Дмитрий Черепанов – Собиратель. Том 2 (страница 6)

— Здравствуйте, присаживайтесь, Ким — махнул он на стул рядом со своим столом, выказав осведомлённость обо мне. — Меня зовут, Алексей Парков, можно без отчества. Я главный инженер и по совместительству хозяин Виртуоза. Мне примерно рассказали о цели вашего визита, поэтому я решил поговорить с вами сам.

— Спасибо. Собственно, я здесь ради этого, — вытащив мечи и положил их перед инженером.

— Интересные образцы, издалека. Позволите их в анализатор? — показал он взглядом куда-то мне за спину.

— Конечно.

Взяв мечи, он подошел к дальней от стола стене, которая отодвинулась, открыв лабораторный стенд. Проделов несколько непонятных для меня манипуляций с мечами, он вернулся за стол.

— У меня три новости: плохая, хорошая и снова плохая. Итак, по порядку. После проделанной с вашим оружием модификации оно не трансфортабельно, абсолютно. Запредельные прочность и твёрдость — это почти кристалл с идеальной решёткой, которую нельзя по желанию разъединить, а потом соединить без потери свойств. Хорошая новость в том, что на базе ваших мечей с помощью оружейного ТТ блока можно сделать рельсотрон. В ручном варианте его нет как раз по той причине, что современные материалы не могут обеспечить необходимую прочность направляющих электроводов. В крупномасштабных образцах это решено увеличением веса ствола и частой его заменой. В вашем случае этого не требуется, лезвия будут идеальными направляющими. Всё что нужно это навсегда удалить часть гарды со стороны обуха, вот здесь, — показал он чего лишаться клинки. — Правда это будет не модификацией собственно оружия, а что-то вроде периферии, как дополнительный прицел или глушитель. Вторая плохая новость в том, что использовать рельсотрон вы сможете только с экзоскелетам и то не в полную мощность. Нужен источник питания и накопители, которые есть на экзоскелетах и самоходной технике. Конечно, у этого оружия есть масса минусов: необходимость остывания ствола, время для зарядки накопителей от реактора, приличный вес оружия. Но и даёт оно большую огневую мощь. Больше я ничего не могу вам предложить, и, пожалуй, никто не сможет.

— Получается, я зря поторопился с модификацией твёрдости и надо было её делать только после ТТ модификации?

— Да, верно. Тогда кроме полноценного трансформера, вы бы получили распространение внедряемых свойств и на элементы ТТ блока. Не всегда это имеет смысл, но в случае твёрдости вполне оправдано, согласитесь. С этими же мечами прочность ТТ дополнения будет ограничена основным выбранным вами материалом.

— Таких нюансов я не знал.

Смысл «калечить» мечи только ради того, чтобы замаскировать их, я не видел. Тем более при смерти этот оружейный ТТ блок будет выпадать. Хотя сама идея энергетического оружия мне нравилась. Тем более владение экзоскелетами развивать я планировал.

— Видимо мне придётся зайти к вам по позже с другим оружием, мне очень понравилась идея с рельсотроном.

— Тогда должен вас заранее предупредить, что рельсотрон не входит в официальные оружейные образы. Даже со стандартным исходным материалом этот образ придётся программировать с нуля что отразится на цене. Вы можете купить стандартный ТТ блок за миллион. С другой стороны, если вы всё-таки решитесь, то так же сможете использовать один из лицензированных образов какого-либо оружия, в дополнение к рельсотрону. Обойдётся это всего лишь в сорок миллионов.

— Да, мне это подходит, — решил я протестировать рельсу. Можно конечно обойтись обычной модификацией, но как говориться «понт дороже денег». К тому же надо проверять механику игры самостоятельно. По крайней мере, ничего про ручные рельсотроны в Настоящем я не слышал. А это значит, что это либо абсолютно бессмысленная вещь, либо что это очень удачное решение, которое никто раскрывать не собирается.

Договорившись о следующей встрече, я покинул бюро.

Идиот!

На какое-то время мне пришлось оставить игру — я поехал к родителям. По установленному с ними соглашению я не брал с собой гарнитуру и всё время проводил без игры. Именно в этот период произошло второе вторжение чужаков в земной игровой ареал.

— Прошло ровно полгода с первого вторжения. Думаешь это совпадение? — мы сидели с сестрой и обсуждали новость.

— Не знаю, возможно есть какие-то игровые ограничения на вторжения.

— Эхх, — тяжело вздохнула Настюха. — Теперь ещё хуже станет с кредитами.

— Всё так плохо?

— Не то слово. На демо аккаунтах совсем нет смысла фармить, сущие крохи получаются при пересчёте на рубли. Народ разбежался и ищет заработки в реале.

— Думаю у взрослых игроков тоже самое, если не хуже. Особенно у тех, кто зарабатывает только игрой.

— Теперь ты понимаешь беспокойство родителей на счёт твоих планов? — попеняла меня сестра.

— Думаю дальше буде ещё хуже, — было глупо спорить с очевидными вещами.

Как оказалось, сгущали краски мы зря, вторжение закрыли на второй же день. А в след за этим ожила биржа игровой валюты и игроки с новой силой принялись вкладываться в Колыбель. Курс конечно не вернулся к полугодовой давности, но перестал падать и даже подрос процентов на двадцать от последнего падения. Во всех новостных каналах стали преобладать позитивные настроения.

Не то чтобы я был пессимистом, но я видел ту сторону портала и чужаков. Поэтому не разделял оптимизм игрового сообщества. Не в этот раз, так через очередные полгода или через десять лет, граница откроется. Причём не важно с той стороны или с нашей. Придут тысячи игроков с кредитами и насытят ими рынок, обесценив его даже больше чем это было недавно. Но сейчас точно настало подходящее время для того чтобы стать немного богаче в реальности и беднее в игре.

Благо, персонаж уже был в Настоящем и мой браском был синхронизован с игровым его аналогом. Я мог распоряжаться игровым счётом даже не заходя в саму игру. Размеренное времяпровождение на даче отлично способствовало внимательному отслеживанию ордеров на покупку кредитов. Конкуренция была большая, но здесь главное было именно сидеть и предлагать цену чуть выше в самый последний момент. Постепенно рубль за рублём я выводил игровую валюту.

Вот уже месяц как я занимаюсь монетизацией. За первые две недели был наибольший ажиотаж, и я вывел почти половину всех своих денег. А самое забавное, что скупали кредиты не сами игроки, а брокеры, предполагая дальнейший рост и прибыль для себя. Мне это было только на руку.

Когда сумма на моём реальном банковском счёте превысила все разумные пределы моих подростковых представлений, назрел вопрос что с ними делать. Принимать поспешных действий я не стал и решил по советоваться с родителями. Мне самому в голову приходили только дурацкие идеи.

— Понимаешь Максим, велика вероятность что когда упадёт железный занавес, обвалиться не только ваш кредит, но и рубль, и доллар и йена, — объяснял мне отец.

— Почему это? Кредит — да, обвалиться, но как это повлияет на настоящие деньги?

— Ммм, — задумался он на некоторое время, глядя на маму, которая кстати, пока ничего не говорила. — У нас на предприятии есть своеобразная антимотивация на тему Колыбели, чтобы люди не уходили с завода. Естественно под подсписку о неразглашении.

— Папа хочет сказать, что с игроками с других планет придёт много изменений, которые мы не можем предугадать. Например, поток гало и очередной отток людей с планеты, что плохо. Но это же повлечёт покупку новых технологий и новый виток производства, что хорошо. В общем, как себя поведёт экономика, не берутся прогнозировать даже самые оптимистичные экономисты. Точнее, берутся, но результаты не афишируют.

— Поэтому положить деньги в банк под проценты или даже вложить в бизнес — это не самая лучшая идея. — снова подключился отец.

— Но что тогда делать? Не вкладывать же такие деньги в игровой персонаж, который в любой момент может исчезнуть, — в памяти ещё были свежи воспоминания с попаданием в чужой игровой ареал. Если бы не Мод, который был у меня с собой — единственным выходом был рерол.

— То же, что и во все времена. То, что делают все богатые люди и о чём почему-то не рассказывают на уроках экономики: вкладывать деньги в недвижимость. Я даже не буду тебе советовать в какую именно. Главное гарантированное юридическое обоснование собственности, а остальное не важно. Хоть гектар леса на Камчатке.

— Ну так далеко я не собираюсь, — невольно улыбнулся я.

Оставшееся время до возвращения в Питер я думал над словами родителей. Конечно ни на какую Камчатку я не хотел, хотя узнал о ней в последние дни больше чем за все предыдущие двадцать лет. При каждом разговоре отец вплетал её к месту и нет. Какие замечательные горнолыжные курорты, «ах какая там девственная природа и рыбалка», «а это удивительные гейзеры». Что ж, попытка зачтена, отец, я даже действительно проникся заочной любовью к Камчатке.

Но покупать землю за горизонтом событий, а самому снимать жильё, показалось мне не правильным. Поэтому выбор мой был очевиден, я стал искать квартиру в Питере. К тому же никто не отменял старую добрую традицию: покупку на игровые деньги квартиры именно в Санкт-Петербурге.

Но всё оказалось не так просто: в самом городе за свои «огромные деньги» я не мог купить абсолютно ни-че-го. Более реальной выглядела ситуация с пригородами, и я остановился на том же районе где жил. Переезд после покупки заключался в перетаскивании вещей в соседний дом.