Дмитрий Буров – Учитель. Назад в СССР 6 (страница 34)

Затем развернулся, неслышно скользнул в темноту, решив, что к Малькову подойду на обратном пути, когда благополучно передам Виктору Лаврентьевичу винтовку. Ну и самолично провожу пострела домой, сдам с рук на руки, что называется. Не хватало еще, чтобы он всю ночь сторожил Третьяковский дом в надежде не пропустить выход парторга поутру.

Через задний двор я пробрался к Третьякову, прикинул, как проявить себя, чтобы Ванька не заметил, но и парторг с перепугу ничего не натворил. Впрочем, уверен, Виктор Лаврентьевич человек бывалый, потому ничего такого не натворит, а вот заломать вполне попробует незваного гостя, что крадется аки тать в ночи к его дому.

Собственно, так едва и не получилось.

Виктор Лаврентьевич вышел покурить, остановился на крыльце, прикурил, затем спустился и присел на ступеньку. Вот тут я и пошевелил осторожно веткой, тут же замер, наблюдая, что будет делать хозяин. Парторг небрежно повернул голову, вглядываясь в сумерки. Затем так же небрежно поднялся и неторопливо побрел в сторону сада на задний двор, по дороге словно невзначай прихватил грабли, будто бы на место прибрать в сарайку.

Едва товарищ Третьяков вывернул за угол, я обозначил свое присутствие, показался, тут же прижал палец к губам, требуя тишины, и кивнул головой в сторону огорода. Затем развернулся и растворился в сумерках.

— Что за шпионские игры, товарищ Зверев? — неслышно появляясь рядом со мной, произнес товарищ Третьяков.

— За вашим домом следят, — усмехнулся я одними губами.

— Не понял? — напрягся моментально парторг.

— Всё в порядке. Это ученик мой один, неугомонный. Я вам про него рассказывал. Тот самый Ваня Мальков, что отыскал случайно схрон в соседнем дворе.

— И зачем? — уточнил Третьяков.

— Хочет разведчиком стать. Тренируется.

— Ясно, — хмыкнул Виктор Лаврентьевич. — А вы чего огородами? — вернулся к моему появлению парторг.

— Так чтобы Мальков не заметил. А то станется, подслушает все планы по операции. И появится в самый последний момент в неожиданном месте в неподходящее время.

— Даже так? — удивился парторг.

— Даже так, — подтвердил я.

— Что у вас? — коротко бросил Виктор Лаврентьевич, резко переходя с темы мальчишки на наш с ним вечерний разговор.

— Держите, — я протянул сверток, парторг принял, хотел неторопливо развернуть, затем передумал.

— За мной, — приказал хозяин, развернулся и пошел к дальнему сараю, раскрыл беззвучно двери, шагнул внутрь, дождался, когда я зайду следом за ним, прикрыл плотно створку и только после этого протянул руку вправо и щелкнул выключателем. На стене рядом с ладонью зажглась небольшая лампочка, что-то вроде ночника.

Товарищ Третьяков подошел к столу, положил длинный сверток и осторожно развернул мешковину.

— Сколько таких, говоришь? — не оборачиваясь, негромко уточнил Третьяков.

— Штук тридцать по приблизительному беглому подсчету. Точнее пересчитать времени не было, — ответил я.

— Принято, — кивнул Виктор Лаврентьевич, аккуратно заворачивая винтовку в мешковину.

— Что теперь? — поинтересовался я.

— Что теперь… Теперь, Егор Александрович, вам благодарность за бдительность. А дальше действовать будем мы, — сухо улыбнулся мне парторг, разворачиваясь ко мне лицом.

— Могу помочь, — предложил я. — Навыки разведки имеются, как и навыки командной и боевой работы.

— Я вас услышал, Егор Александрович, — холодно бросил парторг. — Ничего не могу обещать, но передам свои наблюдения товарищам.

Я не стал уточнять, каким именно товарищам и что конкретно передаст Виктор Лаврентьевич. Но отчего-то был уверен, в дело меня возьмут. Кажется, парторг приглядывается ко мне со всех сторон, чем-то я ему интересен. Особенно после той истории с председателем Лиходедом. Поживем — увидим.

— Разрешите идти? — уточнил я.

— Разрешаю, — кивнул парторг. — Огородами? — чуть усмехнулся, едва я стал разворачиваться.

— А как же, — хмыкнул я. — Огородами и никак иначе. А что, Виктор Лаврентьевич, не пропадать же таким талантам, — вдруг остановился я, кинув хитрый взгляд на парторга.

— Это каким? — Третьяков удивленно приподнял бровь.

— Так вашим, и немного моим. Какой разведчик пропадет. Его бы энергию да в мирное русло. Может, кружок какой в школе организуем. Ну, там юные разведчики или охотники, или там друзья милиции? Чем бы дети ни тешились, лишь бы не бегали по лесу с оружием и за соседями не подглядывали, а то мало ли что прознают, — серьезно закончил я.

— Хм… подумаю, Егор Александрович, обязательно подумаю над вашим предложением, — после короткого раздумья ответил Виктор Лаврентьевич.

— Буду ждать, — кивнул на прощание парторгу, беззвучно приоткрыл дверь и растворился в летней темноте, чтобы через несколько минут вынырнуть возле дома парторга совершенно открыто.

Ванька продолжал сидеть в засаде. Я покачал головой и, не скрываясь, двинулся прямо к Малькову.

— Выходи уже, разведчик.

— Егор Александрович? — изумился Ванька. — А вы как? А где… А как вы меня приметили? — растерянно-огорченным тоном поинтересовался Мальков.

— А вот так, — развел я руками. — Профессионализм, Ваня, он такой. Всё примечаю, наперёд предугадываю. Вот, к примеру, почему я тебя вычистил, знаешь?

— Опять веткой хрустнул? — обречённо произнес Мальков.

— Нет, ты молодец, сидел как мышь. Но я ждал тебя, оттого дожидался того момента, когда ты сменишь позу. Так и обнаружил. Главная особенность разведчика, особенно снайпера, — умение долгими часами лежать неподвижно, практически не дыша. У тебя почти получилось, товарищ Мальков. Так что ты молодец, Ваня, просто выучка немного подвела. С опытом придет, не расстраивайся, в армии научат, — подмигнул я мальчишке. — А теперь давай-ка, дорогой товарищ, провожу тебя домой и сдам с рук на руки матушке.

— Да вы чего, Егор Александрович! — вспыхнул Мальков. — Да я сам!

— Ага, сам, — хмыкнул я. — Нисколько не сомневаюсь, что сам ты ещё куда-нибудь на разведку отправишься. Всё, разговор окончен. Идём.

— Ну, идёмте… — недовольно буркнул Ванька, дернув плечом. Засунул руки в карманы, обогнал меня на пару шагов и зашагал с гордым и независимым видом впереди, делая вид, что он не со мной, а я не с ним. На память пришла строчка из песни «Мы — дети Галактики, но самое главное — мы дети твои, дорогая Земля!» Уж больно демонстративно вышагивал Мальков.

«Гордый, — усмехнулся я. — Хороший мальчишка. Осталось придумать, чем бы Ваньку озаботить на ближайшие несколько дней, чтобы под ногами не путался».

То, что Мальков продолжит следить и за мной, и за товарищем Третьяковым, я нисколько не сомневался. Ну что же, будем пресекать на корню молодую инициативу, чтобы потом не разгребать большие проблемы.

Глава 17

А дальше завертелось, закрутилось с нарастающей скоростью. На следующий день парторг под благовидным предлогом вызвал меня к себе и познакомил со своим гостем. Им оказался неприметный человек невысокого роста с военной выправкой, внимательными холодными глазами. Невзрачная внешность и вкрадчивая манера общения выдавали в нем товарища определенной профессии. Но Виктор Лаврентьевич представил своего гостя незамысловато: «Товарищ Сергеев Сергей Сергеевич».

Товарищ Сергеев тоже не торопился озвучивать свою принадлежность к компетентным органам. Впрочем, принадлежность к специфической профессии Сергей Сергеевич не скрывал, да и проявлялась она в мелочах и манере поведения. Особенно если не раз и не два в своей жизни сталкиваешься с неприметными товарищами, коих не заметишь в толпе, но они не только заметят тебя, но и просканируют своим цепким взглядом до позвоночника вместо рентгена.

Сергей Сергеевич Сергеев под видом непринужденного разговора долго и дотошно меня допрашивал, выпытывая подробности нашего школьного похода и моей личной вылазки в заброшенную деревню. Из коротких реплик в процессе беседы я понял, что товарищ парторг убедил гостя из органов не трогать Малькова. Во всяком случае, открыто.

Виктор Лаврентьевич напирал на то, что приглашение мальчишки в гости к нему вызовет как минимум удивление у населения. К тому же весть об этом разнесется по Жеребцово с катастрофической скоростью, обрастая все новыми и новыми подробностями, что может привести к нежелательным последствиям. Непонятно, есть ли у граждан черных копателей сообщники в самом Жеребцово. И если есть, ни к чему им знать, что компетентные органы знают о том, что творится в Шафрановке.

В результате мозгового штурма мы сошлись на том, что Ваню Малькова я приглашу к себе под благовидным предлогом. И Сергей Сергеевич под моим приглядом побеседует с парнишкой у меня дома. Товарищ Сергеев оказался не очень доволен таким решением, но спорить почему-то не стал. То ли не посчитал нужным, то ли все-таки признал нашу с Третьяковым правоту.

Разговор с мальчишкой у меня в доме, подальше от любопытных глаз добрых, но очень болтливых соседей, все же лучше, чем подставить Малькова перед неизвестными. Кто его знает, может, к этому времени мужики из заброшенного дома обнаружили пропажу одной винтовки и парочки гранат с патронами. Вполне может быть, пока мы тут рассуждаем, что делать и как быть, граждане черные копатели по-тихому слиняли из деревни, забрав с собой оружейный схрон. Да и односельчане начнут допытывать у пацана, что да как и почему.