Дмитрий Билик – Временщик (страница 8)

— Потому что у меня нет выбора. Два Игрока в одном доме, более того, в одном подъезде… — он замолчал, покачав головой, — если ты по глупости обратишь внимание на себя, то заметят и меня. Поэтому в наших общих интересах, в максимально короткие сроки превратить тебя в обычного, рядового Игрока. Который не удивляется пролетевшему дракону или применяющему колдовство магу. Другой вариант — переехать. Но я это жене не объясню. Да и ты вряд ли хочешь отсюда уезжать.

— А что если… если попросту убить меня?

— Против правил Отстойника. Тем более, я давно отошел от дел.

— Что за Отстойник? Я уже слышал это название.

— Ты завтракать будешь или мы уже пойдем?, — не ответил на вопрос Охотник.

— Пару бутербродов и готов.

— Буду ждать внизу.

К моменту, когда я закончил с гигиеническими процедурами и псевдозавтраком (потому что моя мама бы точно не засчитала два бутерброда с маслом за полноценный прием пищи) прошло минут десять. Выскочил на улицу, боясь, как бы Охотник не плюнул на меня и не ушел. Но нет, стоит, препирается о чем-то с профессором.

— Самое важное в жизни — путь духовного развития, — вещал Петр Сергеевич, — обретение цельности своих взглядов и устремлений с желаниями души. Тогда и только тогда возможно стать подобным Богу не только по образу, но и по содержанию.

— Блин, а жрать-то чего, пока эти, как их, цельности обретаешь? С голодухи так помрешь, блин, и все.

Вот по последним фразам я вдруг узнал дядю Колю. Будто не было никакого Охотника и мне все приснилось.

— О, блин, Серега, ты в магаз? Пойдем, мне тоже надо.

— Доброго дня, — жестом чуть приподнял шапочку-петушок профессор в ответ на мой кивок.

— Что самое смешное, а этот обыватель более чем прав, — вернулся привычный Охотник, как только мы отошли от подъезда, — он в двух предложениях описал идеальный путь Игрока.

— Стать Богом не по образу, а по содержанию?, — усмехнулся я, но собеседник не ответил. — Погодите, выходит, что Игроки могут стать Богами.

— Только они и могут стать, — коротко ответил он, — и упаси тебя Мироздание встретиться с одним из них. Хотя одну божественную вещицу ты уже приобрел.

— Это какую?

— Лик. Уникальный образ. Один и тот же Лик может принадлежать только одному Ищущему. Он как твое направление, его также можно развивать. Этот Лик уже был в Отстойнике, давно, около двух тысяч лет назад. Игрока тогда звали Йехова. Но после обретения Лика он взял себе имя Йешуа. Дел тогда натворил, конечно…

Я старался максимально быстро записывать всю информацию на подкорку. А когда Охотник замолчал, не открывал рот еще несколько секунд, в надежде услышать очередное откровение. И только когда понял, что больше собеседник ничего не скажет, спросил снова.

— А что за Отстойник?

— Так называют этот мир. Спрятанный на самой окраине Путей, где почти нет ничего ценного, где почти не идут войны. Отстойник.

— Не очень приятное название.

— Зато четко передает смысл. У Ищущих вообще все гораздо честнее. Вот только для того, чтобы стать им нужно колоссальное везение… Или невезение.

— Не понял.

— Как ты думаешь становятся Ищущим?

— Если я все правильно понял, надо убить Игрока.

— Правильно. Чаще всего один Ищущий убивает другого. Это как раз не редкость.

— А для чего?

— Как же… — мой простой вопрос, казалось, озадачил Охотника, — при убийстве игрока можно захватить заклинания, умения, очень редко Лик, поменять направление развития… Хабар опять же. Ну и все навыки в бою повышаются в два раза быстрее.

Я пожалел, что у меня не было с собой диктофона. Нет, не чтобы прийти в ФСБ и с видом городского сумасшедшего доказывать, что раскрыл мировой (в нашем случае межмировой) заговор. Просто боялся что-то пропустить.

— Получается, быть Игроком не очень безопасно.

— Это если очень мягко выражаться. Слушай дальше…

Мы уже дошли до дороги и теперь терпеливо ждали, когда появится возможность ее перейти.

— Во многих мирах на Ищущих охотятся обыватели. Простые смертные,что каким-то образом узнали о нас. Здесь все по-другому, но некоторых тоже судьба не обходит стороной, — с этими словами он посмотрел на меня, — и тут я не понимаю самого главного. Как? Ладно, если бы сбил Ищущего на машине. Но в бою. В равном. Может, конечно, сработала кровь твоего предка.

— В смысле?

— В зеркало на себя смотрел? Ты корл. Понятно, что полукровка. Но кровь корла намного сильнее человеческой, что на внешности и отразилось. Я когда первый раз тебя увидел, насторожился. Но оказалось, что ты обыватель. Межрасовые связи дело не редкое. Вот кто-то из твоих предков и согрешил с иномирцем.

— То есть, кто-то из моих бабушек или дедушек был Игроком?

— Да. Будет возможность, поспрашивай у родителей про безвести пропавших из своей прямой родни. Вот и будет ответ. Игрокам нельзя жить больше земной жизни на одном и том же месте. Одно из правил Стражи Отстойника.

— А что за пра…

— Пойдем скорее, — потащил меня за руку Охотник через дорогу. — Ну давай, показывай.

— Вон там, вроде… Ну темно было.

Мы спустились на дно котлована и я стал бродить мимо разбросанного мусора, распинывая его ногами. Очень интересное занятие — искать вчерашний день. По захрустевшими под ботинками рожкам определил примерное место, где произошла драка. Вот только толку то? Выпавший снег хорошенько все припорошил, скрыв даже следы крови.

— Нет тут ничего.

— Вон там, — ответил Охотник, ткнув пальцем.

Я проследил за его движением, ничего. Но Ищущий не стал дожидаться моего ответа. Он сам подошел к небольшому холмику и стал его раскапывать. Остановившись, сосед извлек небольшой кожаный мешочек. Ослабил завязки на нем, понюхал и довольно кивнул.

— Пыль. Держи.

Я поймал неожиданно свалившийся на мою голову лут. Повторил действие Охотника. Пахло странно — корицей, шоколадом и ванилью.

— Только нюхать ее не начни. Наркомана мне под боком не хватало.

Я мгновенно отдернул крохотный мешочек от носа. Затянул тесемки и несколько раз поднял мошну, пытаясь угадать вес.

— Интересно. Я знаю сколько именно там пыли. Шестьдесят восемь грамм.

— Ничего странного. Это твоя добыча, твои деньги, поэтому и счет им знаешь, — ответил Охотник, — убери получше. Тут не много, но бывает за десять грамм пыли ограбить могут… Странно.

— Что именно?

— Ищущий без зачарованной одежды, без оружия. Голышом, с небольшой горсткой денег. И его убил обыватель. Голыми руками.

— Может он оказался не таким уж сильным?

— Ищущий, способный самостоятельно перемещаться между мирами, способный откатывать время и имеющий за спиной Лик Спасителя? Не смеши меня. С другой стороны… — Охотник задумчиво почесал голову. — После перехода в другой мир Выносливость, Мана и Заряд падают до нуля. А для того, чтобы надеть Лик могло не оказаться положительной кармы. Хотя все равно это притянуто за уши.

— Какая разница? Надо работать с тем, что есть.

— В твоих словах есть доля правды. Ладно, раз здесь больше ничего нет… — он обвел взглядом дно котлована. И мне показалось, что он не просто разглядывает запорошенный снегом мусор, — надо ехать.

— Куда?

— Прикупиться. Сделать тебя хоть немного похожим на настоящего Ищущего. Тем более пыль у тебя теперь есть.

Глава 5.

Иногда каждый из нас размышлял над теорией, что родись он в другом теле и не будь связан с родственниками кровными узами, то, наверное, не общался  с ними. Еще Тургенев поднимал вопрос о взаимоотношении отцов и детей, о зашоренности одних и нежелании понимать старшее поколение других. Вот и я не был исключением.

Все моё общение с отцом строилось таким образом. Я пытался доказать, что могу жить без его помощи. Он — что его сын великовозрастный придурок, который не понимает элементарных вещей. И разумеется, никто никому не хотел уступать. Логичным следствием таких отношений стало дистанцирование. У него отсутствовали рычаги влияния на меня, и моего властного папашу данный факт невероятно бесил. А я со временем понял, что чего бы ни достиг в жизни, для отца это будет не тем, что он хотел видеть. Так и жили.

Редкие встречи все же происходили. Раз в месяц или около того мама собирала всю нашу семью и мы играли роль счастливых и довольных отпрысков. И так до следующего раза. И, судя по входящему, время пришло.

— Хорошо, мам, хорошо. Вечером, в шесть. Я запомнил… Не могу разговаривать, я в автобусе… По делам еду, все, пока.

Как всегда маме хотелось знать все, что происходит в жизни сына. Впрочем, судя по греющему уши Охотнику, ему тоже.