Нам от зерна до шелухи.
И может быть, что чёрный год
Предуготован нашей доле,
Попыткой речи поневоле
Воспримешь ты души полёт.
Я всё прочту в твоих глазах,
Не надо лгать и притворяться,
Когда нам всем едва за двадцать,
Мир не утопится в слезах.
30 июня 1994 года
«Как маятника взмах, замкнувший цепь…»
Как маятника взмах, замкнувший цепь
Внезапных изменений и событий,
Свершений у любви и неприбытий —
Целитель захлебнувшихся сердец
Приходит, для меня ещё незримо,
Но так ли это всё необходимо?
Нелепо всё же шествие вослед,
На недосмотренный сеанс один билет,
Аэропорт у северных окраин,
Что поезд, самолёт – всё суета,
Написано, но не прочесть с листа
Того, что кто-то ясно понимает:
Беззвучна музыка, ушедшая в сеанс.
Так посмотри на радугу в закате,
С болезнью сердца в мире, как в палате,
И это – не учтённый мной нюанс.
27 июля 1994 года, Москва
«Колёса поездов для нас опишут…»
Колёса поездов для нас опишут
Круги Фортуны, но движенья вспять
Не обратить, на плёнку не отснять,
И голос сердца в расставаньях тише.
И, отмахнувшись от благословенья,
Я сердце испытаю на отказ,
Ну кто же знал, что песенка о нас?
Какое всё же глупое терпенье…
29 июля 1994 года, Москва
«В исходе дня задумчивы глаза…»
В исходе дня задумчивы глаза,
Всё тише воздух, засыпают птицы,
Ах, полуженщина, девчонка-егоза,
Вам будет море голубое сниться
И белые кораблики вдали… —
В нежданном сне распахнуто пространство,
Как сладостно теперь непостоянство,
И мы, ненужные, уже давно ушли.
2 августа 1994 года
«Последними аллеями в году…»
Последними аллеями в году
Пройти, и, глядя в осень, улыбнуться,
И ворошить опавшую листву,
И верить в краски, счастье и звезду,
И никогда уже не обмануться,
И чуть грустить, но только в светлых снах,
И покидать знакомые кочевья,
И раз спуститься в парк, где в двух прудах
Вода стоит в чудесных кружевах,
Где светел мир и женственны деревья…
2 октября 1994 года
Лабиринты
1995
«Разбросано, надорвано…»
Разбросано, надорвано,
Быть может, вновь не спеть,
На все четыре стороны 
