Дмитрий Быков – #заяц_прозаек (страница 38)
— Хочешь посмотреть новый ролик А-4?
Васька кивнула. К концу перемены они уже смеялись над Стёпелем, который сегодня явился в школу с зелёной чёлкой. Ещё не взахлёб, но уже вполне дружно.
После уроков они подошли к хлебному ларьку.
— Хочешь сосиску в тесте? — спросила Славка.
— Лучше заварное пирожное, — ответила Васька.
— Фу, как ты можешь есть эту замазку, — скривилась Славка.
Но всё-таки купила.
Юлия Асланова. Вот тебе и Паф!
— Максимальный срок — 10 дней. Никаких устройств и достижений из будущего не использовать. Взлом, воровство, причинение телесных повреждений запрещено.
— Вы за кого меня принимаете? — возмутился Леша.
— За выпускника школы перемещений во времени, которому нужно сдать итоговый экзамен на координацию и адаптацию в условиях незнакомого окружения.
Леша вздохнул и кивнул. Профессор продолжил:
— Машина времени находится в подсобном помещении кабинета директора, за одним из шкафов. Тебе нужно попасть в эту комнату, определить местоположение устройства и подобрать код, благодаря которому шкаф откроется. Что развеселило?
Леша сидел и не мог скрыть ухмылку.
— Смешно звучит «Машина времени», по-древнему как-то.
— По-древнему был бы ботик, уносящий за тридевять веков, — профессор даже не улыбнулся. Еще бы, последняя модель научрука выдавала шутки с невозмутимым видом популярного евразийского комика. — Задание понятно?
— Да, все ясно. — Леша поднялся и сложил ладонями голограммный блокнот, где делал записи.
— Точно не хочешь в групповой проект? — спросил лектор. — Ты же все три года работаешь в одиночку, ни одного балла за сотрудничество и координацию в группе.
— Ничего, я как-нибудь без допбаллов, — ответил Леша. Потом улыбнулся лектору: — Вы же знаете, у меня социальная аритмия, мне в группе тяжело.
— Ну да, ну да. Тогда не буду задерживать. У тебя 10 дней.
— Столько мне не нужно. 2–3 дня максимум.
Леша сидел за последней партой, смотрел в окно и размышлял, как так все получилось. Уже прошло четыре дня, а он не то, что распахнул заветный шкаф, он от этого шкафа как Галактика Пифа от Солнечной системы. Далеко, короче.
Сначала все шло отлично. Он принес в кабинет директора документы на перевод — родители переехали, и вот он, Алексей Ершов теперь доучится десятый класс в этой чудесной физико-математической школе № 24. О которой он много наслышан и даже помнит, что читал про какие-то победы и достижения. Директор с радостью провел Лешу в подсобку, вдоль стен которой стояли шкафы с грамотами, фотографиями и наградами учеников. Восхищенно глазея по сторонам, Леша успел просчитать толщину и размеры стен и определить нужный шкаф. Это был коричневый деревянный монстр, в котором стояли пыльные кубки, статуэтки и даже набор матрешек. В общем, Леша хорошо поработал для начала — оставалось попасть в кабинет еще разок. По собранной информации, в подсобке директор проводил беседы с нерадивыми учениками — и, хотя Леша очень не любил конфликтовать с людьми, другого выхода не было. Он подготовил четыре рабочих ситуации — но вот здесь-то все и пошло наперекосяк.
— Я не буду этого делать, — нудным и усталым голосом ответил он учительнице, которая раздавала задания для контрольной.
— Это почему?
— Не буду и все. Настроения нет.
Учительница была молодая и нервная. Леше понадобилось всего пять минут, чтобы она покрылась красными пятнами и отправила его к директору.
Он с видимой неохотой вылез из-за парты и двинулся к выходу, пряча улыбку.
— Я с ним схожу, Анна Сергеевна. Новенький все-таки, — услышал он вдруг спокойный голос за спиной и замер. Глянув назад, он увидел Петрову с первой парты, которая бодро шагала к нему. Она подошла и повернув дверную ручку, кивнула: — Идем.
Они вышли в пустой коридор и зашагали к лестнице. Петрова шла впереди, спокойная и невозмутимая.
— А ты зачем со мной пошла? — осторожно поинтересовался Леша. — Тебе-то что у директора делать?
— Я ответственная за класс в этом месяце, — непонятно объяснила Петрова. Он неопределенно угукнул. Петрова остановилась и пояснила:
— Это такая… инициатива. Ответственный следит за общим настроением в классе, выясняет, что у кого не так с учебой и вообще. Ищет способы поддержки и помощи.
— И чья это инициатива? — уточнил Леша. Петрова опустила глаза.
— Ну, моя. Я предложила, а все поддержали. Я же тоже новенькая, всего месяц здесь. А в прошлой школе у нас это отлично работало. Вот и сейчас я с тобой пойду и объясню директору, что, возможно, в классе еще не установились дружеские связи, и ты чувствуешь себя неуверенно, поэтому и срываешься.
Леша кивнул и ухмыльнулся. Петрова заметила это и сказала:
— Но я это скажу только после того, как ты сам сначала с директором объяснишься. Может, ты просто лентяй и хам, тогда, пожалуй, я тебя защищать не буду. Я же тебя не знаю совсем.
«А узнать меня времени не будет», — прокомментировал про себя Леша. Вообще, это было даже забавно — какая-то допотопная школьная инициатива.
У директора он извинился и сказал, что не выспался с утра и нервничал, поэтому не справился с собой и резко говорил с учителем. Добавил, что извинится, и больше так делать не будет. Директор покивал и отпустил, Петрова осталась довольна, и Анна Сергеевна тоже — видимо, перед ней редко извинялись.
Казалось бы, все, проехали. Но еще три попытки попасть к директору в кабинет — разбитое окно, завязывающаяся драка и подпущенный вирус на уроке по кодированию — были зарублены на корню. Петрова была рядом, она пыталась помочь, она даже полезла разнимать дерущихся, хотя у Леши все было под контролем.
— Вот чего ты такой деструктивный? — спросила она, потирая лоб, в который в пылу драки все-таки прилетел чей-то рюкзак. Леша шел рядом и молчал. Он решил проводить ее до автобуса, чтобы потом спокойно подумать, как действовать дальше.
— А я знаю, почему, — вдруг остановилась Петрова. Леша закрыл глаза и выдохнул.
— Не уверен, — буркнул он.
— Да. Извини, понимаешь…я за тобой следила немножко. Ну, когда ты домой шел. — Леша напрягся. Ясное дело, у него все было по-настоящему — семья историков, в которой он жил, уже давно занималась исследованиями этого периода. Их сын учился в будущем, так что его никто и никогда не видел. В общем, Леша идеально вписался. Но мало ли…
— Так вот, я заметила, что ты не очень спешишь домой. И с родителями я тебя видела один раз, вы довольно холодно общаетесь.
«Тоже мне, психолог», — начал злиться Леша, но Петрова вдруг заговорила быстрее и словно оправдываясь:
— Понимаешь, ты не думай, я ничего из себя не строю. Просто я вообще только с бабушкой старенькой живу. А мама, она отдельно. Поэтому я понимаю, когда не очень близкие отношения. А хочется, чтобы близкие. Чтобы поделиться можно было — например, про школу, про все, что происходит. И еще, чтобы друзья были — такие, с кем можно придумывать и реализовывать разные проекты. Вот когда у человека идей много и есть, что рассказать, или если он готов тебя выслушать — так здорово с ним общаться!
Это Петрова, видимо, уже заговорила про себя. Но Леша был не против. Злость прошла, и он даже как-то с улыбкой уже слушал ее слова. Она быстро глянула на него и приободрившись, продолжила.
— Я заметила у тебя рисунки на полях — очень классно, машины и дома, я таких не видела никогда. Даже в фантастических книгах, а я много читаю.
Упс. Улыбка подсползла с Лешиного лица.
— И когда сочинение разбирали, у тебя же такие идеи необычные, все ребята сидели, рот открыв. — Петрова вдохнула побольше воздуха и выпалила: — Поэтому мне жалко, что ты все это сливаешь. На драку Костю вызвал, а он же мирный, только из-за этих своих игр и реагирует, а ты по больному. И ты ни с кем общаться не хочешь, хотя ребята готовы, я же вижу. Вот почему так?
Она стояла, слегка раскрасневшись, и внимательно на него смотрела. На лбу у нее нежно просвечивал синяк, и вся она была какая-то вопросительная и искренняя. Настолько, что Леше захотелось ей все рассказать. Не про будущее, конечно, а про себя. Он даже попробовал.
— Я, понимаешь, я не против дружить, просто на это нужно много времени. И другой подход, что ли. А я в своем ритме живу, и когда он у меня в противофазе с чужими, мне становится очень тяжело. Это такая моя особенность, я не выдумаю, для этого даже научное название есть.
— Да, я знаю, — понимающе кивнула Петрова.
— Правда? — удивился Леша.
— Слышала что-то такое про ритмы, — быстро объяснила она. — Что-то типа волновых колебаний, да?
— Нет, — улыбнулся Леша. — Но приятно, что ты хочешь разобраться.
— Хочу, — кивнула Петрова. — А давай мы с тобой какой-нибудь проект возьмем, вдвоем. Вдруг получится?
Леша даже застонал про себя. Но потом подумал, что если это позволит отвлечь Петрову, то можно рискнуть. Тем более, всего пять дней осталось.
— Давай. Только знаешь, что, можно ты со мной к директору ходить не будешь — я сам хочу отвечать за свои поступки. Ладно? Объясню ему, если что, про ритмы и все такое.
— Ну уж нет! Я тебя не брошу, — Петрова упрямо мотнула головой. — У тебя должен быть друг, который тебя поддерживает. Ну, пока все остальное не утрясется.
Вот ведь, Шредер кот наоборот.
Кстати, проект Женя выбрала отличный. Женя — это Петрова.
Им двоим поручили готовить декорации к фантастическому спектаклю, который репетировали старшеклассники из театрального кружка. Про путешествие во времени, конечно же. Дружба, опасности и космолеты. Вот космолеты Леша как раз и рисовал. Ему даже придумывать ничего не нужно было — адаптировал то, что видел тысячу раз. Старшеклассники были в восторге. Петрова, правда, кривилась немного, и говорила, что надо бы реалистичнее: марсоходы с шинами и инопланетные тарелки. Но Леша ее не сильно слушал — как будто она знает что-то про настоящие марсоходы. Они и не марсоходы, а марсолеты, кстати говоря.