Дмитрий Билик – Вторая столица (страница 61)

Вот тут не обошлось без суматохи, которую удалось пресечь минут за пять. Когда петы были «убраны» (кроме Коры, которая Обиталище в моей руке попросту проигнорировала), кланы построены и разговоры прекращены. Лишь одиннадцать воинов остались в седлах, включая Нортона и Татуала. Именно на них была основная надежда в битве на воде. Навуходоносор махнул рукой, и мы двинулись в сторону берега. Шли довольно долго, как мне показалось, не меньше трети часа, пока вдруг деревья не поредели, и стало видно море со всем, что на нем было.

— Твою мать! — Выругался кто-то из кланлидов, глядя на усеянную кораблями воду. Некоторые из них уже худо-бедно просматривались, а другие лишь еле виднелись, напоминая расплывшиеся точки.

— Много, — согласился Олег, — но нам везет, смотрите туда.

Он показал на ближайшие корабли — вытянутые весельные судна с двумя парусами, именно сейчас убранными. Напоминали они средневековые дромоны. До них, навскидку, было не больше двухсот метров, в несколько раз ближе, чем до остальных, крупных суден.

— Осилим? — Спросил Нортон.

— Конечно, осилим, — усмехнулся Урфул, — на таких максимальная команда не больше двухсот человек. Учитывай, что там, на палубах, что-то стоит. Скорее, легкое осадное оружие, поэтому вычитай энное количество человек.

— К тому же сомневаюсь, что «Берсерки» поплывут на таком, — согласился Олег, — скорее всего, спихнули каким-нибудь младшим клана или вовсе неписям.

— Если бы неписям, было бы славно, — недобро оскалился Энерей, — тут бы их всех и положили.

— Ну не всех, если наемники или неписи, приближенные к игрокам, то они оживут, — возразил кто-то позади.

— Ладно, будет дискутировать, — чуть повысил тон Олег, — Бармалей, Кунсткамера, берите своих и за мной. Остальные — в засаде, старший Румпельштильцхен.

Пока я думал, как он произнес невыговариваемое имя главы «Лепреконов», Навуходоносор с парой десятков бойцов уже побежал по белому песку к морю. Остановились они шагах в сорока от воды, после чего несколько магов прицельно запустили файерболы по ближайшему дромону. Что интересно, огненный шар даже долетел, но вот не причинил никакого вреда судну, а попросту исчез.

— Зачаровали, гады, — прошептал кто-то позади.

Зато главное, чего хотел Олег, стоящие на берегу «Миротворцы» добились — их заметили. Взметнулись весла и тут же опустились в воду, судно пошло к берегу, а через полминуты к нему присоединилось второе. Купились. Может, сказалось долгое скучное плаванье, может, долгое ожидание битвы, а теперь вот он враг, впереди. Да и еще его до смешного мало, а их, доблестных воинов Темного Бога, целая орда.

Я заметил, что вроде даже на дальних больших кораблях что-то затевается, судя по всему, там тоже заметили маневр разведывательных суденышек. Ну ничего, давайте, тоже подплывайте, встретим с песнями.

Между тем, первый дромон заскрипел килем о песок, спрыгнули вниз самые первые воины, один даже успел умереть, подобно Ахиллесу бросившись вперед. Вот только маги не теряли времени, да и ближники ловко окружили парня, после чего вновь выстроились в шеренгу.

— Пора? — Спросила Берена, тем самым повторив мой мысленный вопрос.

— Рано, — только и ответил Румпель.

Команда первого корабля теперь не торопилась. Они видели, что враг не разбегается в страхе, поэтому нечего тут кидаться в одиночку, лучше ударить целым кулаком. Плещутся волны, скрипит песок, слышатся возбужденные крики — второй дромон оказался на берегу.

— Пора? — Не выдержал теперь Нортон.

— Рано, — невозмутимо ответил кланлид «Лепреконов».

Я его про себя выматерил. Если бы Олег не оставил Румпеля за главного, давно плюнул и повел своих на помощь стоящим на берегу «Миротворцам». Но молчат и прочие бойцы щита и сломанного меча, глядя на пятящихся в нашу сторону соклановцев. На них уже организовано напирает команда первого корабля, к которой бестолково пытаются присоединиться воины со второго.

— В атаку! — Вдруг кричит Румпель неестественно звонким голосом.

Срываются с места десятки воинов, кастуются заклинания на разрушения, рвут с места в карьер роги, а я все завороженно смотрю, как атакующие вдруг превращаются в отступающих. В глазах врага страх, перемешанный с растерянностью, некоторые еще пытаются сомкнуть ряды, но большинство бежит к кораблям, будто там есть спасение. Я прихожу в себя только когда рядом звенит чужой лук. Тео сейчас походит на Леголаса, выпуская новые стрелы, когда предыдущие еще не достигли цели.

Сразу примериваюсь Прицельным выстрелом в спину одного из беглецов и с удовольствием смотрю, как улучшенный наконечник пробивает броню.

Получен талант Бронебойность, уровень 12.

Активирую одновременно Ярость стрелка и Беглый огонь, и с некоторым неудовольствием отмечаю, что опаздываю. Тут собралась элита нашего Альянса, и враги погибают быстрее, чем могут сделать что-то дельное. Некоторые даже сопротивляться не успевают. Румпель кричит, чтобы били в первую очередь по неписям, но его приказ тонет в общем гвалте. Да и смысла особого не имеет, потому что достается всем подряд, не обращая внимания на происхождение и заслуги.

Наш отряд дальников постепенно выходит из укрытия. Противник отступает все дальше, и бой продолжается на кораблях. Как я и предполагал, отступление к дромонам ничего не дало, кроме небольшой задержки во времени. Хотя… мельком замечаю, что на дальних крупных судах поднимаются паруса. Скоро тут будет по-настоящему жарко.

— Стой тут! — Кричит Тео, видя, как я собираюсь рвануть дальше. В его голосе, всегда спокойном и нейтральном, теперь слышатся железные нотки. — Сами справятся.

И он прав. Звуки битвы на первом корабле постепенно стихают, а вот команда второго дромона еще пытается сопротивляться.

— Бармалей! — различаю я в общем шуме голос Навуходоносора. — Прочесать судно, все осадные орудия разрушить!

Сам кланлид присоединяется к штурму, а может быть и абордажу, не знаю уж, как называется захват корабля на суше.

Я опускаю лук, потому что помочь уже ничем не могу. Да и смысла особого нет. Борта дромона защищают укрывшихся там от дальних атак. Хотя судьба их все равно предрешена. У нас численное преимущество, не говоря про мастеровитость ближников. Меня толкает в бок Тео и показывает на дальний корабль, наверное, самый большой из всей флотилии. Тьма, черная как ночь, словно собираясь в единое целое, огромным сполохом понеслась над водой по направлению к берегу.

Гаррег материализовался в самой гуще событий, разрезав силы Альянса на две части. Гигантоподобный, раза в три выше самого рослого драмана, с несколькими подбородками, огромным, словно переспелый арбуз, животом, висящими боками и трясущимися щеками. Он схватил ближайшего к себе «Миротворца» и закинул в рот. Тело Бога на мгновение стало расплывчатым, затянутым мглой, и вот на песок падают скорбные останки поглощенного воина, а конечность уже тянется за новой добычей.

Я вытянул дрожащую руку, с трудом представляя, как должна сработать Ловушка для Перворожденного, но все получилось само собой. С пальцев сорвалась серебряная дымка, долетела до Гаррега и образовала соединенные между собой прутья. И правда клетка, самая обычная.

Крик ярости поверженного Бога заставил на мгновенье забыть обо всем суетном, что существовало в этом мире. Гаррег схватил своими пухлыми пальцами прутья и тщетно рванул их, глядя прямо на меня. От этого взгляда и женщины на седьмом месяце рожать могут, что уж говорить про меня. Язык прилип к небу, ноги стали ватными. Спасибо Тео, который ободряюще хлопнул по плечу. Да и остальные постепенно стали приходить в себя, вспомнив, что мероприятие по зачистке кораблей еще не закончено.

Воины оббегали заточенного Бога, со страхом косясь на него, и стремились к дальнему дромону, где уже поняли, что даже великий Перворожденный не поможет им выжить. Некоторые из нападающих даже прыгали в воду в попытке уплыть подальше от берега, где благополучно умирали под заклинаниями магов. Несколько минут, и звуки битвы затихли, теперь здесь были слышны только грозные вопли заточенного Бога.

Я, сопровождаемый Тео, Энжи и Хло, бросился к кораблям, где уже собрались в небольшой кружок кланлиды.

— Кирилл, на сколько ты его? — Стараясь не смотреть в сторону Гаррега, спросил Навуходоносор, как только я приблизился.

— Полчаса.

Этого ответа Олегу вполне хватает. Он делает руки рупором и кричит так, что его, наверное, слышат все звери в лесу.

— Воздух!

Трещат сухие сучья, шелестят, задеваемые о туловища петов листья и кричат, разбегаясь виверны. Одиннадцать игроков, доселе не принимавшие участие в бое, взмывают в небо. Именно на них сейчас обращены взгляды большинства воинов. Даже сам Гаррег, вдруг притихший, буравит наш летучий отряд своими заплывшими жиром глазами. Нортон что-то кричит и теперь группа распадается надвое. Со стороны кораблей в них уже летят стрелометы баллист, заклинания, по большей части молнии и ледяные стрелы, арбалетные болты и даже метательные топоры. Последние, понятно, не достигают цели, все же высота набрана хорошая, а вот одно из заклинаний сбивает виверну. Зверюга кричит, сбрасывает игрока и теперь они вместе падают вниз.

Но десятеро все же проходят над сгрудившейся в спешке погони флотилией. И теперь начинается самая потеха. Наши начинают сбрасывать «Дыхание Атронаха», убойное по силе зелье, мощнее которого разве что «Жидкий огонь». Большая часть колб летит мимо, бултыхается в море, но те, что находят цель, взрываются направленным огненным вихрем в десять-пятнадцать метров. Полыхают палубы, горит оснастка, съедаются рыжим петухом паруса, трещат от жара мачты.