Дмитрий Быков – #заяц_прозаек (страница 8)

— Слушай, а они же туда не в школьных аватарах пошли. Они же под местных закосили. Зелеными бочонками заделались, — задумался он.

— Ну так все, конец всем аватарам.

— Да похоже, всему конец. Бедные мои брожики. А у них потомство на днях ожидалось.

Дракон расправил палатку, собрал под нее учеников и оглядел их. Контур дополненной реальности, по-видимому, отключился. Вместо строя зеленых бочонков — и даже вместо привычного сброда единорогов, эльфов, вампиров и демонов — перед ним сидел десяток малознакомых подростков. Очень растерянных. Кажется, в последний раз он их видел в человеческом обличье в начале пятого класса, и тогда они были еще совсем маленькими. В принципе, аватары снимали много проблем — кто как одет, кто как выглядит, у кого какого цвета волосы. Когда добились консенсуса — аватары можно, но менять только раз в год и никакого секса, насилия и грубого физиологизма — все к ним привыкли, как к обычной школьной форме. Только на Хеллоуин дети обвешивались вынутыми глазами, обливались кровью или скалили голые черепа, но на это уже тоже никто не обращал внимания.

Надо же, как подросли, — меланхолично размышлял Дракон вместо того, чтобы думать, как спасаться.

Как спасаться, он понятия не имел. Нроги говорили ему, что это идеально тихая планета: мягкий климат, ни одного землетрясения, засухи, наводнения за всю историю разумных обитателей, богатейший животный и растительный мир. Когда он готовил экспедицию, профессор Дгор заверил его, что ученикам не угрожает никакая опасность. Планета, говорил он, разумна и гостеприимна, мы живем со всеми в мире и рады научному сотрудничеству и школьному обмену.

Дети тоже с восторгом перевоплотились в зеленые бочонки. Передружились с местными школьниками, весело учились у них синтезировать кислород, выпускать цветочные побеги и давать плоды. Научились кое-как понимать несложный местный язык.

— Дракон, — испуганно позвала девочка — кажется, Настя. Кажется, обычно она была рыжей ведьмой в изумрудном платье. — А как вы думаете, что случилось?

— Не могу вам пока сказать. По-видимому, первое стихийное бедствие в истории планеты. Мы с вами наблюдаем новое явление, еще не описанное в научной литературе. Это редкое везение для ученого. Советую вам достать свои гаджеты и записывать наблюдения, раз уж совсем пока делать нечего.

— Да уж, редкое везение, — хмыкнул парень, которого он вообще не помнил. Назгулом он, что ли, обычно ходил. — Нас отсюда вообще кто-нибудь вытащит?

— Да, я уже дал знать профессору Дгору.

— А смотрите, вон они катятся, — показала Настя.

В самом деле, к ним неровными зигзагами катились нроги, неуклюже уворачиваясь от кипящей слизи, которой то и дело плевался проснувшийся вулкан Кнод — та самая уютная зеленая гора, которую было видно из их окон и к подножью которой они сегодня отправились в поисках местных насекомых.

Профессор Дгор выглядел настолько озабоченным, насколько озабоченным может выглядеть зеленый бочонок.

— Наша Мать очень недовольна, — сурово сказал он. — Вы должны немедленно уезжать. Что-то прогневало Нашу Мать. Служители Матери должны срочно провести обряд Великого Умиротворения. Просим вас немедленно забирать детей и уходить.

— Но мы даже не можем добраться до нашей базовой станции! Наш бот провалился в трещину.

— Мы ничем не можем вам помочь. Мы не должны больше поддерживать с вами контакт. Вы должны немедленно уехать.

— Но что случилось?

— Мы не знаем. Мы ждем Великого Умиротворения: тогда Мать, может быть, что-то сообщит нам.

— Могу я вас попросить мне рассказать, что она вам сообщит?

— Это не касается внешних. Это внутреннее дело нрогов и Нашей Матери.

— Да, я понимаю. Извините.

Комок горячей слизи шлепнулся на Дгора. Тот отряхнулся и повторил:

— Уходите.

— Я не могу с ними связаться, — сказала Ана Пи.

— Ну хоть видишь? — спросил Би-Би Джей, пытаясь включить самоочистку иллюминатора.

— Вижу, ага. Идут.

— А что не едут? Тьфу, не выходит ничего. И к брожикам не пробиться. Неужто все передохли?

— Не знаю, с ботом что-нибудь, — Ана решила проигнорить брожиков.

— Так они ж еще два дня идти будут. Без еды и без воды. Надо за ними ехать.

— А ты бот водить умеешь?

— Разберусь как-нибудь. А ты?

— Мама учила, — немногословно откликнулась Ана. — Поехали.

— Там посадочных мест сколько? Ты, я, их десять и Дракон, тринадцать.

— А мест восемь. Два раза слетаем. Второй раз без тебя.

— Э, чтой-то без меня?

— Так может, и без меня. Я только туда, а дальше уже Дракон поведет. Ты можешь открыть шлюз? У меня заклинило.

— Щаасс навааалимся… Готово. Седлай.

— Слушай, я боюсь. Я только с мамой раньше ездила, — внезапно встала в дверях Ана.

— Так, Ана Пи, не беси меня, — засмеялся Би-Би Джей. — Ты, блин, крутой боевой шаман. Я тут лежал все время, махал хвостом, точил когти, смотрел на тебя и думал: хорошо быть крылатым котиком, не надо доказывать, что я круче этого парня. Ты же понимаешь, что я всяко вожу хуже тебя?

— Утешил, — Ана мрачно села на водительское место.

Становилось все жарче. Мокрые от слизи и пота, Дракон и компания уныло ползли через лес и кустарник неприветливой планеты. Почва то и дело содрогалась под ногами. Они уже отошли от Кнода достаточно далеко, чтобы до них не долетали плевки слизи, но Дракон знал, что у базовой станции рядом еще один вулкан, Гнор, и с ужасом размышлял, уцелела ли станция и дежурные на ней. Судя по тому, что контур исчез и связь пропала — со станцией что-то произошло.

Дети хотели пить, но мужественно держались: профессор Дгор в самом начале экспедиции предупредил их, что срывать и жевать что-то из местных растений категорически воспрещается и может даже приравниваться к убийству: кто не местный — не разберет, где разумная форма жизни. Ни ручьев, ни рек им не попадалось.

Хуже всего, как ни странно, себя чувствовал бывший назгул — он тяжело дышал, потел и пыхтел, хотя выглядел самым спортивным из всех. Дракон вспомнил, что парня зовут Дэном. Денисом, если уж совсем точно. Сейчас он выглядел не назгулом, а таким же мокрым цуциком, как и все.

Бот вылетел из-за темнеющего леса бесшумно и неожиданно — но впилился в мягкий песок лесной опушки с тяжелым скрежетом.

— Паркуюсь, как дурак, — пробормотала Ана. — В своем репертуаре.

— Отлично паркуешься, — фальцетом сказал Би-Би Джей и выдохнул, наконец.

Дракон увез первую партию в семь человек — тех, кто больше всего хотел пить, в туалет, кто подвернул ногу, у кого болел живот. Две девчонки вызвались подождать второй очереди. Назгул отмалчивался. Когда бот улетел, Би-Би Джей, Ана и трое оставшихся оторопело уставились друг на друга.

— А кто из вас Ана, а кто Би-Би? — спросила девчонка с большими черными глазами. — Ничего себе. Никогда бы не догадалась.

Этих троих различить можно было только по росту и глазам — такими они были грязными и мокрыми. Все заново перезнакомились: серые глаза были у Дэна, голубые — у Гаи, бывшей крылатой пикси, а черные — у Николь, которую все помнили, как лису-кицунэ.

— А здесь сидеть можно на кочках? — спросила Ана.

— В смысле — не откусит ли кочка половину тушки? Или ты боишься ей сделать больно? — невесело засмеялась Гая. — Я бы не стала.

Ана дошла до голого песка со следами дурацкой парковки и плюхнулась на него. Остальные тоже.

Общаться с теми, кто обнаружился за аватарами, было неловко. Цедили в час по чайной ложке: а что там на станции? А вы что здесь видели? И тут Дэн чихнул.

Земля содрогнулась.

— Фигассе ты чихаешь, — поежилась Николь.

— Это не я.

В самом деле, это просто был новый подземный толчок. Так совпало.

Ана закашлялась.

— Да вы что, сговорились, что ли? — возмутилась Гая.

— Мне пыль в горло попала, не могу откашляться, — пояснила Ана.

— А я болею, — хлюпнул носом Дэн.

— Что? — вскинулся Би-Би. Он даже подпрыгнул и нелепо взмахнул руками. — Мы же все тесты сдавали и справки брали!

— У меня мама врач. И я уже выздоравливал. Она мне все справки сделала. И лекарство дала с собой.

— Ты, блин, понимаешь, что ты нас тут всех можешь перезаразить? — заорала Гая.