Дмитрий Боррони – Ребекка: история женщины (страница 12)

– Я не боюсь, – возразила Софи. – Просто все то, что сейчас происходит со мной, это нереально. Я только сейчас это поняла, – рассмеялась Софи истеричным смехом. – Конечно, это нереально, – считала она. – Да это и не может быть реальностью. Ведь Вас не существует! Вас просто не может быть. Ведь вы мертва, – старалась она мыслить реалистично. – А мертвые не могут ожить. – Она посмотрела на холст, встала и подошла к нему. Затем она дотронулась до него и сказала. – Это сон. Сон и ничего другого. Как я раньше не догадалась!? Сон. Только сон и больше ничего.

– Сон? – удивилась Сьюзен. – Вы считаете, что это все сон?

– А что же еще? Сон и больше ничего. Вот сейчас я проснусь и… – она ущипнула себя за руку, но ей это не помогло. Она так же смотрела на холст, к ней подошла Сьюзен и сказала:

– Это не сон. Хотя мне очень хотелось, чтобы это был сон.

Софи уточнила:

– Это не сон?

– Нет, не сон. – Сьюзен тяжело вздохнула. – Хотя мне очень хотелось, чтобы это он и был. – Сьюзен задумалась. Со стороны казалось, что она погрузилась в свое философское размышление, и так оно и было. Она сказала Софи: – Никто не хочет верить тому, что есть на самом деле, и никто не хочет слушать то, что, казалось бы, есть правдой. Мы видим то, что хотим видеть, не видя то, что происходит на самом деле. Мы слышим то, что нам разрешают услышать, и не слышим то, что должны услышать. Мы глухи и слепы. Мы привыкли реальность выдавать за фантазию и фантазию за реальность. Реальность – что это такое? Мы живем в своих фантазиях и выдаем их за реальность. А реальность за фантазию. Почему это происходит? Ответ прост и очевиден, как никогда. Мы хотим, чтобы наши фантазии были реальны, даже нереальные.

– Что Вы имеете в виду? – не понимала Софи ее размышление. – Я вот, например, всегда знаю, с кем и когда я общаюсь, и там философские теории насчет реальности бытия меня совсем не касаются.

– По-Вашему, это реально, что я разговариваю с Вами? Согласитесь, это нереально, что я, женщина с портрета, вышла из него и разговариваю с Вами?…

Это Софи показалось странным. До этой секунды она не задумывалась над тем, как это? Как это вообще-то возможно? Она сидит на диване в чужой квартире, все вокруг замерло, и она общается с ней, со Сьюзен? Как это вообще возможно?

… – Вот видите, – продолжала рассуждение Сьюзен, – я вижу, Вы сомневаетесь, что все то, что с Вами происходит, реально. Я это чувствую в Вас. Оно говорит Вам, что это так оно и есть. Вы еще сомневаетесь, но ваш мозг говорит об обратном. Вы знаете, что я права, но все еще сомневаетесь. Задайте себе вопрос.

Софи была в панике. Она не находила себе места. По ее телу бегали мурашки, а сама она дрожала от страха.

– Какой вопрос?

– Кто Вы? – задала вопрос Сьюзен. – Кто Вы такая?

Софи опешила.

– В каком смысле?

– Скажите, кто Вы на самом деле?

Хоть вопрос был с подвохом, Софи все же на него, как смогла, ответила:

– Глупый вопрос. – Эти слова она как будто бросила в лицо Сьюзен. Затем она сделала долгую и затяжную паузу и сказала: – Меня зовут Софи. – Эти слова прозвучали решительно и беспрекословно. Она была уверенна в своем ответе на поставленный Сьюзен вопрос. Она – Софи. Кто же еще как не Софи.

Сьюзен усмехнулась.

– Уверена? – В ее улыбке читалась насмешка. Как будто она знала ответ на этот вопрос, но не желала, чтобы кто-нибудь узнал, кто такая Софи. – Посмотри в зеркало, – сказала она. – Вы увидите, кто Вы на самом деле.

– Кто же я? – удивленно спросила Софи. Она считала, что знает ответ на этот вопрос. – Что за глупый вопрос? – считала она. – Я Софи, кто же еще?

– Посмотрись в зеркало, – настойчиво просила Сьюзен. – Посмотри и Вы поймете, кто Вы на самом деле.

Софи в душе улыбнулась. Кто же она? Софи? Разумеется, Софи, и больше никто. Да иного быть не может. Она Софи, Софи и точка. Встав с дивана, она подошла к гардеробу и открыла дверь. Посмотрелась в зеркало, которое висело на дверце гардероба, и сказала.

– Ну, что дальше?

– Посмотрись в зеркало, – повелевающим тоном сказала Сьюзен. – Посмотрись.

Сьюзен не хотела смотреться в зеркало. Что-то подсказывало ей, что этого делать нельзя. Но она все же не послушала свой внутренней голос, и? О! Боже!? Что это такое? Что за черт? Она смотрела на себя, но не в зеркало, а из него. Она видела свое тело и не понимала! Как такое возможно? Ведь это невозможно? Чтобы она была там, в зазеркалье? Да это просто нереально? Она же не Алиса? И тут она вспомнила слова Эммы: «Это не Сьюзен а Алиса виновна в нашем горе». Да, это так. Она сказала, что во всех их горестях и несчастьях виновата только Алиса. Но кто такая Алиса? Неужели это только фантазия, чтобы на кого-то свалить свои проблемы? Почему она в зазеркалье? Она что, спит? Да, она спит, вот-вот проснется и выйдет из зазеркалья, но этого не произошло. Она оставалась в зазеркалье. Но что это? Она видела, как Сьюзен подошла к зеркалу, в которое смотрелась Софи, и которая по каким-то необъяснимым обстоятельствам оказалась в зазеркалье. В руке у нее был нож. Затем она окликнула смотрящую в зеркало Софи, назвав ее Ребеккой. Затем Ребекка оглянулась и, увидев Сьюзен, улыбнулась. Они обнялись и, приложив ладони к губам, направили Софи воздушный поцелуй, как бы прощаясь с ней. После чего Сьюзен ударила ножом зеркало и разбила его на множество маленьких осколков. Затем они обнялись и крепко поцеловали друг друга в губы.

– Наконец мы вместе.

– Теперь мы никогда не расстанемся с тобой. – Затем Сьюзен посмотрела на Эмму. – А что с ней?

– Она тень прошлого, пускай же там и остается.

В этот момент Сьюзен нарисовала ножом в воздухе какой-то знак, и в то же самое мгновение комната исчезла, погрузилась в небытие. Словно в симуляторе компьютерной игры.

Глава 7

Разбитое зеркало

Софи очнулась. Она лежала на кровати в той самой гостинице, где провела ночь с Женей, ожидая, когда утихнет пурга и самолетам дадут разрешение на взлет. Все было, как тогда. Она лежала на кровати, за окном вьюга. На кухне кто-то шумел. Софи не понимала, что с ней произошло? Она была уверена, что это был лишь только сон, сон и больше ничего. Но что-то подсказывала ей, что это был не только сон, точнее сон наяву. Она не чувствовала себя прежней Софи. Это была не она. Что-то изменилось в ней, что-то стало иным. Она встала с кровати, подошла к висящему на стене зеркалу и посмотрелась в него. Она видела себя в отражении зеркала. Видела и не узнавала. Что-то в ней изменилось, но что? Этого она не понимала. Вдруг она вспомнила, что произошло с ней пока она спала. «Это не могло быть на самом деле, это просто невозможно!» – она смотрела в зеркало и видела в нем не себя, а кого-то иного. Другую женщину. Властолюбивую, красивую и привлекательную. Незнамо, почему, она протянула руку и дотронулась до своего отражения в зеркале. Она подумала: «кто ты такая?» И тотчас вспомнила о Ребекке. Да, на нее из зеркала смотрела не она, а Ребекка. Да, это именно она и никто другой. «Но как такое возможно!» – в паническом страхе схватилась она за лицо. – «Как вообще такое возможно?» – еще и еще задавала она сама себе этот вопрос и не находила на него ответ. Тут она с ужасом поняла. – «Это я? Я эта она. Я Ребекка. Да. Это так. Иначе как все это объяснить. Безумие, да и только». В этот самый момент Софи поняла, что женщина из зеркала ей улыбается, и она улыбается ей в ответ. Да, это была она. Теперь Софи точно знала, что она уже не Софи, а Ребекка. Да, это она смотрела на свое отражение в зеркале, а не Софи. Теперь она была спокойна. Она видела в отражении ту женщину, которой являлась на самом деле. Она – Ребекка, Ребекка и больше никто. И теперь она ни за что и никому не позволит занять ее место. Она чувствовала, что Софи пытается докричаться до своего тела. Докричаться и вылезти из ее тени, в которую она попала. И в этот самый миг зеркало разбилось на несколько десятков осколков. Тут она услышала в своей голове крик. Как будто тысяча римских легионов в ознаменование своей победы скандировали: да здравствует Цезарь! Ура! Крик заставил женщину лечь на кровать. Она держала руки на голове, стараясь хоть как-то заглушить боль. Но ничего не получалось. Тут она увидела испуганного Женю. Он сидел на корточках и смотрел на нее с испуганным взглядом. Он не знал, что делать? Как ей помочь? Он хотел вызвать скорую, но Софи пришла в себя. Ее больше не мучили никакие боли. Не было никаких переживаний. Все ушло в прошлое.

– Не надо врача, – сказала она и ласково с нежностью добавила: – Дорогой.

Это слово показалась знакомым Жене. Да, это слово, и так, как оно произносится из ее уст, было ему знакомо. Конечно, только Ребекка и больше никто мог так ласково и нежно произнести это слово. Женя прильнул к груди женщине и заплакал. Но эти слезы были не слезы горя, а слезы радости. Он тихо произнес:

– Ребекка, это ты?

Та крепко обняла его и поцеловала.

– Да, это я, – сказала она. – Ребекка.

Женя посмотрел в глаза Ребекки и почувствовал ее. Ах, как давно он ее не трогал, как давно не прикасался к ней. Теперь она здесь, и они не расстанутся никогда. Но тут Женя опомнился. Он пришел в себя и спросил:

– Но ты же мертва!? Как такое возможно? И где Софи?

Ребекка легла в постель, протянула руки к Жене и сказала: