Дмитрий Блинов – Метро 2033: Аркаим (страница 11)

– Честь имею! – ответил тот, встав по стойке смирно.

«Карантинная станция, как интересно», – думал Смирнов, пока его сопровождали к так называемой гостинице.

Когда Алексея вывели из кабинета, он ожидал увидеть огромное помещение недостроенной станции X-1. Под таким названием она была обозначена на картах Республики. Вместо этого его вели через лабиринты небольших комнат, соединенных между собой узкими коридорами. Похоже было, что станции как таковой и нет, а то, что имелось, представляло собой ряд построек прямо в перегоне. Напоминало станцию «Площадь Революции», только X-1 была побогаче. Стены и невысокие потолки комнат были деревянными, что позволяло сохранять тепло.

Смирнов сравнивал новое место с родной станцией «Проспект Победы», где в любое время года было прохладно, а согреться можно было только в жилых помещениях или в обогреваемых палатках. Но больше всего удивило освещение. Во все коридоры и комнаты провели электричество, а там, где не было проводки, висели керосиновые лампы. Для Республики электроэнергия являлась роскошью. В родных стенах дизель-генераторы имелись, но запускались редко, на несколько часов по два-три раза в неделю или по знаменательным датам.

Х-1 оказалась плотно заселенной, люди толпились вокруг, кто-то двигался навстречу, и приходилось прижиматься к стенке в узких коридорах, чтобы разойтись. Потолок от этих передвижений ходил ходуном, станция насчитывала несколько уровней. Кто-то сидел прямо на полу, как будто в ожидании. Через таких приходилось перешагивать. Там, где узкий коридор выводил в более просторное помещение, расположились мелкие торговцы с нехитрым скарбом. Никто не обращал на Алексея никакого внимания, что было непривычно старшему лейтенанту. Люди на его родных станциях знали друг друга в лицо и обычно интересовались новой персоной. Но не это было главным! Не чувствовалось никакой вражды, агрессии – обычные люди, а не роботы для убийства, не монстры, как порой думали и говорили о «стражах». Только вот женщин и детей видно не было.

Еще через десяток метров Смирнов почувствовал запах еды. Перед ним распахнулись двери, по всей видимости, центральной столовой. Потолки в этом помещении оказались высокими – не менее трех метров. Картонные стены были сплошь покрыты плакатами, изображениями людей и пейзажей, стояли корзины с искусственными цветами. Из колонки рядом с барной стойкой звучала негромкая легкая музыка. Оперативник даже почувствовал себя тут вполне уютно.

Сопровождающий офицер отпустил охрану и обратился к нему:

– Выбирайте любой столик, к вам сейчас подойдут.

– А вы разве тоже уходите?

– Вы хотите, чтобы я остался? – поинтересовался конвоир.

– Нет, нет, просто не очень хорошо себя чувствую. К полковнику я бы без вашей помощи не дошел.

– Так садитесь за стол… Извините, мне действительно нужно идти – приказ, – ответил офицер и вложил в руку Алексею стопку армейских жетонов.

– Что это?

– Наша валюта. Когда пообедаете, официант отведет вас к месту отдыха, а утром я вас провожу к полковнику.

– Но почему жетоны? – не переставал удивляться Смирнов.

– Не только жетоны. Мы и патроны используем.

Алексей с большим аппетитом съел все, что поставили на стол. Давно не приходилось получать такого удовольствия от еды. В супе он распознал куриное мясо, что являлось большим деликатесом в Республике. На второе дали гороховую кашу, вкус которой опять напомнил беззаботное детство.

Насытившись и оглядевшись по сторонам, республиканец понял, что уже не один. Зал заполнялся людьми. Скорее всего, пришло время обеда. Многие беззаботно разговаривали, никто никуда не спешил. Но здесь были одни мужчины – ни женщин, ни детей. Как на военной базе.

– Неплохо! – вслух произнес Алексей.

– С вас два жетона! – произнес подошедший к столику официант.

– А патронами я могу расплатиться?

– Какой калибр?

– 5.45!

– Тогда с вас двадцать патронов.

– С курсом валют понятно, я лучше все-таки жетонами… Еще вопрос: а где женщины?

– Вам нужна женщина?

– Нет. Я просто хотел узнать, почему нет женщин и детей?

– Извините, но я не могу ответить. – Возможно, официант распознал чужака, или любопытство посетителя и странные вопросы его насторожили.

Заплатив, Смирнов уточнил, где можно отдохнуть и, отдав еще два жетона, направился к указанной двери.

Осветив помещение подвесной керосиновой лампой, он увидел добротную кровать с матрацем, стол со стулом, биотуалет в углу и навесной умывальник.

«Почти как в сказке, – подумал Алексей. – Что я могу такого полезного сделать для «стражей», если они так распинаются?»

Сняв с себя грязную камуфлированную форму с нашивками республики и смыв с тела всю грязь, Смирнов посмотрел в зеркало. Он редко разглядывал себя и больше привык к отражению безликого офицера в форме. Мелькнула мысль: «Как странно просто раздеться и чувствовать себя в полной безопасности». Впервые он ощутил комфорт – был сыт, чист, ничего не боялся. Даже укусы псов уже меньше беспокоили.

Вдруг на мгновение Алексею стало страшно. Казалось, с каждой секундой он становится слабее. Он представил: что, если жить здесь постоянно? Притупятся годами натренированные инстинкты самосохранения? Человек окажется неприспособленным к выживанию в новом мире?

Мысли его вновь вернулись к предстоящей встрече с полковником. Он попытался припомнить, что же он знает о «стражах». Да почти ничего! Они ходят в черной форме с надписями «Страж» во всю спину. Их группа занимает две или три недостроенные станции, которые на карте челябинского метро были только в проекте. Одна, на улице Братьев Кашириных, называлась «Западный луч», а другая – «Университет ЮУрГУ». Поговаривали, что под университетом есть хорошее убежище, и что со второй станции «стражей» можно попасть туда. По данным разведки, на станциях имеются хорошо работающие фильтровентиляционные установки. Но самих станций никто не видел – «стражи» никого к себе не пускали. Послам Республики разрешили побывать лишь на станции X-1, и они всем потом рассказывали, что живут «стражи» в полной антисанитарии. Теперь ясно, что это была дезинформация. Значит, в Республике кому-то было выгодно демонизировать стражей. А до войны о перегоне, где они хозяйничают, вообще ничего не было известно. Карантинная станция X-1 имеет сообщение с северной станцией Республики – «Проспект Победы». Точнее, имела, пока не произошло обрушение. Может быть, оно было не случайным? Взорвали?! Неизвестно. В целом территории «стражей» изолированы, попасть к ним можно только через вентиляционные шахты.

Вроде бы, все члены этой загадочной группы вышли из состава Республики вместе с женами и детьми. Человек девятьсот тогда ушло, как поговаривали старожилы. Из-за этого Республика пережила смутное время – стабильность ее границ без солдат была под вопросом. Интересно, почему военные силой не взяли метро под свой контроль? Одни вопросы! Как они смогли решить самую необходимую для выживания задачу – обеспечение людей продовольствием? Спросить напрямую у полковника? Не поймет! Надо быть с ними аккуратнее.

Перед тем, как заснуть на настоящей кровати, он вспомнил о своей невесте. Представил ее в своих объятиях. «Как ты там, моя девочка, – думал Смирнов. – Увижу ли тебя теперь?»

Он понимал, что его группу уже считают без вести пропавшей, а по истечении пяти дней, по уставу Республики, объявят погибшей. Подумав о том, как сейчас, возможно, страдает его самый любимый человечек, он инстинктивно сжал кулаки, сквозь крепко зажмуренные веки проступили непрошенные жгучие слезы, боль прочно угнездилась внутри и не отпускала. Полного комфорта все же не бывает. Затем, уже засыпая, Алексей вспомнил Андрея Долговязого и его гибель, а также все, что тот говорил. И Васю Грома, и последние дни. Потом все смешалось: он видел собак, мутантов, полковника Головина и темное облачное небо. При этом зачем-то старался все логично разложить в голове по полкам – сделать «правильным» и поддающимся рациональному объяснению. Мозг Смирнова продолжал работать, невзирая на то что измотанный организм уже спал.

На следующий день, позавтракав за один жетон в той же столовой, Алексей приготовился к встрече с полковником. Думал о предстоящем таинственном задании. Осмыслив все, что узнал накануне, старался убедить себя, что не нарушает присягу.

– Доброе утро, товарищ старший лейтенант, – поприветствовал Головин по всей форме прибывшего.

– Здравия желаю, товарищ полковник!

– Как спалось?

– Спасибо, отлично! Оперативнику редко удается выспаться на настоящей кровати.

– Понимаю.

– Слушаю вас, товарищ полковник.

– Присаживайтесь, нам нужно многое обсудить, – указал Алексею на стул Головин и знаком попросил удалиться единственного охранника.

Смирнов молча сел, приготовившись слушать.

– Я вчера связывался с вышестоящим руководством и получил одобрение вашей кандидатуры. И сразу начну вводить в курс дела. Однако существует одно условие, которое вы должны неукоснительно соблюдать.

– Какое?

– Вернувшись в Республику, не разглашать того, что вам станет известно.

– Кто мне поверит? Да и разве я смогу вернуться? Мне показалось, задание – билет в один конец.

– Вернетесь! Но если произойдет утечка информации, вы погибнете!

– Опять угрозы?! И если снова на «вы», то небезосновательные, – усмехнулся Алексей.