Дмитрий Буров – Простой советский спасатель 5 (страница 28)

— Нет, — забормотала шифровальщица. — Нет… и палочка рядом… царапина или знак? Леша, у тебя ручка и бумага есть? — девчонка резко обернулась ко мне.

— Нет, — развёл я руками. — Сидор Кузьмич, а у вас?

— Нет. Лена… — договорить мичман не успел.

— Ой, кажется, я поняла! Это римская цифра девять! Значит, я права! И сюда надо приложить монету с девяткой, а искать внимательней. Любая царапина может оказаться цифрой, — азартно закончила Лена и попыталась засунуть кругляш в выемку.

Мы с мичманом затаили дыхание. Тонкие женские пальчики аккуратно взяли монетку и приложили к стене. Кругляш с трудом, но все-таки лег в ямку. Мы облегченно выдохнули и с азартом принялись искать остальные знаки.

Из-за того, что деньги были не сильно крупными, искали долго. От напряжения болели глаза, ладони покрылись кирпичной пылью. Четыре впадинки мы отыскали на разных стенах. Если, конечно, о круглом помещении можно так сказать.

Щербинки тоже шли по кругу, но не по порядку. Кто бы сомневался, суровые архитекторы легких путей потомкам не оставили. В результате мы отыскали девятку, семерку, двойку и пятерку. Черт его знает, по какому принципу раскидывались цифры. Но когда мы по третьему кругу облапали весь кирпич, я предложил отдохнуть.

Не сговариваясь, мы рухнули на разбросанные вокруг сундука карты, привалились к нему спиной.

— Что делать будем? Дальше искать? — не обращаясь ни к кому конкретно, поинтересовался я.

— Конечно, — воскликнула Лена, и куда только усталость вся подевалась.

— Будем.

В ответе Сидора Кузьмича я собственно и не сомневался. Интересно все-таки, для чего ему на самом деле нужны эти сокровища? Неужто и правда для грядущей перестройки, о которой мичман еще даже не подозревает? Но в которой, судя по всему, собирается участвовать.

— Стены обыскали. Теперь что, пол? — продолжил я размышлять вслух.

Честно говоря, я не горел желанием ползать на коленях по неровным камням. Но и отговаривать товарищей не собирался. Оба горели азартом, каждый своим. Лена — историческим, Сидор Кузьмич — своим тайным.

— Придется, — тяжко вздохнула Лена. — Иначе не откроем

— Что не откроем? — удивился я.

Сидор Кузьмич по традиции больше слушал, чем говорил.

— Ну, еще одни проход или тайник. Не зря же эти неправильные деньги лежали внутри сундука.

— Внутри, говоришь… Слушайте, а вы его пытались двигать, когда нашли?

— Кого двигать? — не поняла девушка.

— Нет. Есть идея? — мичман понял сразу, что я имею ввиду.

— Попробуем?

— Давай.

Я подал Лене руку, помогая подняться с земли. Мы с Кузьмичом ухватили здоровенный ящик за углы и попытались сдвинуть с места.

— Тяжелый, зараза, — проворчал я. — Неповоротливый.

— Или прибитый.

— Как вариант.

Минут десять мы пыхтели, но нам так и не удалось не то, чтобы перевернуть, но даже сдвинуть сундук с места хотя бы на сантиметр.

— Что думаешь, Алексей, — тяжело дыша, мы с мичманом оторвались от ящика, и теперь переводили дух, недовольно поглядывая на сооружение.

— Мыслю я, под ним скрывается или проход, как предположила Лена, или тайник. Иначе не вижу смысла прибивать дно к камням. Хотя я не уверен, что сундук именно прибит. Иначе мы сумели бы его расшатать. Скорее, скрытый механизм.

— Я нашла! — радостный Ленин голос прервал нашу с особистом беседу.

— Что нашла? — спросил я, Кузьмич же резко развернулся, отыскивая глазами неугомонную девушку.

— Еще одну цифру.

Девушка стояла на коленях в центре зала, и укладывала монетку в очередную выемку. Черт, все-таки придется ползать по полу.

— Какая цифра?

— Один!

— Один — это хорошо, — задумчиво пробормотал я. — Один — это вроде начало отсчета, — вздохнул я, опускаясь на колени возле сундука. — Сидор Кузьмич, присоединяйтесь. Четыре руки — хорошо, а шесть еще лучше.

Мичман хмыкнул, но сел на корточки и тоже принялся изучать грубо обтесанную, но хорошо подогнанную между собой плитку.

Еще час или два мы обшаривали напольные плиты, пока мне не пришло в голову изучить камни прямо под цифрами, которые мы уже отыскали. Моя идея оказалась джекпотом. Под девяткой мы нашли четверку, под семеркой тройку, под двойкой восьмерку. И только под пятеркой оказалось не число, а точно такой ж знак, как и в тупике, через который мы все попали в потайной зал.

— На что показывает самый длинный луч? — спросил Сидор Кузьмич, установив предпоследнюю монету.

— Не поверите, на сундук, — растеряно ответила Лена. — На сундук же, да, Леша?

— На него, родимый, — вздохнул я, прикинув траекторию линии, и устало шагнул к проклятому ящику.

Хотел бы я посмотреть на того шутника, который придумывал всю эту дурацкую систему.

— Ну и что делать будем, Сидор Кузьмич? С места мы его точно не сдвинем. А если выемка на самом дне?

— Не сдвинем, — особист задумчиво погладил подбородок. — На дне, говоришь. Может ты и прав, Алексей. Иногда нужно упасть на самое дно, чтобы выплыть к солнцу, — пробормотал мичман и наполовину залез в сундук.

Мы молча наблюдали за филейной частью Кузьмича. Я изо всех сил старался не отвесить какую-нибудь дурацкую шуточку, которая так и просилась на язык от усталости.

— Лена, давай монету, — раздалось изнутри короба.

— Что, нашли? — девчонка моментально подскочила к мичману и протянула ему последнюю монетку.

— Кажется, да. Алексей оказался прав.

Кузьмич забрал серебрушку, выругался, но через минуту раздалось довольное «Готово!»

Мы с Леной затаили дыхание и завертели головами по сторонам, пытаясь увидеть вход или провал, или нишу. Хоть что-нибудь, ради чего неизвестные хранители устроили весь этот квест.

Но ничего не произошло. Стены остались на месте, сундук не шелохнулся, и даже пол под нами не провалился.

Глава 16

Разочарованно выдохнув, мы переглянулись. Сидр Кузьмич нахмурился, хотел что-то сказать, когда меня вдруг осенило. И не только меня. Мы заговорили с Леной одновременно, похоже, девчонка заразила меня своим энтузиазмом.

— А что если здесь тот же принцип, что и в тоннеле, — выдал я.

— Давайте попробуем по очереди! — воскликнула Лена и метнулась к монете, обозначенной цифрой один.

— Стоп, — припечатал Сидор Кузьмич. — Давайте по одному что ли. Алексей, давай ты, — мичман посмотрел, с каким азартом девушка выковыривает монетки обратно, и решил не отвлекать

— Неужто не догадались?

Я пристально смотрел на особиста, пытаясь понять, какого лешего он притворяется таким недальновидным, но ни единый мускул не дрогнул на лице Кузьмича.

— Тот же принцип, это когда надо все моменты по очереди запихнуть в пазухи. Первая, вторая, третья и так далее. Мы-то их вставляли, как… комсомол на душу положит. Нашли — вложили. А в тоннеле, вспоминайте, точно так же было. Хотя, если вы с первого раза дотумкали, — я кинул взгляд на Лену. — Тогда, конечно. Я вот допетрил только со второй попытки, что нужно по стрелкам крутиться. Так и тут, думаю. Разложим правильно, и, если повезёт, пещера Аладдина откроется и без волшебного слова.

После моих объяснений, мы с Кузьмичом, не сговариваясь, разошлись в разные стороны и принялись доставать деньги из стен. Минут через десять втроем собрались в центре зала.

— Так, предлагаю разложить монеты на бортике, чтобы удобней было брать, и поделить помещение на зоны для быстроты, — внесла предложение Лена.

— Встречное предложение, — встрял я. — Каждый берет ту пару монет, которая находится друг под другом. К примеру, я беру цифры один, два и восемь, они по прямой от центра. Сидор Кузьмич четыре, девять и шесть. Ты, Лен, пятерку, семерку и тройку. Работаем по счету. Я начинаю, закладываю свои цифры. Продолжаешь ты, даешь отмашку Сидору Кузьмичу и переходишь к цифре пять. Принцип понятен? Считаем вслух, чтобы без путаницы.

— Принято, — согласился мичман и раздал нам деньги.

Мы заняли свои места и начали отсчет.