Дмитрий Бондарь – Денвер Блэк. Полиндворф разбушевался. Предательство милосердия (трилогия) (страница 57)

— Правильно, — разом ответили Том и Наташа, закатывая рукава. Лена же обиженно надулась и скрестила руки.

— Неправильно, — обиженно буркнула она, уставившись в пол.

— Что случилось, а? Леночка? — ласково спросила у нее черный маг.

— Случилось… — грустно вздохнула принцесса. — Во-первых, я не могу работать, потому что сломала ноготь, подвернула ногу и просто устала. А во вторых, я вообще не смогу поднять ни один камень из этой горы. Они весят, наверное, полсотни каждый. Так и надорваться можно.

Ну, что тут поделать. Ладно, пусть отдохнет где-нибудь в сторонке. Она ведь все-таки еще ребенок и утомляется намного быстрее нас. Тем более я на сто процентов уверен, что от нее больше пользы будет, если она ничего не будет делать, нежели работать, таская и впрямь тяжелые камни. Как уронит кому-нибудь по ноге, мало не покажется. И потом, она ведь принцесса, поэтому наоборот должна руководит работой, нежели участвовать в ней.

Таким образом, где-то через два часа мы благополучно освободили проход от завала, раскидав большее количество камней по сторонам. Только после этого осталось еще немного каменей, которые так утрамбовались друг с другом, что вытащить их не было никакой возможности. Но и здесь мы не стали отчаиваться, а просто вышибли эту стену плечами. Здесь в основном пришлось потеть мне и Томасу, так как Наташа как никак девушка и ей нельзя доверять столь сложную и непосильную работу, а Петр для этого слишком слаб. Он и камни-то поднимал только те, что поменьше да полегче. Для него сейчас поднять, что-нибудь тяжелее пяти килограмм — прямое попадание в морг. Конечно, после того как мы сломали эту внезапно возникшую стену, у нас очень болели плечи, но оно того стоило — уже неподалеку замаячил выход наружу. Только сейчас перед нами стояла новая проблема — метрах в двух от нас и, заканчивая дверью наружу, тянулась огромная и наверняка глубокая лужа.

— Странно, — снова протянул Петр, смотря на воду. — Никакой воды я тут не припомню.

— Откуда же она взялась?! — напали на него мы. — С потолка накапало, да?!

— Не кричите на меня! — пискнул ученый. — А, то вот возьму и обижусь на вас! Посмотрим тогда…

— Смотрите, — ахнула Лена, указывая, куда-то в середину лужи.

Мы посмотрели, куда показала принцесса, и молча раскрыли рты то ли от удивления, а то ли от внезапного шока. Неожиданно вода в середине лужи сильно забурлила, и на поверхность выплыло странное существо, с головой как у крокодила, и чешуей с плавниками как у рыбы. Создание широко зевнуло и уставилось прямо на нас. Мы стояли, как вкопанные боясь даже дышать. Только Петр, почему-то уставился прямо на это создание и не сводил с него глаз. К счастью этот монстр нас не заметил. Он лишь снова широко зевнул, обнажая вполне приличное количество острых зубов, в два ряда, и поплыл на другую сторону водоема. Выйдя на сушу, существо поразило нас еще больше: ноги у него были от бегемота, а хвост длинный и крючковатый как у свиньи. Немного походив кругами, будто бы готовя себе, место для сна, создание улеглось прямо напротив выхода и вскоре уснуло.

— Ч-чт-то эт-то? — заикаясь, спросили Томми и Лена.

— Не знаю, — честно ответил я, продолжая удивленно глазеть на ту сторону.

— И как же нам теперь обойти это… создание? — без энтузиазма спросила Наташа.

— Сёма не создание, — обиженно буркнул Петр. — Он был моим питомцем, пока однажды с ним не произошел несчастный случай и он стал тем, что вы видите.

— Вот этот монстр — ваше домашнее животное? — поразились мы.

— Да, — кивнул ученый. — А что, здесь такого уж необычного?

— Так, ничего особенного. Да-а… непросто, наверное, было прокормить такую громадину, — задумчиво проговорила принцесса, оглядывая отощавшего ученого.

— Но, я же вам объясняю, что он не всегда был таким. Раньше, когда я еще работал лаборантом у одного ученого, Сёма был ма-аленьким щеночком. Мог даже уместиться у меня на ладони. Мы с ним очень дружили. Я каждый день кормил его, одевал когда было холодно, читал на ночь сказки… в общем все у нас было с ним хорошо. А вот брат мой его всегда недолюбливал. Не знаю, может быть, это просто братская ревность, из-за того, что я проводил больше времени с собакой, чем с ним. Мне это до сих пор не известно. Но факт, оставался фактом: брат все время намеревался утопить щеночка, или продать узбекам на чебуреки. В результате, чего у нас с ним возникали постоянные ссоры. И вот однажды, за день до трагедии в нашей лаборатории, Сёма случайно залезь в реактор, и получил огромную дозу излучения. Естественно после этого мы не могли держать его у себя дома, и просто выпустили на свободу… как мне казалось, до этого момента.

— Но откуда вы знаете, что это именно ваш питомец. Может быть, это какое-то мутированное создание, которое появилось в результате утечки вашего препарата? — задала, по-моему, довольно дельный вопрос черный маг.

— Не знаю, — честно признался ученый. — Просто сердце мне подсказывает, что это Сёма. Как объяснить это явление я не знаю, но я чувствую, что это он.

— Тогда нам необходимо придумать способ, бесшумно попасть на ту сторону и так же бесшумно выйти наружу.

— А, что будет, если это существо вдруг проснется? — испугано спросила Лена, поглядывая на длинный желтый язык бывшего питомца ученого.

— Если, проснется то, мы просто станем его завтраком.

— Неправда, — возмутился Петр. — Вздор! Сёма никого за всю свою жизнь и пальцем не тронул… ну, в смысле лапой. Он ничего нам не сделает.

— А откуда, вы можете знать, что за все годы скитания вашего питомца неизвестно где, это не изменило его характер, и он не превратился из миленькой славной собачки в кровожадного монстра. Да, откуда нам вообще знать, что это собака. Вы только посмотрите — у него же вообще ничего нет от нормального пса.

— Ну, и что, — твердо оспаривал свою точку зрении неогеник. — За то у него есть то, что нельзя увидеть невооруженным глазом.

— Мда, — хмыкнули мы. — И что же: блохи или стригущий лишай?

— Ха, ха, ха. Очень смешно. Нет! У него есть нечто особенное, что отличает его от всех других собак вместе взятых.

— Преданность, — наобум бросили мы. Ученый радостно замотал головой.

— Послушание.

— Это типа команд сидеть или лежать?

— Нет. Дело в том, что когда мне было необходимо заставить Сему, что-нибудь сделать, то я говорил: «Если выполнишь команду стоять — получишь большую косточку». Таким образом, он всегда с удовольствием исполнял все мои команды.

— Слушайте, — неожиданно осенило принцессу, — а что если нам сейчас проделать с ним тоже самое, — мы непонимающе на нее посмотрели. — Ну, в смысле мы заставим его перевести нас на ту сторону, взамен чего он получить…

— Кого-нибудь из нас себе на закуску, — за эту шутку я получил локтем в пузо от рыжей волшебницы, и обиженно замолчав, старался больше не влезать в разговор.

— Нет. В замен он получит от нас что-нибудь вкусненькое. Ну! Кто «за»? — Интересно, только что мы ему предложим. У самих то ничего нет. Видимо остальных это мало волновало, потому что предложение принцессы было принято единогласно, и они мигом стали вразнобой подзывать к себе Сёму.

Естественно от такого шума монстр проснулся и, потянувшись, внимательно посмотрел на другую сторону. Не знаю, каким образом, но он нас заметил и, испустив радостный вой, от которого нас чуть не пришибло падающими с потолка камушками, с разбегу сиганул в воду, подняв при этом тучу брызг, которые, по-моему, дошли и до нас. В три секунды, питомец ученого переплыл подземное озеро, вылез на берег и по-собачьи стряхнул с себя воду, при этом, основательно подмочив всех кто тут был. Затем он радостно лизнул Петра, а потом взялся за нас. Хоть мы для него были чужие люди, но принял он нас как родных. Вылизал абсолютно всех и вся, с ног до головы. Девушкам-то ничего. Просто одежда намокла, высохнет. А нас с Томом он чуть не скинул в воду, от распирающей его радости.

— Ну, кто бы мог подумать, что это окажется такое милое существо, — Наташа почесывала Сёму за ушком, от чего тот комично дрыгал задней ногой от удовольствия

— Да! И, правда, милое и очень дружелюбное. Не так ли, Сёма? — Лена же в свою очередь почесывала у него под подбородком, от чего зверек впал в неописуемый восторг и стал издавать забавные звуки.

— Ладно, все! Хватит! А то вы совсем его разбалуете, — хихикнул Петр, глядя на эту сцену.

— А можно еще, а? — заскулили они. — Ну, пожалуйста! Хотя бы одну минуточку.

— Вам же сказали, что нет, — недовольно буркнули мы с Томасом. Это же надо, а? Променяли нас на какое-то… страшилище. Что им тараканов дома не достает, что ли?

— Да, ладно, вам ревновать, — улыбнулись девушки, и не заметно перемигнулись друг с другом. — Хотите, мы и вас так погладим, а?

— Хотим, — радостно откликнулся Томми, за что получил от меня подзатыльник, от чего девушки и Петр слегка засмеялись. И, по-моему, их поддержал даже зверек, издавая непонятный булькающий звук, отдаленно напоминающий смех. Затем ученый, что-то пошептал своему питомцу на ушко и после того как тот удовлетворенно кивнул, будто все понял, залез ему на спину.

— Запрыгивайте, — верхом на этом создании, Петр выглядел как, типичный ковбой из западных вестернов. Только ему бы нормальную лошадь, шпоры и лассо в руки — не отличишь от настоящего. После того как я с Томом помогли влезть на Сему девушкам, а затем влезли сами Петр слегка вдарил своего питомца в бока и тот, войдя в воду, медленно отплыл от берега.