Дмитрий Чепиков – Городские байки (страница 8)
– Прощай, – прошептала я и исчезла.
***
В следующее воскресенье он отправился на новое городское кладбище. Найти их оказалось не трудно – семейную пару лет пятидесяти и молодую женщину со знакомыми чертами лица. Он тихонько подошёл к ним и сказал, что знал Надежду.
Катя подняла на него глаза, которые так сильно напоминали глаза сестры, и он увидел в них ту же смесь безысходности и надежды, которую не так давно испытывал сам. Пока они разговаривали, тёплый ветерок пошевелил цветы на могиле, и где-то, на грани слышимости, ему показалось, что он уловил эхо знакомого смеха.
Молчание
– Ну и погода… – пробормотал Витя и тихонько выругался: несмотря на работающие на максимальной скорости "дворники", видимость была ужасной. Если бы он не пообещал сестре забрать её с вечеринки у подруги, ничто не заставило бы его сесть за руль в такую погоду, да ещё и поздним вечером. Хорошо, не нужно было торопиться – они договорились на 11, сейчас было без пятнадцати, а проехать оставалось всего один квартал.
Скорость была черепашьей, потому Витя успел затормозить, когда наперерез машине с тротуара бросилась маленькая тёмная фигурка. Он не успел выбрать из машины, как задняя дверь отворилась, и внутрь скользнула сестра.
– Светка, ты что, с ума сошла? – возмутился Витя. – Чего под колёса бросаешься? Случилось что-то?
Он поправил зеркало заднего вида и нахмурился, разглядывая съёжившуюся девушку. Она молчала. Витя пожал плечами:
– Ну, не хочешь говорить, не надо.
Он знал, что сестра скоро не выдержит и выложит всё. Он помнил себя в её возрасте – сплошные "качели", то буйная радость, то мрачные размышления о бессмысленности жизни. Светке повезло, что у неё был он, старший брат, с которым всегда можно было поделиться всем.
Ехать было не близко – жили они в примыкающем к городу коттеджном посёлке. Витя осторожно вёл машину, посматривая на сестру в зеркало. Её состояние беспокоило всё больше – Света молчала уже полчаса, для неё невообразимо долго.
– Как прошёл вечер? Ты передала Маше мои поздравления? Она уже ощущает себя взрослой? – Витя снова попытался завести разговор с сестрой.
Светкиной подруге сегодня исполнилось шестнадцать, первой из их компании. Но сестра не отвечала. "Ладно, не буду лезть, сама расскажет, в чём дело, когда из кокона вылезет", – подумал Витя. Он включил радио, покрутил ручку, но на всех станциях были ужасные помехи. В тишине ехать не хотелось, но и в доносящемся из динамиков шипении радости тоже было мало. Как назло, он забыл дома диск, на который записал новую подборку.
Наконец, они доехали до дома. Витя, захватив телефон с подставки, выбрался из машины, а сестра замешкалась. Он заглянул в машину:
– Света, ну хватит уже. Что на тебя нашло? Всё равно тут нельзя оставаться, пошли в дом.
Уговаривать сестру, стоя под проливным дождём, не было никакого желания, и он направился к дому. Уже на крыльце он оглянулся. Странно, он не слышал, как захлопнулась задняя дверь, но сестра, сгорбившись, шла за ним метрах в десяти.
Витя уже был в прихожей, когда зазвонил его телефон.
– Привет, пап. Я думал, ты уже спишь. Погоди, ты где? Что? Но она… Я только что…
Вмиг заледеневшей рукой Витя толкнул входную дверь – на дорожке никого не было.
– Да, я сейчас приеду…
Как в тумане он пошёл обратно к машине. Уже оказавшись на сиденье, он обратил внимание на мигающее на экране смартфона уведомление о непрочитанных сообщениях и пропущенных вызовах. 10 сообщений и 5 вызовов от сестры. И одно голосовое. Как он мог их пропустить? Ведь телефон всё время был у него перед глазами на подставке.
Витя читал сообщения и чувствовал нарастающий внутри него ужас. Поначалу ничего особенного в них не было – обычная болтовня о том, как круто у Машки. И вдруг всё изменилось.
"Витя! Тут повсюду дым!"
"Мы не можем открыть дверь!"
"Окно не открывается!"
"Нечем дышать".
Машинально Витя нажал значок голосового сообщения. Сдавленный голос сестрёнки: "Я люблю тебя". Время – 10:45.
Витя не помнил, как доехал до дома Маши. Там его встретил отец с рассказом о трагедии. Витя слушал, как во сне. Краем сознания он уловил, что из-за замыкания в проводке в квартире Маши начался пожар. Семеро находившихся там подростков оказались заблокированными в одной из комнат. Никто не выжил.
В крематории
То, как я успел поработать целых две недели подсобником в крематории, я, наверное, не забуду никогда. Прошло пятнадцать лет, а я до сих пор просыпаюсь в холодном поту от ночных кошмаров, навеянных жуткими воспоминаниями из прошлого.
Тогда, из своего захолустья, я приехал устраиваться оператором станка с ЧПУ на завод, мне обещали забронированное место и неплохой оклад. Но возникла какая-то несостыковка с документами, и на работу брали, но только через две недели. А поскольку я уже снял квартиру и просто так не хотел бездельничать или, тем более, возвращаться в опостылевший райцентр, я купил газету с трудовыми вакансиями и буквально сразу нашёл лёгкую, как мне показалось, подработку в крематории. Это заведение совсем недавно открылось, и персонала остро не хватало. Да и побаивались люди с трупами дело иметь, пусть их и привозили, большей частью, в закрытых гробах и открывали крышки только на момент прощания с родственниками. Всяких неприметных личностей, типа бомжей и забулдыг без имеющихся родственников, просто отправляли в кремационные печи, без всякого пафоса. Последних в основном сжигали ночью, так как провожающие отсутствовали. В общем, всё чётко по графику.
Я считал себя крепким парнем, не только физически, но и нервно: психически, то есть. Думал, что мне поплевать на остывшую и неподвижную человеческую плоть. Работа как работа. Собственно, так и было первые полторы недели, пока не настала та самая смена.
Как писал выше, я был помощником, а старшим у меня на время короткого трудового контракта значился хитроватого вида сухонький старичок, которого звали Пётр Глебович. Или просто Глебыч, как он сам просил себя называть. Мужик крайне весёлый, что не особо соответствовало печальному месту работы. Глебыч постоянно зубоскалил на тему смерти, покойников и тому подобного. Изо всех сил он делал вид, что ему всё равно, что его тоже когда-то (а ему было за 70) запихнут в одну из пяти печей. Ну и выпивал он, конечно, хотя правилами у нас это категорически воспрещалось. Но на него это правило вроде бы как и не распространялось. По крайней мере, я ни разу не видел, чтобы начальство ему устраивало выволочку за это нарушение. Пытался и меня подпаивать, но я держался подальше от алкоголя, так как был в моей жизни период, когда бы ещё немного и ох…
Первые смены я только наблюдал, как умело орудует Глебыч, подкатывая гробы к металлическому зеву то одной, то другой печи. Кстати, там я узнал, что трупы горят очень долго, от полутора до двух часов. И кости не сгорают до конца, их потом выгребают специальным совком и отправляют в кремулятор, где их окончательно измельчают в порошок. Вот после этого прах идет в урны и отдается родственникам или просто перевозится в колумбарий.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.