Дмитрий Данков – Улей: Изгнание из ада (страница 11)

– Да, я слышал, даже застал, чай, не мальчик. Но сейчас времена-то другие…

– Вы уверены? – Валентин Сергеевич снова внимательно посмотрел на Сергея. Эта его манера впиваться взглядом в собеседника уже начинала подбешивать.

– Что вы имеете в виду?

– Вы уверены в том, что времена могут настолько измениться, что за подобные преступления, а это именно что преступление, наказанием будут лишь интрига и увольнение?

– Как бы да, девяностые прошли, СССР уже давно канул в Лету, мы же не дикари, в конце концов, людей-то убивать. У нас и смертной казни в уголовном кодексе нет уже лет тридцать, если не ошибаюсь.

– В уголовном кодексе, Сергей Алексеевич, ее нет, не отрицаю, но должен по этому вопросу вас немного поправить. Собственно, мы как раз и подошли к сути нашей беседы, – Валентин Сергеевич шумно вздохнул и снова сложил руки на столе, вперив свой взгляд в Сергея. Тот неожиданно для себя напрягся. Пауза длилась добрую минуту.

– Простите, я просто думал, как вам сказать, но, наверно, лучше всего по-простому, – нарушил молчание Валентин Сергеевич.

– Да, наверное, так будет лучше, о чем бы вы ни вели речь, – промямлил вконец растерявшийся Сергей.

– Хорошо. Ну так вот, Сергей Алексеевич, если с информацией, которую вы получите, работая в нашей компании, вы поступите так, как поступили с наработками «ITC», мои люди вас убьют, – Валентин Сергеевич сказал это тем же тоном и с теми же интонациями, как говорил ранее, словно о простом и будничном вопросе.

Первой реакцией Сергея было встать и уйти – настолько дико прозвучало услышанное им сейчас. Он даже дернулся было на стуле, потом взял себя в руки, кашлянул, огляделся по сторонам, потер руки, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Валентин Сергеевич молча наблюдал за этой пантомимой, невозмутимой скалой нависая над столом и Сергеем.

– Теперь понимаете, почему тут у нас оазис, как вы изволили выразиться? И почему кухня отдельная?

– Да, – выдохнул Сергей.

– Теперь повторю еще раз, обрисую всю картину, чтобы вам было окончательно понятно. Вам предложена работа в качестве руководителя проекта с наивысшим уровнем доступа к корпоративным секретам, по-другому никак, иначе вы свои обязанности выполнять не сможете. Ряд наработок компании настолько опередил свое время и конкурентов, что даже простое упоминание о них, как о факте, может создать серьезные проблемы для нас, причем на уровне правительств, в тех странах, где мы работаем. В данном контексте ваша жизнь совершенно ничтожна, и вы должны ясно понимать, что вариантов уйти от ответственности не будет и скрыть подобные факты не получится. На одной чаше весов у вас возможность работать с технологиями, которые вам даже и не снились, я уверен в этом и попрошу не возражать, – Валентин Сергеевич сделал предупреждающий жест, выставив перед Сергеем свою огромную лапищу, хотя тот и не собирался ничего говорить, – а на другой – ваша жизнь. Вы можете вернуться в привычную вам среду, здесь и сейчас, просто выйдя из офиса. Вас через неделю примут на работу в какое-нибудь другое место, с неплохим окладом, вы это прекрасно знаете.

Но, вы можете войти в новый для вас мир, не побоюсь этого пафоса – войти в будущее. Правда, с озвученным мною условием. Может быть, вас оставить одного? – участливо поинтересовался Валентин Сергеевич, чуть наклонив голову.

Сергей поднял на него глаза. До этого он сидел, глядя в пол и скрестив руки на груди. Валентин Сергеевич был похож на стаффордширского терьера, ожидающего команды хозяина. Все в его облике бесило Сергея: костюм, сидящий так, что казался нарисованным прямо на теле, эта его пачка – даже не лицо, а именно пачка, – стрижка, манера говорить и чудовищные габариты. Больше всего бесило осознание собственного бессилия – и физического, и, если можно так выразиться, ресурсного. Против самого Валентина Сергеевича и того, что стояло за ним, Сергею нечего было выдвинуть. Он был простой человек, ноль, несмотря на свой опыт, понты и приличное финансовое положение. И он прекрасно понимал, что угроза смерти – не угроза, а просто констатация факта: если он ляпнет лишнее, его не станет. Машина, частью которой являлся Валентин Сергеевич, выполнит эту работу точно так же, как, например, обновление антивирусной базы или прошивки файрвола. Некто в черном костюме отнимет его жизнь и пойдет дальше – заниматься своими делами.

– Да, простите, забыл одну мелочь, – прервал его размышления Валентин Сергеевич, – тут, конечно, непросто вот так на вас все вываливать, но лучше уж сразу. С учетом важности вашей работы и сведений, к которым вы получите доступ, у нас есть, скажем так, право действовать превентивно.

– Превентивно? – не своим голосом просипел Сергей.

– Да. Было бы глупо ждать, когда вы что-то и где-то ляпнете, не подумав, замутите, как вы это называете, «очередной стартап под пивасик в пабе» и вложите туда пару идей с текущего проекта. Согласны?

– Звучит логично, – уже своим голосом, собравшись, ответил Сергей, – но как же можно действовать превентивно? А если ошибка?

– Смотрите, мы, конечно же, сначала предупредим, если увидим, что вы повернули не туда, или на вас вышли нехорошие люди. А это, поверьте, случится. У вас появится новый друг, случайно, в баре или на отдыхе, или подруга, которая будет вам подходить на 99%, читать ваши мысли и договаривать за вами фразы. И вам захочется выступить, расправить крылья, показать, в каких высоких сферах вы летаете. Ваши откровения будут встречены с максимальным вниманием, поверьте, и переданы по эстафете заказчику.

– Что вы несете? – удивился Сергей.

– Сергей Алексеевич, цель нашей встречи – донести до вас, что сейчас, здесь, в этом проекте и компании, вы впервые в вашей жизни получите доступ к настоящим секретам. Станете их носителем, со всеми вытекающими. То есть вы станете объектом, которым будут интересоваться наши конкуренты и спецслужбы разных стран.

– Спецслужбы?

Валентин Сергеевич тяжело вздохнул:

– Мы – транснациональная корпорация, занимающаяся различными научными разработками, они интересны не только конкурентам, но и правительствам стран, где мы работаем. Было бы глупо с их стороны игнорировать наличие на своей территории офисы исследовательских подразделений компании такого масштаба и направления.

– Направления? Мы вчера говорили, вроде, про рекламу. А вы сейчас о чем?

– Прикладные исследовательские работы, связанные с использованием достижений нейрофизиологии в области массовых коммуникаций. Плюс сеть аффилированных высокотехнологичных компаний, в которые мы инвестируем. Это же все нельзя скрыть, а поиск и собеседования людей определенного профиля дают понять внимательному наблюдателю, куда мы копаем, и незамедлительно возникает желание получить конкретику.

– Так если ФСБ захочет получить от меня информацию, они могут просто, следуя традициям, увезти в подвал, пытать и получить все, что им необходимо. И что, вы меня потом еще и добьете? Я же не Зоя Космодемьянская, в конце-то концов… – Сергей развел руками, явно пребывая в растерянности.

– Так поступают только в тупом американском кино. Подобные поступки – прямая конфронтация, нападение. Результат они, конечно, могут иметь, но ведь никто точно не знает, что именно знаете вы, а арест и пытки без следа и последствий не проходят. В конце концов, речь не идет о прямой угрозе национальной безопасности, вы не являетесь источником информации о том, где установлена бомба с тикающим таймером, – Валентин Сергеевич в свою очередь развел руками и добавил:

– У нас ведь тоже есть ресурсы в разных сферах, и мы сможем создать ответственным за такое нападение серьезные проблемы. Поэтому вас будут соблазнять на сотрудничество, а скорее всего – просто попытаются развести, как лоха, простите за откровенность. Ведь именно это и получилось в случае с «ITC».

– Что!?

– Неужели вы думаете, что инвесторам был нужен тот тупой стартап? Правда? И он что, потом взлетел? Им нужно было то, что вы рассказали попутно, именно вот эти секреты компании, так как на собственном проекте заказчика возникли аналогичные проблемы. Запускать свои научно-исследовательские работы дико дорого и столь же долго. До вас доходит? Вам дали немного денег за сведения, которые стоили в десятки раз дороже. Потом стартап слили, как нерентабельный, вы чувствовали себя магом, обманувшим мир и урвавшим у него свои тридцать серебряников, а на деле были простым шутом.

– Да вы поэт, – неожиданно сам для себя сказал Сергей.

– Приходится, – улыбнулся Валентин Сергеевич. Причем улыбнулся так по-человечески и не служебно, что Сергея вдруг отпустили и бешенство, и шок, и страх – все разом. Он откинулся на спинку стула, вытянул руки над головой и немного прогнулся назад, вытянув ноги, – с наслаждением, до хруста суставов. Вернувшись в нормальное положение и выдохнув, Сергей посмотрел в глаза Валентина Сергеевича и сказал:

– Все понятно, готов, где и чем подписать?

– Все, что необходимо, вы уже подписали, я лишь прояснил детали, привел пример из вашего же прошлого. Если вы все поняли, это хорошо, и я очень рад, честно. Было бы обидно потерять сотрудника, который настолько подходит по профилю на эту должность.

– Это вы про анализ моей личности, что сделала группа Карпатова?