Дмитрий Билик – Вторая столица (страница 38)

— Двух Темных, или двух Светлых. Или по одному из враждующих сторон.

— Или, скажем, пять слабых Темных. Пусть не той силы, что Огулис или Мерт. Но каждое низложение Перворожденного будет порождать…

— Хаос, — закончил я.

— Скорее увеличение самопроизвольно протекающего процесса. Того, что выходит за рамки равновесия.

— И тебя это не устраивает?

— Чтобы опять была куча неконтролируемых и враждующих между собой Богов? Нет, через это я уже проходил. Текущее положение меня более чем устраивает. Да, приходится мириться с существованием на земле Гаррега и Лока, но это лишь малая жертва.

— Но тогда ты не заинтересован и в том, чтобы Лок победил Гаррега.

— Почему? Мне по большому счету все равно, кто одержит верх. Я не заинтересован в том, чтобы кто-то из них был убит или низложен. Но если победит Гаррег, он не оставит Лока в живых.

— Убит? Я думал, что Бога нельзя окончательно убить.

Мне показалось, будто сияние, исходящее от него, чуть колыхнулось. И сам облик Тайнори дрогнул. Это что, я попал в яблочко, и Бог проговорился? Так, минуточку, получается, что можно убить любого из Перворожденных, включая Тайнори?

— У смертных и таоков нет оружия, чтобы убить Бога, — опять у него что-то с голосом, — так что ты не о том думаешь.

— А у кого есть?

— Ни у кого. Оно надежно спрятано.

Хм, ну Ключ тоже был надежно спрятан. Правда, я хотя бы примерно знал что искать, а тут оружие… Копье, меч, может, самострел какой? Вряд ли Тайнори мне поведает, если я попрошу. Ему, видите ли, не хотелось бы, чтобы кто-то из братьев умирал, гуманист хренов. А вот мне вообще по барабану.

— Ты так и не сказал, как нам одолеть Гаррега.

— Нападение — лучшая форма защиты.

— Ага, жизнь замечательных людей, Александр Македонский, том второй, — съязвил я.

— Мой Темный брат очень серьезный противник. В нападении ему нет равных, поэтому атаковать должен ты.

— Смешно. Учитывая, что за ним стоят серьезные боевые кланы. У него тупо больше сил.

— Больше, — согласился Тайнори.

— И ты предлагаешь мне нападать?

— Единственный способ ослабить того, кто не умеет защищаться, это напасть на него.

— И остаться без штанов. Совет года, не иначе.

— Я сказал, ты услышал. А теперь можешь идти.

— Эй, Тайнори, Тайнори, ты куда? — Я вглядывался в черноту, хрустя песком под ногами, но Серый Бог пропал, точно его тут и не было. — Ну здорово, а мне как отсюда выбраться?

Ответом послужил мощный толчок, будто из под ног выбили почву, и снова наступила темнота. Только уже другая. В этой слышались звуки, угадывалось движение и невероятно… смердело. Надо же, оказывается, я даже соскучился по этому запаху.

— Фуф, живой, а я уж думал, Навуходоносор меня прибьет, когда узнает.

Света по-прежнему было немного — Хло стоял рядом, но свой яркий шайтан-шарик не активировал — поэтому рожу человека перед собой я разглядел смутно. Правильные черты лица, прямой нос, в общем, стандартная игровая заготовка, как и у меня. Амуниция будь здоров, видно, что не первую неделю в игре, а на груди эмблема сломанного о щит меча. Так, ясно, почему он заикнулся о Навуходоносоре, парень из «Миротворцев».

— Ты кто?

— Петтан, — протянул он руку мне и одновременно с рукопожатием поднял на ноги. Хло проследил за этим движением с ревностным неодобрением.

— Это название какого-то извращения?

— Сокращенно от Петр Танов, — улыбнулся собеседник. Мне почему-то подумалось, что он не старше меня. Никакого логического обоснования этому не было, просто ощущение такое сложилось.

— Крил, он же Кирилл.

— Знаю, ты же у нас вроде рок-звезды, — нет, точно пацан.

— А как ты тут оказался? И где Лебух?

— Так Навуходоносор сказал за тобой присмотреть. Показалось ему, что ты вляпался во что-то, — при этих словах у меня разве что слезы не проступили. Ах, Олег, золотой души человек. — Ну и смотрел. Вы слонялись с неписью туда-сюда, потом в канализацию двинули, я следом. Да где-то не туда свернул, начал обратно возвращаться, а тут шум. Прибежал, твой, — указал на фейру, — лежит в бессознанке, тебя НПС в стену вжал, пришлось вступиться.

— Убил ты его, что ли?

— Да нет, он верткий, как угорь. Хотел своим телекинезом припечатать, да у меня пара заклинаний как раз для таких припасена. А там и непись твой в себя пришел, тогда он и дал деру.

— Его вообще-то Хло зовут, — покоробило меня его отношение к бодигарду, — давай-ка и мы будем выбираться.

— Хорошо, только за мной иди. Не дай Бог, этот недобиток где спрятался, очень у него магия нехорошая. А твой Хло, значит, позади.

На том и порешили. Двигались медленно, Петтан то и дело сверялся с картой, видимо, канализация была и для него в новинку. Но, слава яйцам, не встретили ни одной живой души, впрочем, как и мертвой. Уже выбравшись в Сточный переулок, Петр (хотя какой он Петр — Петя) немного постоял, явно выжидая нет ли здесь ловушки, а потом уже расслабленно кивнул нам. Пока мы выбирались, он что-то оживленно чиркал в своей книге.

— А что значит, магия нехорошая? — Брезгливо оглядывал я свою одежду. Хло, ничего не спросив, скастовал какую-то мощную струю воды, которой и ударил в меня. Было холодно, мокро, но все же перспектива благоухать и дальше меня не прельщала, так что лейся песня из брандспойта.

— Ты видел хоть одного мага здесь, кто бы пользовался телекинезом? — Терпеливо подождал Петтан, когда на мне не останется ни одной сухой нитки, и только тогда ответил вопросом на вопрос.

— Я вообще тут с магами не особо, лишь с парочкой, — кивнул я на фейру.

— Ну, есть такая фишечка. Что менталу и телекинезу обычным игрокам научиться нельзя. Для ментала надо быть одним из аристократов Верравии или заслужить титул, а для телекинеза состоять в «Черноликих».

— Быть просто так прохожим парнем чернокожим?

— Да нет, цвет кожи тут вообще ни при чем. «Черноликие» — гильдия убийц. Как ты понимаешь, довольно закрытая организация.

— Странно, что меня еще не заказали.

— А какой у тебя уровень?

— Пятьдесят первый.

— До девяностого можешь не париться. У них такое правило негласное, заказы на существо ниже девяностого левела не брать. Но вот кровника ты себе явно обеспечил.

Мда, уж что-то, а год на врагов выдался урожайным. Только-только с одним вроде все устаканил, другой появился. А Петтан продолжил подливать масло в огонь.

— Так что теперь ходи и оглядывайся. Лебух — драман непростой.

— Не пробовал написать книгу «Тысяча советов от капитана Очевидность»?

— Неа, у меня с писательством как-то не очень, сочинения в школе и то девчонок просил писать. А что у тебя вообще с Лебухом?

— Взаимное недопонимание, — сказал я. Не сказать чтобы «Миротворец» мне не нравился. Мне еще не посчастливилось зажраться до такой степени, чтобы хамить при каждом удобном случае своему спасителю. Но я учитывал пару важных факторов: этого парня знаю всего ничего, и в клане, по словам Олега, существует предатилиликус. Кстати, помянешь черта, вот и…

Навуходоносор появился в Сточном переулке в окружении пяти ближников. Самых-самых из тех, что были неподалеку. Кое-кого я знал, не по именам, естественно, а визуально, потому приветственно кивнул. А вот Олег был настроен не так благостно.

— Твою мать, Кирилл, ты что вытворяешь?!

— Да все нормально, просто тут произошел небольшой эксцесс.

— Я в курсе. Мне написали, — покосился он на Петтана. Олег решительно взял меня за локоть, отвел чуть подальше от своих (при этом косясь именно на моего спасителя) и уже сказал чуть тише и более спокойно, — рассказывай.

Даже рыпаться не стал. Знал, что дело бесполезное. Олег теперь, пока все не узнает, не отстанет. Куда деваться, начал повествование с Далии и ее «симпатии» к Лебуху, которая, как выяснилось, была взаимной.

— Твою за ногу, — удивленно сказал Навуходоносор, услышав полностью рассказ, — так выходит, он и вправду из «Черноликих».

— Почему «Черноликие»? Сажей мажутся?

— Маски на убийства надевают черные. Поэтому никто их опознать не может. Еще девиз у них: «Один есть все». Будем надеяться, что он из бывших… Хотя не знаю, существуют ли бывшие «Черноликие».

— Пойдем и проверим, раз уж сюда гвардию согнал. Тут ходу не больше двух минут.