Дмитрий Чугунов – Красный город. Певец-2 (страница 20)
– Происходило, – буркнул завистник.
Но толстяк не унимался.
– Слушай, расскажи, а? Я тебе и пива поставлю. А то ж меня засмеют. Вернусь, а друзья спросят: мол, как же так, самое интересное пропустил!
– Поклянись, что поставишь!
– Всеми духами клянусь! Да ты же, небось, своими глазами всё видел! И врать, как вон те, не станешь. Настоящие-то герои, они неразговорчивые…
– Видел, – подобрела завистливая душа, – как не видеть, когда всё главное на нашей улице, считай, развернулось.
– Вот и я говорю, – поддакнул толстяк. – Эй, служаночка, красавица, а принеси-ка нам с товарищем по самой большой кружке вашего лучшего пива! Не с кем-нибудь сижу, а с героем!
Странно устроена человеческая душа! Польсти человеку маленькому, мелочному, злобному, так он расцветёт на мгновенье, но не подобреет. Минуты не пройдёт, как он с восторгом примется поносить близких. И случайного почитателя своего не забудет. Мол, для чего он старается, похвалы расточает? Уж не задумал ли чего?
Не успела опустеть третья или четвёртая кружка «лучшего» пива, как завистник устремил мутный взгляд на своего добродетеля и спросил заплетающимся языком:
– Слышь, а ты кто вообще такой? Что-то я тебя раньше здесь не видел. Ты чей?
Толстяка подобный поворот совершенно не смутил. Он захохотал, хлопнул запьяневшего по плечу и сказал:
– Да Манор я, Манор! А ты Бидол. Мы же собирались с тобой вывести на чистую воду этих субчиков.
– Точно, я Бидол, – подтвердил тот. – А откуда?.. А… ну да…
– Ты же ещё собирался разоблачить этого злодея!
– Собирался, – подтвердил Бидол и икнул. – А кого?
Манор пересел поближе к пьяненькому и зашептал ему на ухо. Потом он встряхнул Бидола, стукнул кулаком по столу и воскликнул:
– Все эти болтуны онемеют от зависти!
– Какой ты молодец! – сказал Бидол и полез целоваться.
– Ну, ну, не стоит благодарности, – сказал невозмутимо толстяк, отодвигаясь от слюнявых поцелуев. – Сначала дело…
– Это ты намекаешь, что я не справлюсь?
– Неплохо было бы проверить…
– Хочешь проверить? – оскорбился Бидол. – Вот я тебе сейчас физиономию начищу, будет считаться проверкой?
Манор с подчёркнутым уважением воскликнул:
– Верю! Мне и нужен такой смельчак!
– Не боись, мы их изловим в два счёта! – смягчился Бидол.
Пошатываясь, горожанин отправился к стойке кабатчика. Там он смачно рыгнул и застучал по столешнице, привлекая внимание:
– А ну-ка, кто тут храбрый?
– Эй, Бидол, что разорался? – пренебрежительно откликнулись из противоположного угла.
– Знал бы ты, в чём причина, так первым бы бежал ко мне! – злорадно заметил на это Бидол. – Небось благодарность от нашего короля Виллема никому не повредит.
– Да в чём же дело?
– Я знаю, где можно изловить настоящих бунтовщиков.
Кабачок взорвался хохотом.
– Хм, на ту ли лошадку я поставил? – вполголоса спросил себя вернейший слуга «быстрого ястреба» Кенелма. – Неподходящая у этого типа репутация…
Тем не менее несколько искателей приключений всё же нашлись. Бидол вернулся к толстяку.
– Только, уважаемый, половину оплаты вперёд, иначе никак.
– Совсем никак?
– Задарма они своей шкурой рисковать не согласны. Дело ведь непростое. Можно три раза погибнуть от разбойничьей руки.
– Правда твоя, – вынужденно согласился Манор и протянул ему небольшой мешочек с медными монетами. – Остальное получишь серебром, как договаривались. И не забудь о
– Об этом Вы лучше им расскажите, – пьяно ухмыльнулся Бидол и спрятал мешочек во внутренний карман своей куртки.
Импровизированный отряд насчитывал, помимо предводителя, ещё четверых. Манор некоторое время испытующе рассматривал не вполне трезвое воинство. Пара молодых увальней воинственно размахивала крепкими палками, найденными в каморке сторожа и предназначавшимися, вероятно, для мётел. Двое других были вооружены чуть лучше: на боку у них болтались короткие мечи. В какой-то момент Манор вздохнул, однако выбирать не приходилось.
Ему пришлось безостановочно молоть языком, громоздя одну небылицу на другую и ложью подпирая ложь. Бидол и вояки прониклись воинственным духом до такой степени, что едва не накинулись на какого-то вполне мирного иностранца, вышедшего прогуляться. Тот необдуманно остановился и принялся рассматривать странную процессию. И не миновать бы кровопролития, если бы в тот момент возле иностранца не остановилась роскошная карета. В ней открылась дверца, и пара изящных женских ручек обвилась вокруг шеи любопытного.
– А хороша бабёнка! – заметил Бидол. – И чего она в этом сморчке нашла?
– Да известно чего! – заржал один из его подручных. – Это он с виду сморчок, а как одежду скинет, так настоящий гриб-боровик! Небось, любовь у них.
– А ну, не расслабляться! – рассердился Бидол. – На серьёзное дело идём.
Глава вторая. Серьёзное дело
– Так кого ловить будем? – спросил Бидол, когда вся компания добралась до Бархатного Бугра.
– Я думал, ты сам догадался, – дипломатично сказал Манор, ухмыльнувшись в сторону.
– Это ты о чём?
– Сам посуди: будет ли человек гадить там, где живёт?
– Если дурак, то будет. У меня такой сосед, что к нему во двор заходить страшно. Вонь, мусор везде…
– Так он просто дурак, наверное?
– Ясное дело, дурак, коли дом свой так запустил! Впрочем, и жёнка его такая же!
– Дураков мы в расчёт не берём. А вот коли умный попадётся? И ему-то, умному, захочется пакость ближнему содеять?
Бидол осклабился.
– Ты спрашиваешь! Я вот, когда грабли для хозяйства искал, а деньжат на тот момент не было, пошёл на другой конец города. Если уж брать взаймы, то подальше от себя.
– Взаймы?
– А что, думаешь, не верну?
– Да нет, ты прав, конечно, – торопливо ответил Манор, которому вовсе не хотелось обсуждать похождения жадного и глупого горожанина. – Я о чём толкую: на одних улицах прилавки переворачивали да окна били, а на других всё тихо-спокойно было.
– Почему?
– Да ясно же! В одних местах буянят, а в других – сами живут.
Бидол даже остановился, чтобы обдумать эту мысль. Манор выждал некоторое время и продолжил:
– И вот теперь мы можем пойти туда, где живут эти зачинщики. Одного я точно знаю.
– Пойти и поймать! Это я и сам понял сразу! – сказал горожанин, однако тут же насторожился: – А почему ты сам их не изловишь? Или ты хочешь, чтобы мы всю грязную работёнку сделали, а потом ты первым начнёшь кричать «стража»?
– Да что ты, что ты! – даже испугался Манор. – Из меня же вояка никакой! Вот вы – герои, а я – так…
– А, тогда всё по-честному, – успокоился Бидол.