Дмитрий Дашко – Инспектор Лестрейд. Рыжий… Честный… Инспектор (страница 12)
– Вы правы на все сто, – с дружелюбной улыбкой ответил я.
Всё-таки передо мной стоял лучший детектив Лондона, если верить словам Херба. А он вряд ли мне врал.
Взор Грегсона омрачился.
– Херб, что делает здесь этот джентльмен?
– Детектив Лестрейд с этого дня работает в нашем отделе…
– Неужели?
– Я не шучу…
– И теперь, значит, это его стол? И он будет сидеть рядом со мной…
– Всё так, Тоби.
Грегсон фыркнул с досады.
– Пусть он пересядет!
– Почему? – Мы с Хербом посмотрели на Грегсона с удивлением.
Сержант из Лидса при всём желании не мог перейти дорогу лондонскому детективу или наступить ему на любимую мозоль.
– Повторяю: пусть он пересядет и как можно дальше от меня! – набычился Грегсон.
– Да что с тобой, в конце концов?! – едва не завопил Херб. – Чем тебе так насолил новичок? Он же только-только появился в отделе?
– Я не хочу, чтобы этот псих вдруг разделся догола и стал козлом прыгать возле меня, как это было в Лидсе, – зловеще произнёс Грегсон.
Наступила тягостная тишина.
Меня оскорбили, я должен был среагировать. И я ответил обидчику тем же.
– Почему? Боишься возбудиться при виде голого мужика? – ровным тоном поинтересовался я.
Глава 6
Когда тебе перевалило за сто, больше половины из которых ты отдал органам, поневоле учишься держать удар.
Но Грегсон был слишком молод, нагл и самоуверен. Душевной выдержки у него не хватило.
– Я убью тебя! – совсем не по-джентльменски завопил он и ринулся на меня с кулаками.
Должно быть, оправдывал статус Англии как родины бокса.
Я ещё не знал, как принято биться на кулачках в среде британских офицеров полиции, потому не стал тратить время на пустяки и, увернувшись от первого, сильного, но плохо поставленного удара, ответил встречным прямым в челюсть Грегсона.
При желании я умею лягаться не хуже лошади, а рукопашной меня учили ещё на фронте. В сорок третьем мне выпала честь попасть в разведвзвод, и в моём послужном списке числилась не одна дюжина притащенных с той стороны «языков». Понятно, что редко кто желал идти со мной добровольно, и уговаривать приходилось самыми разными способами. Далеко не всегда словом.
– Как-то так, – резюмировал я, убирая кулак. – Господа детективы, пожалуйста, будем вежливыми друг к другу.
Ничего удивительного, что Грегсон сначала замер, а потом стремительно потерял равновесие. Он мог бы упасть и удариться головой о стол или другие предметы мебели, но я не хотел лишать Скотланд-Ярд талантливого сыщика, поэтому подхватил его и осторожно опустил на пол.
Существенного урона его внешности и здоровью мой удар не нанёс, только погрузил на какое-то время спатеньки.
– Джентльмены, у кого есть нюхательная соль? – поинтересовался я.
Почему-то вместо ответа наступила нехорошая тишина, я спиной почуял неприятности.
– Что тут происходит?! – загремел позади недовольный возглас.
Судя по реакции остальных детективов, это был кто-то из начальства, поэтому я тут же развернулся и вытянулся по стойке смирно. Рядом, с трудом дыша, держа руки по швам, стоял Херб.
– Ещё раз спрашиваю: что тут происходит?! – повторил вопрос высокий мужчина с редкими зализанными волосами и пышными пшеничного цвета усами над верхней губой. У него был высокий лоб, изборождённый морщинами, несмотря на явную молодость – я бы дал ему лет тридцать с хвостиком, длинная как у жирафа шея, торчавшая из тугого накрахмаленного воротника белой рубашки. Тонкая правая рука покоилась в кармане жилетки тёмного пиджака.
– Кто это? – едва слышно спросил я у Херба.
– Говард Винсент, начальник управления, – прошептал тот.
Непосредственный начальник, как я понял, уставился на меня с плохо скрытым возмущением.
– Кто вы такой и кто позволил вам поднять руку на детектива её величества?!
– Детектив Джордж Лестрейд! Сегодня мой первый день на службе. У нас с господином Грегсоном возник спор на тему географии. Грегсон не смог противостоять моим аргументам и от перенапряжения душевных сил лишился чувств.
– Что вы несёте, Лестрейд?! При чём тут география? – удивлённо заморгал начальник.
Примерно такой реакции я и дожидался: смутить, сбить с толку, погасить первые, самые мощные приливы ярости.
– Детектив Грегсон не поверил, что русская река Волга впадает в Каспийское море…
– При чём тут Волга?!
– Сам не знаю, господин директор.
Грегсон застонал и открыл глаза.
– Убью урода… – пробормотал он и тут заметил Винсента.
– Господин директор…
– Что нашло на вас с Лестрейдом?
Детектив зло посмотрел на меня.
– Ничего серьёзного…
– Лестрейд утверждает: вы с ним поспорили из-за географии. Из-за русской Волги, которая впадает в Каспийское море…
– А она действительно в него впадает?! – удивился Грегсон.
Винсент позеленел от злости.
– Так! С меня хватит! Херб!
– Да, господин директор!
– Почему я не знал, что детектив Лестрейд поступил на службу?! Вы должны были представить его мне…
Взгляд Херба потерял осмысленность, мыслями он перенёсся куда-то туда, где есть все правильные ответы на вопросы.
– Это моя вина, господин директор, – пришёл ему на помощь я.
– Неужели? – хмыкнул Винсент.
– Так точно! После того, как я был представлен сэру Хендерсону, мистер Херб планировал отвести меня к вам, но я отвлёк его внимание расспросами и потому не успел…
Херб посмотрел на меня с благодарностью.
– Плохо! – покачал головой Винсент. – Плохо начинаете первый день на службе, мистер Лестрейд.
– Виноват, исправлюсь!
– Обязательно! У вас ещё будет такая возможность…
Директор обвёл собравшихся недовольным взором.