Дмитрий Чугунов – Певец (страница 7)
Вместе с ними приехал и невысокий мужчина, без оружия и без запасной лошади. Зато у него имелась загадочная сумка, в которой, как оказалось, лежали только бумаги, письменные принадлежности и какие-то грамоты.
– У них своя служба, – пояснил он, махнув рукой в сторону егерей, – а у меня своя. Ведь может статься, что и никакого стригеса нет.
– Как же нет, – опешил отец, – когда и следы его видели, и его самого?!
– Ну, положим, его самого видела только деревенская тётка, да и то – сошедшая с ума.
– А кто же тогда убил её ребёнка?
– Вот это я и буду узнавать. Может быть, стригес, а может – и какой тать, захотевший сыграть в него. Вот они будут охотиться за чудищем, а я за человеком. Друг другу мешать не станем.
– Да, иной раз человек бывает хуже чудищ, – согласился отец.
– Вы поэтому, господин землемер, не рассказывайте никому, кто я. Скажите, если спросят: мол, собрат по ремеслу проездом остановился, скоро дальше отправится. У меня вот и сумка почти такая же, как у Вас. Так-то оно вернее.
– Конечно, господин стражник.
– Артуриус, меня зовут Артуриус. А как Вас зовут, господин Руай, я знаю, можете не представляться.
Они выехали из гостиницы в тот же день, под вечер. На этом настоял Артуриус.
– А зачем нам ждать? – сказал он. – Приедем утром, сразу за дело и примемся. Новости узнаем, с людьми поговорим. Иначе же только сутки потеряем. А мне совсем не хочется застрять надолго в вашей, простите, дыре.
– Но ведь ночная дорога опасна, – с сомненьем произнёс отец.
– Опасна для одинокого путника. А для пятерых, из которых четверо – взрослые вооружённые мужчины, она похожа на прогулку по цветущему саду. Прекрасные звёзды над головой, освежающая прохлада – что может быть лучше?
– Да, конечно.
Сборы в дорогу заняли немного времени.
Час спустя повозка, которую сопровождали трое всадников, выехала из городских ворот. Отец правил лошадкой, бежавшей так резво и весело, будто она понимала, что путь их лежит домой. Анн долго смотрел назад: на городские стены, на крыши домов, местами видневшиеся из-за них, на главную башню графского замка, высившуюся в стороне. Ему понравилось в городе, пришлись по душе вся его суматоха, шум, безостановочное движенье людей туда-сюда. И вместе с тем он уже скучал по зелёным и золотым просторам Берёзового Дола, по чистому воздуху, по реке, по своим открытиям в Заячьем лесу, по Нель. «Как она там?» – думал мальчик, сидя в повозке. Наверное, родители теперь не выпускают детей без нужды из дому, и ей приходится сидеть взаперти вместо того, чтобы беззаботно бегать с подружками. Ах, эта напасть, свалившаяся на их деревню!
– Папа, а вдруг он прав? – спросил Анн, незаметно показывая на полицейского, едущего чуть позади.
– Нет, мне в такое не верится. У нас разные люди в деревне есть, но уж не такие, чтобы подобное сотворить.
– Да вот и мне тоже не верится. Значит, крылатый демон?
– Да, стригес. Я думаю, что он. Только бы он никого больше не убил! А уж эти бравые молодцы найдут на него управу.
Стражник каким-то шестым чувством определил, что они говорили о нём, и подъехал ближе.
– Позвольте полюбопытствовать, господин землемер, а чем вообще живёт ваше селение?
– У нас земледельцы преимущественно, господин Артуриус, пшеницу сеют и прочее. Ну… ещё кое-чем занимаются, ремёслами, рыбной ловлей…
– Вы не поняли меня, – сказал Артуриус. – В смысле духовном – чем люди живут? Какие праздники, обычаи и всё такое…
Отец призадумался.
– Кто в Берёзовом Доле заметно живёт, а кто от глаз чужих предпочитает прятать свою жизнь? Кто с кем враждует? Вот с мельником как: никто на мельника не обижался в последнее время?
– Я понимаю Вас, господин Артуриус. Да только не припоминается ничего такого. Я ведь сплетен не вынюхиваю…
– Экий Вы горячий, господин землемер! – замахал руками стражник. – До чего же люди странны! Прибежали вы за помощью и надеетесь, что получите её. И получаете! А сами оказать помощь не хотите, стыдитесь, что сболтнёте лишнего. А что можно сболтнуть, если хорошее рассказывать. Плохое порицать следует, исправлять. Хорошему радоваться. Вы же согласны с этим?
– Согласен, – коротко отвечал отец, не добавляя больше ничего.
Артуриус внезапно удовлетворился таким ответом и сменил тему.
– Конечно, Вы же не родились в Берёзовом Доле, что знаете, то и знаете. А Ваш сын – он родился в здешних краях?
После паузы, вызванной тем, что отец потянул вожжи и заставил лошадку бежать по дороге чуть левее, подальше от колючих кустов, росших на обочине, он ответил утвердительно.
– Мальчишки всегда всё знают, – сказал Артуриус. – Везде лазают, всё смотрят, проверяют, пробуют на вкус…
– У моего сына мало друзей в деревне.
– Зависть к Вашему положению, достатку? Или что-то другое?
– Вот уж не могу сказать.
– Мне скучно с ними, – осмелился вмешаться в разговор Анн.
Артуриус живо поворотился в седле и посмотрел на него.
Анн поёжился, ощущая себя по неизвестной причине преступником.
– Почему же Вам скучно, мой юный господин? Вы не любите крестьян, крестьянский труд на земле?
– Совсем нет, – сказал робко Анн, – мне нравится, как пахнет земля, как шумят травы в полях…
– Поэтично, – хмыкнул Артуриус. – Кто бы мог подумать, что в деревне станут рождаться такие возвышенные души!
– Великий Корион родился в деревне, – сказал отец. – А какие у него стихи: до сих пор всё королевство поёт их на праздниках и декламирует под окнами у возлюбленных!
– Да, хороший пример. А ваш сын не говорил, кем он собирается стать? Он же ваш единственный сын? Тогда ему будет очень легко вступить в гильдию. Землемер, сын землемера. Добрая профессия, требующая ответственности, честности, трудолюбия. Он ведь обладает этими качествами?
«Сегодня почему-то все спрашивают, кем я собираюсь стать, – подумал Анн. – Граф-наместник, теперь вот этот… Очень странно».
Разговор их прервался внезапно. Под повозкой что-то треснуло, её перекосило, и лошадка встала.
– На камень налетели, – с досадой сказал отец, спускаясь на землю. – Вот Вам и звёздное небо надо головой, господин Артуриус…
Глава седьмая. Ужасная встреча
Егеря развернули лошадей и подъехали к повозке.
– Что-то случилось? – спросил один из них.
Отец уже сидел на корточках и пытался на ощупь определить поломку.
– Поломка точно есть, – сказал он, – но без огня вряд ли что сделаешь.
– Не беда, – сказали егеря, – сейчас разведём костёр. А там подумаем, ночевать ли здесь или чиниться и ехать дальше.
Анну понравилось, что их спутники не устроили панику и суету. Они не стали выяснять, кто виноват, кто недосмотрел, чья идея была ехать ночью, а определили для себя задачу и настроились по возможности быстро решить её.
Анн отправился собирать сухую траву для костра. Бродил, спотыкаясь, по невидимым в темноте ямкам. Пока они ехали, глаза привыкли к свету звёзд, и большего не требовалось, но теперь впору было пожалеть, что человеческий глаз не обладает ночной зоркостью совы. При всей простоте конструкции в повозке отца имелось множество мелких винтиков, шпилек, хитроумно соединённых друг с другом деталей, которые сейчас требовалось рассмотреть.
– Что это за место? – спросил Артуриус, снова забравшись в седло и оглядываясь по сторонам.
– Курганы, – отвечал отец. – Видите, вон там чернеют небольшие выпуклости? Если луна выберется из-за туч, сможете разглядеть их лучше. Мы недалеко уехали, наверное, лишь треть пути оставили за спиной.
Артуриусу никакого дела не было до курганов, но в настоящий момент он не знал, чем занять себя, а потому снова спросил:
– И зачем они здесь?
Анн услышал, как отец буркнул себе под нос, вылезая из-под повозки:
– Лучше бы спросил, кто в них…
Больше он ничего не успел сказать, потому что один из егерей ответил:
– Вилия тут похоронена.
И только Анн подумал, что сейчас он услышит интересную историю, как вновь заговорили о поломке. Её можно было исправить и малым ходом добраться до Берёзового Дола, только для этого отцу требовался помощник.