Дмитрий Буров – Простой советский спасатель 4 (страница 41)

В этой части подземелья было намного темнее, чем в начале нашего пути. И я никак не мог сообразить, почему? Собственно, я и в предыдущем рукаве не понимал, откуда идет дополнительный свет. Тусклый и серый, он пробивался откуда-то сверху. Ладно в городе, там все было понятно.

Когда мы впервые забрались с друзьями в подземелье под водонапорной башней, то через каждую сотню метров, а то и меньше, видели в потолочном своде или рядом с ним, близко в поверхности, зарешеченные то ли окошки, то ли люки, через которые пробивался дневной свет.

Оно и понятно, под землей все равно было темно, но хотя бы не так страшно. Все-таки солнце для человека много значит, как минимум разгоняет глубинный страх внутри в стрессовых ситуациях. А здесь?

Над нами обрыв, покрытый травой, откуда там могли сохраниться люки-лампы? То-то и оно! Они давным-давно заросли под натиском не убиваемого вьюнка и прочей зелени. Тогда как?

В какой-то момент я даже остановился, подобрался как можно ближе к стене и попытался при свете фонаря разглядеть скругленный потолок. Но мне не удалось — высота прохода увеличилась, луч не сумел пробиться до конца. Точнее, просто не удалось ничего такого разглядеть, что помогло бы разгадать загадку.

«Ну и ладно, вернусь экипированным, изучу этот вопрос, — отметил я про себя. — без хвостов». Не люблю тайны, который не сумел разгадать, а тут прямо-таки вызов моему инженерно-техническому складу ума.

Примерно через полчаса прямой рукав резко свернул вправо. Я удивился: неужели ошибся в своих предположениях, и выйдем мы не из обрыва к морю, а зайдем еще глубже под землю? Но мои предположения оказались верны.

— Ой, Леш, — вдруг позвала Лена удивленным голосом.

— Что? — я остановился и обернулся.

— А я здесь, кажется, была, — растерянно проговорила девушка, поводя фонарем вокруг. — Ну, да, вот, смотри… — девчонка обогнула меня, прошла пару шагов, остановилась и присела на корточки. — Вот тут, видишь? — Лена оглянулась на меня. — Рваный башмак, я его видела, когда сегодня шла по тоннелю. Только не пойму, как мы оказались в том месте, я ведь с другой стороны шла… — моя амазонка окончательно растерялась и даже, как кажется слегка испугалась. — Леш, как такое может быть? Та развилка… — Лена кивнула в сторону т-образного перекрестка, на котором мы выбирали свой дальнейший путь. — Я по ней точно не проходила, я бы запомнила.

— Уверена? — больше для проформы переспросил я.

— Ну, я же не дура! — вспыхнула девушка. — Не слепая и с памятью у меня все в порядке! Конечно, я помню!

«Вот и хорошо, а то вздумала мне тут панику разводить», — хмыкнул я про себя, вслух же сказал:

— Не горячись, я тебе верю, просто уточнил. Башмак точно твой?

— Да не мой он!

— Понятно, что не твой. Уверена, что именно этот ботинок ты видела? Может, просто похож?

Лена растерянно уставилась на хорошо потрепанную обувь.

— Ну… вроде бы да… — протянула уже не так уверено, но тут же воскликнула. — Да он это, он! Я его еще с дороги ногой отшвырнула. Он лежал посередине, я едва не на него наступила.

— Хм, если это точно он, тогда я окончательно перестал понимать, где мы идем, куда и зачем, — настала моя очередь изумляться, удивляться, и растеряно взирать на левый мужской полуботинок.

С другой стороны, может, мы пропустили какой-нибудь поворот, по которому параллельным путем утром шла Лена? Ладно, на обратном пути будем внимательней.

— Так, отставить панику и прочие эмоции, ставлю здесь крест, — я подобрался поближе к стене и нарисовал отметку. — Пойдем назад, разберемся. Но, сдается мне, ты могла просто башмаки перепутать…За что? — я не успел увернуться от тычка.

— За то! — возмущенно отрезала Лена, но не выдержала и хихикнула.

— Ну, признай, ты ведь могла перепутать? А? — я не сдавался.

— Если тебе так будет легче, то — могла, — торжествующе хмыкнула девушка. — Но это тот самый ботинок, который подвернулся мне под ногами!

— Ладно, смирился я. — Пусть будет тот самый. Тогда мы точно где-то пропустили какой-то поворот. Ладно, потопали дальше, надой найти свет в конец тоннеля.

— Какой свет? — и эту шутку Лена не поняла.

— Небесный, — хмыкнул я, еще раз оглядел местность, запоминая обувь, кинул короткий взгляд на свою метку, и двинулся дальше. — Ты идешь?

— Иду, — отозвалась девушка и зашагала следом за мной. — Иногда я тебя совсем не понимаю, — вздохнула и продолжила. — И шутки у тебя… странные… Не все, — торопливо закончила напарница. — Некоторые.

— Не я такой, жизнь такая, — философски заметил я, про себя же подумал: эх, Лена, Лена, знала бы ты всю правду, то-то бы удивилась.

Подземный коридор по которому мы шли, оказался странным. Складывалось впечатление, что мы забираем все больше и больше вправо, и вместо того, чтобы выйти к морю, снова уходим вглубь под землю.

— Лен, ты уверена, что именно отсюда ты вышла ко мне? — в какой-то момент я не выдержал и в очередной раз усомнился в том, что девушка помнит свой утренний путь.

— Уже нет, — с напряжением в голосе откликнулась девчонка. Куда только уверенность подевалась? — Леш, мне кажется, или мы идем по кругу.

— Кажется, тебе не кажется, — пошутил я. — Твою ж каракатицу… — выругался вслух, едва не налетев на стену. — Все, пришли, конец пути.

— Выход? — обрадовалась Лена.

— Вход, блин, — зло буркнул я. — Полюбуйся.

Я хотел шагнуть в сторону, но неожиданно обнаружил: отступать некуда. С недоумением оглянувшись и оглядевшись при свете фонаря, который потускнел от беспрерывной работы, я только теперь осознал — тоннель стал уже. Никто из нас — ни Лена, ни я — в пылу погони за призраками собственных фантазий не обратил внимание на то, что рукав постепенно сужался.

— Ой, прости, пожалуйста, — вскрикнула Лена в ответ на мое «черт». — Я нечаянно!

— Угу… — прижимаясь в кирпичную стену, миролюбиво согласился я.

— А… Ой… Тупик? — растерялась девчонка, вмиг растеряв весь свой исследовательский пыл.

— Угу, самый что ни на есть тупиковый тупик.

— Но этого не может быть, — не сдавалась исследовательница. — Я же точно шла по тому переходу… и ботинок… Как же так?

— А вот так, — пожал я плечами: бессмысленный жест, конечно, в темноте, особенно когда собеседница стоит к тебе спиной, хлопает ладошкой по стене, которая внезапно выросла перед нашими любопытными носами.

— Ну что, налюбовалась? Пошли теперь назад, — проворчал я. — Только время зря потеряли. Хотя… теперь мы знаем, куда ведет правое ответвление, и это хорошо!

— Что ж хорошего? — печально уточнила девушка. — И правда, время потеряли, не тот рукав выбрали…

— Нет, Леночка, все, что не делается, все к лучшему. Любое знание о подземелье нам только в плюс! В следующий раз уже не свернем с пути, — ляпнул я, и прикусил язык: какой следующий раз! Я же собирался вернуться сюда один, безо всяких хвостов.

— А мы сюда вернемся? — оживилась девчонка. — А когда?

Да чтоб тебя приподняло и по голове шлепнуло, старый ты балабол, ну вот угораздило тебя признаться, теперь выкручивайся.

— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — Все будет зависеть оттого, куда нас выведет левый поворот. Вот, новый поворот, и мотор ревет… — внезапно пропел я.

— Что за песня? Не слыхала такую, — тут же переключилась Лена.

Неужто опять прокололся? Эх, Леха, фиговый из тебя шпион получился бы!

— Да это я так, мысли вслух… спел. Пошли что ли, а то так мы тут до вечера прошарае… прошляемся, короче. Ночевать придется, не хотелось бы.

— Почему?

— Палаток нет потому что, да и не располагают это подземелье к ночевкам. Непонятное оно. А все что непонятно с первого взгляда, не заслуживает доверия, пока не изучено, я понятно излагаю?

— Не совсем логично, но мысль я уловила, — в голосе девушки послышалась улыбка. — Ладно, идем уже что ли, а то кушать хочется, — жалобно закончила понятливая моя.

— Ну, давай вернемся к перекрестку, и поищу что-нибудь в рюкзаке, — предложил я. — Уж больно тут темно и неприятно, словно в могиле сидим.

— Да ну тебя! — воскликнула напарница. — Скажешь тоже — в могиле! И вовсе даже не похоже!

— Похоже, не похоже, какая разница, — отлипая от стены, пробурчал я. — Пошли что ли, нечего тут больше делать.

— Пошли, — согласилась Лена, пристраиваясь ща моей спиной.

— Не устала? — поинтересовался я.

Есть за мной такой грешок, людей по себе сужу в походах, точнее, по своей выносливости. Шагать я горазд, тем более по такой практически ровной дороге. Это не в горах, где то ползешь, то прыгаешь, то по веревке поднимаешься во время сборов. Тут все просто, главное, не забывать под ноги светить, чтобы не чертыхнуться.

А Лена еще и девочка, вряд ли приученная к длительных переходам. Пока молчит, но лучше перебдеть, чем потом получить хромающий ноющий довесок. Хотя что-что, а ныть она точно не будет, в этом я почему-то уверен на все двести процентов.

— Все в порядке, — не раздумывая, отозвалась девчонка. — Шагай уже.

— Шагаю, под ноги смотри, — и мы снова замолчали, думая каждый о своем.

Не знаю, о чем размышляла Лена, топая в темноте следом за мной, я же прикидывал, почему так получилось? Почему правый рукав никуда нас не вывел, закончился тупиком? За каким хреном неведомые строители скруглили тоннель и закольцевали его тупиком? В чем суть?

«В чем правда, брат? В силе, конечно же, в чем еще, — хмыкнул я в разговоре с самим собой. — Жаль только, никак не пойму, в чем сила этого подземелья? Конкретно этого отрезка пути… закругленного кольца… Тьфу ты, пора заканчивать, а то уже заговариваюсь», — фыркнул я.