Дмитрий Данков – Вирус Бога (страница 113)

– Всем отдыхать, – скомандовал Денис.

Члены группы разошлись по номерам, а к десяти часам, отдохнувшие и посвежевшие, собрались внизу, выпили кофе и вышли во двор. Расселись по микроавтобусам и поехали к пещере. По дороге Вадим дал Графу посмотреть на данные по фонду, что боролся за закрытие пещеры, организация оказалась молодой и крайне активной, она отметилась и на останках монастыря, который посетил Франциск.

– Интересно, что бы сказал Франциск, посмотрев им в глаза? – сказала Вика. – Вы думаете, они хотели скрыть источник для того, чтобы выкачать всю воду и спрятать подальше?

– Может быть, они, наоборот, продолжатели дела брата Франциска? – предположил Вадим.

– Прямо, как мы, да? – Вика засмеялась. – Сейчас накачаем воды, разведем, сделаем аэрозоль и распылим с аэроплана над Москвой. Ну, а что?!

– Вы ей еще травы давали, да? – спросил Денис, обратившись к Графу. Тот поднял обе руки вверх, ладонями к Денису, и улыбнулся.

– Ей не надо травы, она и без нее была с прибабахом, а тут вообще с катушек слетела, – заметил Вадим.

– Кстати, о фонде, – сказал Граф, – это довольно странные люди, к которым попали несколько раз переписанные и переведенные документы, в которых ­что-то такое рассказано про монастырь, живую и мертвую воду, бога и дьявола. Сами документы я не видел, но мои люди говорили с одним из членов этой идиотской секты. В общем, просто психи, – Граф махнул рукой.

Вскоре они приехали на место, где их встретил сторож, который открыл пещеру. Он с уважением общался с Графом, стараясь всячески услужить. Сторож включил свет и спросил, не нужно ли им сопровождение. Сославшись на то, что Граф тут уже неоднократно бывал, и ему с друзьями хочется пройтись по пещере в своей компании, без посторонних, они отказались. Сторож немного помялся, но не стал настаивать.

Группа вошла в пещеру. Шли, не спеша, потому что везде были камеры наблюдения. Не стоило вприпрыжку бежать к водоему, минуя то, ради чего сюда стремился весь цивилизованный мир, – наскальные рисунки древних людей. Они и вправду были интересные, хоть и совсем примитивные, все еще яркие и выразительные, нарисованные несколько тысяч лет назад и непонятно каким чудом сохранившиеся. Привет от бородатых собратьев из прошлого. Группа с интересом рассмотрела рисунки, как и положено туристам, и, наконец, остановилась у водоема. Это было глубокое подземное озеро, очень красиво подсвеченное.

– Удивительно – сколько столетий прошло, а все на месте. Интересно, не утратила ли вода своих свой­ств? – сказал Вадим. – Но как мы ее отсюда наберем? Сторож, наверное, прифигеет, увидев, как мы сюда цистерну подгоним и шланги потащим. Зашли, типа, рисунки посмотреть.

– У нас с собой есть портативный сейсмограф, можно посмотреть, куда уходит этот водоем, возможно, нам и не придется выкачивать воду прямо через пещеру. Насколько я понимаю, водоем уходит глубоко под землю, значит, до него возможно добраться через небольшую скважину снаружи, – сказал Олег.

– Хотя это и природоохранная зона, но можно разбить палатки, причем совсем недалеко от пещеры, тут есть стоянка и мини-кемпинг.

– Притворимся туристами.

– Для сейсмографа нужно взорвать заряды? – спросил Граф.

– Да, но детонация почти вся уйдет в почву, устройства очень компактные, и в этой почве быстро устанавливаются, можно все сделать незаметно.

– А скважина?

– Зависит от глубины, все решаемо. Возможно, найдем трещины.

– Ладно, тут все понятно. Осталось последнее, – Олег повернулся к Графу, – прошу вас, – он указал рукой на воду. Тот подошел к воде, набрал пригоршню и омыл руки, вытирать не стал. Встал и посмотрел в глаза солдату.

– Как видите, все в порядке.

– Давайте подождем, мало ли что, может, вы руки какой защитой намазали, – при этих словах Граф провел мокрой рукой по лицу и улыбнулся.

– Пить, пожалуй, не буду, не рискну, приступ острой диареи, думаю, не будет показателен в рамках проводимого эксперимента.

– Хорошо, реакции, вроде, нет. Пойдемте, отработаем с сейсмографом, пока темно, – предложил Денис.

– Да, я скажу сторожу, что мы проведем ­какое-то время, гуляя по окрестностям, осмотрим ночной пейзаж, тем более что в полнолуние он действительно производит сильное впечатление.

– Дунем еще по одной, да? – Вика блаженно улыбалась. – В полнолуние самое то, дополнительно вставляет.

– Сейчас полнолуние? – заинтересовался Денис. – Даже не заметил.

– Это потому, что ты хренов зануда, – Вика показала ему язык.

– Пойдемте уже, – прервал их Олег.

Группа пошла к выходу, по дороге увлеченно обсуждая план действий: кто и как расставит заряды, кто настроит сейсмограф, есть ли в микроавтобусе заряженный аккумулятор для подключения техники. Никто не заметил, что их, помимо сторожа, встречают и другие люди. Рядом со сторожем на площадке у выхода из пещеры стоял необычно высокий для испанца мужчина в темной куртке, с военной выправкой. Позади у трех джипов застыли солдаты с оружием в руках.

– Опаньки, какой у нас эскорт, – Вика обвела взглядом солдат и их командира, – мальчики, заехали к нам на огонек, да?

– Do you speak English? – поинтересовался рослый мужчина.

– Yes, I do, – ответила Вика, – и ду, и не ду, могу ду, могу не ду, – девушка засмеялась.

Остальные пребывали в некотором ступоре от происходящего, поэтому никто не вмешивался в эти странные переговоры. Граф отделился от группы и, подойдя к рослому, поздоровался с ним за руку. Они обменялись несколькими словами на испанском.

– Ну, дед, ты прям огорчил, дай хоть травы напоследок, чтобы в романтичном полнолунии подыхать было не так обидно.

– Подыхать никто сейчас не будет, – ответил Граф, – будет разговор, мирный и спокойный. Если ваши коллеги, те, что с оружием, сейчас его вынут и положат вон туда, – он кивнул на бетонный порог пещеры, – отойдут в сторону и не будут против, если им временно, я подчеркиваю, временно наденут наручники. Через пятнадцать минут мы их снимем, но необходимо, чтобы в первые пятнадцать минут разговора у нас не случилось инцидента.

– Вы имеете в виду, чтобы в вашей красивой седой голове не появилось лишних отверстий, да? – уточнила Вика. – Я прям спиной чувствую, как наши бравые парни исходят жаром ненависти к вам, или меня так от травы пробрало. Кстати, а что за сорт?

– Я имею в виду, чтобы те бравые парни, – Граф показал пальцем на солдат у машин, – не проделали во всех вас лишних отверстий. Это совершенно никому не нужно, но, к сожалению, возможно.

Олег подошел, достал свой «Стечкин», положил на порог и сделал шаг в сторону. За ним это проделали и другие спецназовцы. Двое испанских солдат подошли, надели на них пластиковые наручники и встали поодаль, наведя на группу стволы автоматов.

– Итак, мы готовы спокойно поговорить? – спросил Граф.

– Насчет спокойно – это вы ­как-то загнули, дедушка, – ответила Вика, – вы подставили нас под этих замечательных людей из местных спецслужб – и ожидаете спокойного диалога?

– Во-первых, ваше же руководство обратилось к нам за содействием, когда у вас начался этот бардак. Не лично к нам, а в партнерские организации, скажем так. Во-вторых, дело в том, что на Западе вопрос о «живой» и «мертвой» воде исследуется куда дольше, чем у вас. Записи, подобные допросу Франциска, существуют во множестве архивов, есть даже ряд исследовательских работ средневековых алхимиков. Многие ученые в конце XIX и начале XX веков активно работали в этом направлении, тогда была большая мода на парапсихологию. Королевское психологическое общество Англии снаряжало несколько экспедиций в начале XX века именно для поиска «живой воды», я уж не говорю про нацистов, у которых был пунктик на вечной жизни.

– И с каким же результатом, позвольте полюбопытствовать? – поинтересовалась Вика.

– До недавнего времени, как это ни странно, находили только деактивированные источники живой воды.

– Деактивированные?

– Да, именно так мы их называем. Они точно были активны, мы находили свидетельства, подтверждающие это, но ни живых носителей, ни активных источников не находили. Мы уверены, что борьба с ними ведется до сих пор, ­кто-то их находит и, располагая доступом к источнику «мертвой воды», уничтожает.

– Говоря «мы», кого вы имеете в виду?

– Среди спецслужб тема «живой» и «мертвой» воды давно стала секретом Полишинеля, особенно после того, как Гитлер устроил за ней настоящую охоту по всему миру. Головорезы из «Аненербе» поставили на уши Европу и Азию, пытали людей, убивали ученых, которые занимались этим вопросом. Тупая история про копье Лонгина, Граааль и прочую ерунду была запущена ими для отвода глаз. Когда они наткнулись на тему «живой воды», представляете, как их это воодушевило, ­тогда-то и появились темы тысячелетнего рейха, вожди которого стремились к бессмертию. Их исследования в Антарктиде связаны, в первую очередь, с задачей найти замерзшие запасы «живой воды», либо носителей, в телах которых они рассчитывали найти следы того, что называли «вирусом вечной жизни». Вам, конечно, знакома теория, что во льдах Антарктиды можно найти древние формы жизни в первозданном, законсервированном виде. Многие ваши коллеги переживают, что исследования Антарктиды могут стать источником древней заразы, от которой у нас не будет иммунитета, а эти как раз ее там и искали. Американцы потом запустили слух о теории полой земли, подледных ракетных базах нацистов, причем тоже серьезно вложились, есть целые истории и даже очевидцы событий, участники военных экспедиций на нацистские базы в Антарктиде. Кстати, есть версия, что геноцид евреев был начат, как своего рода шантаж: нацисты предполагали, что евреи могут знать тайну «живой воды», так как Храм Соломона, по преданию, имел некое хранилище древних текстов, в которых были раскрыты все тайны мира. Сюда добавим историю с тамплиерами, которые имели базу именно на руинах Храма Соломона в Иерусалиме, ­что-то там усиленно искали и, возможно, нашли, судя по их яркой истории. Слухов и предположений было достаточно, чтобы впечатлительный ариец проникся идеей добыть информацию любой ценой. И цена, как вы знаете, была поистине чудовищна.