Дмитрий Данков – Улей: Изгнание из ада (страница 4)
Но на этом карьерный рост Сергея и закончился. Он застрял в последней конторе, дорабатывая и допиливая прошлые наработки под новых заказчиков, по сути, гоняя по кругу одно и то же до тошноты.
Вот тут Сергей и получил предложение, от которого впоследствии не смог отказаться. Пришло оно, как ни странно, не из ИТ-компании, а из рекламного агентства. Получив письмо с приглашением на собеседование, Сергей некоторое время недоуменно рассматривал красивый конверт. Получить «мыло» от HR с оффером или приглашением на собеседование – это было нормально. Но бумажное письмо с курьером… экзотично. Еще его удивил логотип на их конверте – рекламное агентство «Хрустальный мозг» – там и вправду был мозг, испещренный сетями, трехмерный, очень стильно прорисованный.
Сергей тут же полез в Гугл – проверить потенциального работодателя, но сайт агентства вызвал больше вопросов, чем предоставил информации. Он так и не понял, зачем им может понадобиться специалист его уровня и профиля. Единственным, что как-то намекало на его род деятельности, в списке услуг агентства «Хрустальный мозг» был загадочный нейромаркетинг. Как Сергей понял из пояснений, что дала Вики, – так называли комплекс достижений современной нейрофизиологии, поставленный на службу золотому тельцу.
«Удивительно устроен мир, – подумал Сергей, – бьются люди, проводят многолетние исследования, получают нобелевки – и все для того, чтобы нам, несчастным, крышу поправить. И тут ушлые дядьки, а может, и тетки, будем политкорректны, берут и используют все это доброе и светлое именно для того, чтобы закачать нам поглубже в мозг некий зловонный контент, жажду потреблять, быть в моменте, ресурсе, умение быть и торговать собой. Тьфу», – он мысленно сплюнул, потом вспомнил свой собственный «Вконтакте» – и сплюнул еще раз, уже по-настоящему.
В письме некая Екатерина Гейн растекалась в комплиментах его заслугам и достоинствам, прозрачно намекая на знакомство и, как ни странно, понимание технической стороны и сути проекта «Собутыльник», равно как и других проектов Сергея. «Собутыльника» она даже называла знаковым достижением в области машинного обучения, причем не только в масштабе России, но и всего мира. Подпись под напечатанным текстом была настоящей, изысканной, со множеством завитушек. Екатерина серьезно заморочилась. В мире, где все меньше людей в состоянии пользоваться рукописным вводом информации, такая витиеватая подпись вызывала уважение.
«А что? – подумал Сергей. – «Собутыльник» – это для наших широт, может быть, образец лучшего применения искусственному интеллекту. Не роботов же делать человекоподобных, рубежи Родины охранять, в самом-то деле. Эх, не поняли нас чиновники, не посмотрели вглубь. Ну да ладно, на этом хайпе, оказывается, еще можно поездить».
Из всего изложенного в письме от агентства делался краткий вывод – Сергей им жизненно необходим для технического руководства новым проектом, революционным направлением, достойным его гения. И, как говорится, «оплату гарантируем». Засим приглашаем обсудить детали к нам в офис.
«Как-то уже перебор. Приятно, конечно, но больно много патоки, как бы не влипнуть. Хотя ведь сам уже мучаюсь второй месяц. Тут мне больше ловить нечего и расти некуда. Ходят слухи, что наш проект и всю его команду хочет перекупить трехбуквенный банк. А у них с ИТ все насколько строго, что какой проект не возьмут, все в говно превращают», – пачкаться не хотелось. Поэтому Сергей уже давно аккуратно разместил резюме на Нead Нunter, но под другой фамилией и с анонимными местами работы, чтобы не спалили их вездесущие HR, неусыпным оком следящие за утечкой ресурсов. Ловись, как говорится, рыбка, большая и маленькая. Но до сего момента ничего путного не ловилось. А тут вдруг прямо письмо, бумажное, курьером и лично в руки! Учитывая, что резюме у него было на другое имя, вряд ли вышли по нему, скорее всего, отработали профессиональные хантеры.
«Ну что же, Екатерина Гейн, встретимся, посмотрим, что вы там за революцию зачинаете. Может быть, и у меня начнется новая жизнь. В конце концов – no pain, no gain, пора бы уже начать что-то менять», – Сергей улыбнулся, отправил с личной почты подтверждение встречи на указанный в письме адрес и, аккуратно сложив письмо, убрал его обратно в конверт, на котором были напечатаны только его имя и логотип «Хрустального мозга».
Хрустальный мозг
На следующий день, за полчаса до назначенного времени, Сергей въехал на парковку перед бизнес-центром, где находилось рекламное агентство. Ему было заказано место, и автоматика на взъезде услужливо открыла шлагбаум.
Денег рекламщики не жалели: современный небоскреб в центре Москвы, где их логотип красовался на стеле у входа среди названий крупнейших российских компаний, вызывал уважение к бюджету организации.
Получив на рецепции внизу карточку-пропуск, Сергей вошел в лифтовой холл и огляделся: кнопок вызова лифта не было, только одинокая стойка-сканер. Он догадался приложить к ней карту, и на табло загорелся номер лифта, который тут же открыл свои двери.
Войдя в лифт, Сергей поискал панель управления, но таковой там тоже не оказалось. Лифт закрыл двери и самостоятельно его куда-то повез, так мягко, что и определить, куда именно, вверх или вниз, было невозможно. В лифте не было даже счетчика этажей. Просто зеркальная коробка.
«Некоторым гражданам может стать очень неуютно при такой перевозке, и это мягко говоря. Стальной ящик с зеркалами, без единой кнопки и понимания, куда ты вообще передвигаешься. Жуткая штука», – Сергей вздохнул и от безысходности уставился в пол.
Лифт вдруг остановился, проиграв приятную мелодию, и двери открылись. На выходе его уже ждала стройная брюнетка в черном деловом костюме. Волосы ниже плеч распущены, большие зеленые глаза – взгляд приветливый, но одновременно внимательный, минимум косметики и украшений.
Она приветливо улыбнулась вышедшему из лифта Сергею
– Екатерина, это я написала вам приглашение, – сделав шаг вперед, она представилась и протянула руку.
– Сергей, очень приятно, – он пожал ее руку, отметив про себя, как медленно и нежно она выскользнула из его ладони, задержавшись чуть дольше, чем необходимо для формального рукопожатия. Екатерина смотрела Сергею в глаза, и от ее взгляда у него потеплело внутри. Ему показалось, что она смотрит на него с некоторой ноткой восхищения, а искорки в зеленых глазах заставили Сергея улыбнуться в ответ.
– Прошу вас, – Екатерина сделала приглашающий жест и пошла вперед. Сергей с удовольствием шел позади, невольно залюбовавшись движением бедер Екатерины. Обтягивающая юбка средней длины, стройные ноги, туфли на довольно высоком каблуке и завораживающая походка. Мысли выскользнули из рабочего русла. Сергей встряхнул головой и осмотрелся по сторонам.
Пространство, занимаемое агентством, впечатляло. Целый этаж с оригинальным ремонтом, в интерьерах которого было много стекла, проекций человеческого мозга и условных нейронных сетей.
Множество людей, очевидно, увлеченных работой, сидели за рабочими столами в комнатах с прозрачными стенами, что-то обсуждали в переговорных, рисуя сложные схемы на досках, бегали с бумагами в руках по проходам, а некоторые оккупировали звукоизолированные будки, стоявшие посреди офиса, и что-то обсуждали там по мобильным телефонам.
«Хорошо мотивированный и увлеченный работой коллектив, – подумал Сергей, – это плюс, большой плюс. Выглядит так, будто все они знают, зачем сегодня здесь собрались, в отличие от множества других офисов, в которых случалось поработать».
– Вот мы и пришли, – Екатерина остановилась и показала рукой на вход в отделенную непрозрачной перегородкой часть офиса. Помещение находилось на финальной стадии ремонта, над дверью виднелась надпись, выложенная буквами из полированного металла с мягкой голубой подсветкой, – «NeuroCube».
У входной двери был установлен ридер для карт, сканер отпечатка пальца и, судя по торчащим на уровне лица проводам, будет еще и сканер сетчатки. Сергей удивленно посмотрел на Екатерину.
– Проект очень инновационный, серьезный и дорогостоящий. Поэтому меры безопасности соответствующие, – ответила на его немой вопрос Екатерина
– «NeuroCube»?
– Не обращайте внимания. Название ничего не значит, просто придумали интересную вывеску, не более. Официально здесь российское подразделение по разработке решений по нейромаркетингу. Основное у нас находится в США, в головном офисе компании. Название вполне подходящее, вопросов у сотрудников не вызовет, а так как все разработки в этой области сейчас достаточно дорогостоящие, и каждая компания свято охраняет свои секреты, меры безопасности не вызывают вопросов.
– Понятно, интригует.
– Я рада, – Екатерина улыбнулась и, открыв дверь, жестом пригласила Сергея войти.
Они прошли в пахнущее свежим ремонтом помещение. Стены здесь были глухие, непрозрачные, освящение приглушенное, в дизайне преобладали темные, мягкие и такие уютные цвета и текстуры, что сразу захотелось присесть и провести время в неспешной беседе за чашечкой кофе. Екатерина, видимо, заметила реакцию Сергея.
– Вот примерно этим мы и будем заниматься, – сказала она.
– Чем? – удивился Сергей.
– Вам сейчас захотелось расслабиться, присесть в уютное кресло, типа вон того, – она показала на кресло, стоящее в зоне отдыха впереди по коридору, действительно очень уютное и даже с пледом, лежащим на подлокотнике, – выпить кофе и неспешно поговорить. Правда?