, если он попытается это изменить.

— Из прошлого?

— Да.

— Сумасшедший!

Куратор замолчал, переваривая информацию, потом снова с надеждой посмотрел на Орлова:

— Так что — тупик, нет никакого выхода?

Профессор подался вперёд, его глаза хищно блеснули:

— Скажите, то, что вы предлагали… любое оборудование, суперкомпьютеры — это не блеф?

— Никоим образом. Если всё зашло далеко, конторе по силам пробить для вас бюджет, сравнимый с бюджетом самой крупной госкорпорации. Наверху не дураки сидят.

— Надеюсь, — задумчиво произнёс Орлов. — Завтра… нет, сегодня я подготовлю заявку на оборудование. Готовьтесь к расходам, безумным расходам!

— Всё, что угодно… любые деньги! — кивнул куратор.

— Замечательно!

Орлов обратился к Южину, который с удивлением вслушивался в разговор:

— Вся надежда на вас, дорогой коллега.

— Что я могу сделать, Арсений Петрович?