Дмитрий Боррони – История любви Дмитрий: Мистика или реальность «Режиссерский вариант». Книга 3 (страница 3)
Мама – Ядвига Змеевна.
– Почему неотъемлемой перипетии?
Ангел.
– Про это Вы узнаете сами. Прощайте, мне пора.
– исчезает –
– Ядвига Змеевна смотрит на луну –
Ангел.
– Покой нам только сниться.
Глава 2 Ангел
– День новый наступил, и всё забыто было –
Мама – Ядвига Змеевна.
– Ничего не помню. Что-то снилась сегодня ночью, но что? Не помню я. Ну не беда. Сон есть сон, и только сон. А вещей сон присниться должен не сегодня. Когда же он приснится мне, я буду знать, как тошно мне! Где сын мой, Дмитрий. Где родной. Он там. У этой неродной. Прельстила юбкой сына моего, а он развесил уши. Что за мужчины, что за народ, на юбки падки декольте. А помани их пальчиком, улыбнись, и они уже в постели наслажденья. Секунда удовольствие и всю жизнь расхлёбываться. А ещё мене в укор, что я плохая мать. Да неплоха та мать которая заботиться о своём чаде отпрыске своём, а та которая бросает чадо на произвол судьбы, и тот растёт, как знает сам. Ну ладно, придётся езжать на станцию Берёзки – дачная. Где он там? Куда попал он? В сети женских чар. Кто она такая? Кто та, кто сына у меня увела? Полдень, мне пора.
Ангел.
– До скорой встречи я с Вами, грешница моя. Заступница, женщина и просто мать. Посмотрим, что случиться далее. Сюрприз Вас ждёт там, где сейчас Ваш сын, в посёлке Жуково на станции Берёзки-Дачная ждёт Вас сюрприз.
– стук в дверь –
Мама – Ядвига Змеевна.
– Кто там?
Эммануэла.
– Это я, Эммануэла.
Мама – Ядвига Змеевна.
– Ядвига Змеевна впускает в дом Эммануэлу –
Эммануэла.
– Здравствуйте. Дмитрий дома?
Мама – Ядвига Змеевна.
– Нет. Он ещё в гостях.
Эммануэла.
– Что, он остался на ночь?
Мама – Ядвига Змеевна.
– Очевидно, это так.
Эммануэла.
– Плохо дело, он, кажется, влюбился.
Мама – Ядвига Змеевна.
– С чего Вы взяли это?
Эммануэла.
– Так ни с чего, это просто женская интуиция. Ваша интуиция Вам не подсказывает ничего?
Мама – Ядвига Змеевна.
– Ничего, кроме того что я чувствую, что мне надо ехать.
Эммануэла.
– Ехать, куда?
Мама – Ядвига Змеевна.
– Туда в глушь тараканью. Куда-то в Берёзки-Дачная. Куда-то в Жуковку. Где эта Жуковка, не знаю я. Встретить обещали, поеду я. И пусть что будет, из тех железных лап я вытащу его.
Эммануэла.
– Мне можно с Вами?
Мама – Ядвига Змеевна.
– Со мной? Зачем?
Эммануэла.
– Мне очень хочется посмотреть на ту лахудру, на которую он променял свой идеал.
Мама – Ядвига Змеевна.
– Да будь он проклят – идеал. Он жизнь разрушал мне.
Эммануэла.
– Вам или нет?
Мама – Ядвига Змеевна.
– Что за вопрос? Ужасней всех на свете для меня он. Все думают, что я не хочу счастье для моего Дмитрия. Все считают, что я монстр воплоти. Чёрт в юбке, сатана. А я лишь женщина – одна из многих и любящая мать.
Ангел.
– Жестоко сердечное создание. Женщина, любящая лишь саму себя, и больше никого. А сына благотворит она и любит так, что сама того не зная зло принесла она ему. Цинизм, и больше ничего. Всё в этом мире ничего. И ничего всё в этом мире. Что ничего цинизм не более чем просто зависть. Принижение кого бы то ни было во славу празднества своего высокомерия. Подвластен он пороку человека. Его много. Один из них двуличность – лицемерие. Двуличность Ядвиге Змеевны? Она любя жестокосердна. Любя, она причиняет зло. Ей хочется одно, а сыну совсем иное. Кто победит? Посмотрим.
Эммануэла.
– Любящая женщина способна на многое, а мать на что?
Мама – Ядвига Змеевна.
– На что?
Эммануэла.
– Я думаю не на что, если не может пожертвовать собой ради счастья сына. Я же поняла давно, что Дмитрий не мой, а чей-то иной. Своей мечты безустанной любви. Любви к той, кто по сердцу ему всегда была и остаётся.
Мама – Ядвига Змеевна.
– Кто она? Вы знаете?
Эммануэла.
– Вы тоже знаете её.