Дмитрий Буров – Простой советский спасатель 3 (страница 3)

Я закашлялся, глотнув дыма. Так, пора убираться отсюда, пока не задохнулся. Я задрал голову, прикидывая как по-быстрому подпрыгнуть, дотянутся до края провала и выбраться из каменного мешка, но оказалось никак.

Потолки в этом подвале несколько выше, чем в обычной советской квартире. Здесь, пожалуй, метра четыре будет в высоту. Очень странно, зачем в подвале такие высокие потолки. Но об этом потом, нужно придумать, как выбраться. Если поднять шкаф, забраться на него, то, думаю, смогу дотянуться до края дыры и вылезти на поверхность.

Вопрос в том, что к тому моменту будет твориться в комнате, сколько нагонит дыма. А если огонь как раз метнется в помещение? Если я правильно понимаю, пламя частично идет из каморки в каморку, уничтожая тонкие перегородки. Это помимо того, которое бушует в коридоре. Прыгать вниз, на шкаф, удовольствие сомнительное. Не факт, что в темноте сумею точно приземлиться, и не факт что не рухну вместе с ним, на этот раз более неудачно.

Так, стоп, если это подвал, из него должен быть какой-то выход. В погребе было темно, но глаза уже привыкли и кое-что я начал видеть. Так, шкаф будет точкой отсчета. Задняя стенка у него светлая, в потемках разгляжу. Значит иду по прямой, касаюсь стенки и обхожу все помещение в поисках выхода.

Накинув еще влажную рубаху на тело, я двинулся вперед. Шагов через десять уперся в стену. На ощупь вроде кирпичная кладка. Причем никакого конденсата не наблюдалось, стена была сухая и холодная, уже хорошо. Двинулся по периметру, держась рукой за каменную кладку. Периметр оказался окружностью. Да ну нафиг, кому пришло в голову строить круглый подвал?

Обойдя комнату по кругу, я вернулся к шкафу, снова посмотрел наверх, прикидывая, что так происходит. Очень странно, что спасатели, то бишь пожарные, не вернулись меня искать. Либо еще что-то случилось, пока вытаскивали Ваську-ирода, либо про меня забыли, решив, что я выбежал и затерялся в толпе. Ну да ладно, разберемся.

Собственно если пожарная команда успеет потушить пламя, огонь вполне возможно даже не успеет дойти до помещения наверху, и тогда есть все шансы пересидеть внизу, не особо заморачиваясь. Можно оттащить шкаф к одной из стен, и укрыться в нем.

М-да, Леха, фиговый из тебя утешитель. Когда Василий пытался выбить двери, уже было понятно, что стихия накроет все в здании, вспомни, как приплясывал, стоя деревянном на полу. Я поежился, и решил обойти еще круг, теперь уже не держась за стену, по среднему кругу. Может, в темноте наткнусь на какую-нибудь забытую штуковину, например, на лестницу, которая поможет выбраться наверх.

— Эй, пацан! Ты здесь?! — заорали наверху.

— Здесь! — моментально ответил я, радуясь вовремя прибывшей помощи.

Но радость оказалась преждевременной. В тот самый момент, когда я заорал свой ответ, что-то пошло не так. Снова раздался хлопок, и комнату надо мной просто вынесло. В подвал рванули языки пламени, стремясь добраться до самого дна. Я отскочил к стене, прижался к ней всем телом, спасаясь от рухнувших вниз обломков деревянных полов, горящих балок, останков перекрытий.

Дыра, которую мы со шкафом пробили в потолке подвала, увеличилась в полтора раза, оттуда дыхнуло жаром и дымом. Надо убираться отсюда, только вот куда и как? Шкаф теперь мне не помощник, на него рухнули горящие доски, ДСП занялось и совсем скоро воздух в погребе перестанет быть относительно приспособленным для дыхания.

Ни одного угла чтобы спрятаться поглубже! Я осторожно перемещался по стенке, наблюдая за начинающимся пожаром в подвале, и пытался придумать способ спасения. В помещение слегка посветлело от огня, я задрал голову, оглядывая стены до потолка. Чертов архитектор, даже окошко соорудил под самым верхом! Вот нафига оно там, спрашивается?

Над головой что-то гудело, трещало и скрежетало. От загоревшегося ДСП начинало попахивать. Когда очередная доска рухнула сверху, я успел заметить на противоположной стороне какую-ту выемку возле пола. Разглядеть не удалось, но вдругэто какой-то лаз, или вентиляция. Только сейчас сообразил, несмотря на отсутствие окон и дверей, воздух в подвале был достаточно свежим, не затхлым.

Добравшись до противоположной стороны, присел на корточки и медленно двинулся вдоль стены, ощупывая камни руками. Правая ладонь нащупала возле пода поребрик, а за ним действительно оказалась небольшая ниша.

Тем временем комната наполнялась дымом, задняя стена шкафа изображала пионерский костре. Скоро завоняет горящим лаком, вместе с выгорающей из ЛСП смолой мало мне не покажется. Едва подумал, как тут же закашлялся. Стащил рубашку, обмотал вокруг лица, опустился на колени и принялся изучать углубление.

В процессе изучения умудрился заползти в нишу всем телом и даже слегка развернуться, чтобы наблюдать за тем, что происходило у меня за спиной. Одна беда: от пламени я в этой ямке защищен, но вот дым меня доконает. Пока пожарные закончат тушить, пока остынет пока зайдут на поиски пострадавших, я просто задохнусь.

М-да, Леха, встрял ты как морской бычок на сковородку. С другой стороны, если такова плата за жизнь матери, я ни о чем не жалею. Прости, студент, если ты сейчас в моем теле. Но я очень надеюсь, что врачи выведут меня из комы, и ты сможешь прожить другую и жизнь. Лет двадцать как минимум у тебя еще есть.

Где-то внутри царапнула ревность: моя Галка, мой сын будут воспринимать его любимым мужем и отцом. Черт! Обидно, но за дешево чудеса никогда не делаются, и дело не в деньгах, а в том, чем человек готов пожертвовать за чистоту своей просьбы, молитвы, желания.

«Фантазер ты, Леха, однако!» — я даже рассмеялся вслух и тут же закашлялся, рубашка почти не спасала. Ели парнишка очнется в моем теле и завопит, что он — это не я, запихнут в психушку. Вот тебе и второй шанс. Хотя вроде парень дурак, сообразил уже, думаю, что к чему.

Я продвинулся поглубже. Надеясь все-таки уцелеть в этой катавасии. И кто-то, видимо, хотя бы иногда все-таки слышит наши просьбы, и даже время от времени помогает просящим.

Моя пятая точка уперлась в холодную стену. Я попытался чуть выпрямиться, чтобы принять удобную позу и немного отдохнуть от скукоженного состояния. В поясницу что-то уперлось, я вздрогнул, дернулся вперед, за спиной что-то щелкнуло, пол подо мной резко наклонился, и я в очередной раз полетел вниз. И снова лицом в пол.

Попытки за что-нибудь зацепиться оказались безуспешными. Жёлоб, по которому я скатывался, был похож на трубу, ведущую в неизвестность. Однако, Энск меня все больше удивляет, а я-то думал, что неплохо знаю его тайны.

Падение или скольжение длилось недолго, я даже не успел придумать, в груду каких сокровищ я упаду. В результате мой полет завершился приземлением в груду чего-то мягкого и сыпучего.

Минуты две я лежал, пытаясь придти в себя и осознавая всю глубину своего попадоса. После локализации пожара фигушки меня теперь отыщут, если я не найду способ вернуться самостоятельно. Местные газеты вряд ли напишут о моем обгоревшем трупе, потому как тела не будет. Скорей всего промолчат. Это советская пресса, она о негативе редко пишет.

Но, думаю, городских легенд прибавиться. Будут обо мне старожилы рассказывать и пугать молодых студентов-медиков призраком сгоревшего пациента, который сгинул в пожаре и даже косточек от него не осталось ни иначе как князь Воронцов в подручный взял студента-спасателя за помощь Ваське-ироду и рыжему коту.

Я пошевелился и понял что лежу на чем-то сыпучем. Сел, захватил горсть вещества, которое смягчило мне падение, поднес поближе к глазам и пересыпал с ладони на ладонь. Оказалось, упал я в большой деревянный короб с песком. Час от часу нелегче. Мало мнн странного то ли подвала, то ли каменного мешка, теперь еще и второй ярус без окон и дверей.

Я подполз к краю, убедился, что бортики невысокие, перекинул ноги и спрыгнул на пол. Еще одну странность я заметил только теперь: и в первом, круглом помещение, и здесь, куда я нечаянно попал, пол выложен брусчаткой, которой вымощены дороги в старой части Энска. Очень необычно, если честно. Зачем в доме, пусть даже в нежилом месте, делать такой неудобный пол?

Ходить по брусчатке — ноги переломать, ездить — мягкое место калечить. Красиво, не спорю, но не практично. Разве что есть в этом какой-то определенный смысл, о котором знал архитектор и тот, кто это загадочное сооружение заказывал.

Так, Леха, это все лирика, нам прозаикам, ни к чему, выход нудно искать. Иначе когда-нибудь, лет через надцать, отыщут здесь человеческие косточки, и похоронят потом в безымянной могилке, потому как документов при себе останки неизвестного не имел.

Вот черт! Документы! Я оставил документы старого Лесакова… Где? Я лихорадочно вспоминал последние часы перед пожаром. Так, я читал в маленькой рекреации за сестринским постом. Потому мне стало душно, и я высунулся в окно, подышать.

Через минуту что-то хлопнуло и я инстинктивно рванул на место происшествия, а бумаги… А бумаги, дорогой товарищ торопыга, благополучно остались лежать на банкетке. Очень надеюсь, что их никто не заберет. Точнее, пускай их Василиса найдет и прибережет для меня, а я вернусь и заполучу их обратно!

«Аль би бек, детка», — кажется, так прощался человек, точнее, робот из будущего. Ну вот и я… Из будущего. Или очень короткого прошлого, если не найду запасного выхода. Как-то же хозяева попадали и на первый уровень и на второй!