Дмитрий Билик – Временщик. Книга 1 (страница 8)
И, что самое важное, все было своего рода кликабельно. Можно навести на любой компонент и посмотреть полную информацию. К примеру,
Ну-ка, ну-ка.
Теперь все встало на свои места. Кстати, та самая золотистая полоса – количество зарядов для отката времени. С остальным… с остальным надо будет разбираться по ходу.
Я открыл глаза и будто взглянул на свою старую комнату по-новому. Так бывает, когда возвращаешься из долгого путешествия в родные пенаты. Только меня не было каких-то несколько секунд. Или…
Неважно. Если следовать логике, сейчас маны хватает для создания заклинания. Надо хоть посмотреть, что это за фрукт такой и что с этим можно делать. Справа от меня всплыла иконка. Глазами переместил ее в самый край и активировал. Так. Рука сама собой вытянулась ладонью вперед, после чего вспыхнула, как шестидесятиваттная лампочка, хотя температура тела не изменилась.
Ровно через минуту заклинание прекратилось, и я еще какое-то время стоял на том же месте, привыкая к полумраку. Заклятье, или заклинание, черт разберет, как правильно, у меня, конечно, бомба. Можно с понтом и криком «Всем выйти из сумрака!» гопников в темных подворотнях пугать. Или устроиться на местную электростанцию с графиком две минуты в час. Хотя надо еще смотреть, как быстро восстанавливается мана. В общем и целом, выходило, все не так круто, как поначалу думалось.
Единственный плюс – если прокачать это заклинание, то можно поднять уровень. Не знаю уж, сколько единиц надо поднять. Но будем пробовать. Активировал
Ничего себе! Я с моими –90 молча курю в углу. Необходимо в ближайшее время размещать на сайте услуг тендер на перевод бабушек через оживленные магистрали. Или думать, как еще выйти в плюс. Сдается мне, тут за любое мало-мальски значимое дело будут давать поощрение. Надо лишь понять, что это за самое «значимое» для Игры. Да уж, тысяча очков – это ж каким святошей надо быть?
Остальной вечер я провел за чтением своей внутренней литературы. Точнее, того, что выдала мне Система, или Игра. Не знаю, как назвать данный гайд правильно. Заодно экономил на электричестве, используя
Бывает, что ты просыпаешься за несколько секунд до будильника безо всякой видимой причины. Так случилось и сегодня, вот только сейчас моим раздражителем стал стук в дверь. Я разлепил глаза, осматривая знакомую комнату, хотя не до конца понимал, что именно заставило меня проснуться. И только когда в дверь несколько раз легонько ударили костяшками пальцев, вскочил на ноги. Время восемь. Я обычно даже на работу только через полчаса встаю. Хотя догадываюсь, кто это может быть.
Интуиция не обманула. На пороге стоял Охотник дядя Коля, свежевыбритый и вообще бодрый, что на моем фоне выглядело почти как издевательство. Более того, он пришел не с пустыми руками.
– Пустишь, или будем на пороге стоять?
– Да, конечно, входите.
Я умчался в комнату натягивать джинсы и футболку, а когда вернулся, Охотник сидел на кухне. На плите грелся чайник, на столе лежал нож в ножнах. И рядом с ним – простое закрывающееся зеркальце, которое обычно используют для боевого макияжа женщины.
– Правша? – только и спросил сосед.
– Да.
В руках Охотника с ловкостью фокусника появились тонкие ремни. Он перекинул их через мое левое плечо, стянул, после чего прикрепил к ним ножны так, что рукоять смотрела вниз.
– Вытащи.
Я послушался. Нож был тяжелый, большой, клинок сантиметров двадцать, если не больше. С ним ощущалась некая сила.
А где там инфа об уроне, весе и каждой щербинке на лезвии, как во всех рпгшках? Непорядок.
– Советую носить именно таким образом. Обращаться умеешь?
– Если только колбасу к коньяку покрошить, – пошутил я. Но, заметив серьезное лицо Охотника, добавил: – Нет, не умею.
– Тогда без нужды не вытаскивай. Но пусть будет. Игрок без оружия – как голый мужик в женской бане. Чувствует себя не в своей тарелке.
– Ну, а стопорнут меня в метро или на улице? Как мне это им объяснить?
– Не остановят. Оружие зачарованное. Видят его только Игроки. Для обывателей оно недоступно. Даже ощупывать начнут – ничего найдут. Перед ними предстанет лишь худой молодой человек. Вот для этого тебе и нужно зеркало.
– У меня есть, в ванной.
– Это другое. У меня старое, истинное, на основе серебра. Посмотри в него.
Я послушно нажал на кнопку и раскрыл миниатюрное зеркальце. И, как бы сказали лет сто назад, об… омлел. На меня смотрел тот самый человек, к которому я привык с детства и который исчез позавчера. Добродушный и худющий до невозможности Сережка Дементьев. И, кстати, дядя Коля, то есть Охотник, оказался прав. На плече не было никакого ножа. Мне для убедительности даже пришлось потрогать. Странно, чувствую, но не вижу.
– Серебро в какой-то степени блокирует способности, – объяснил Охотник, – поэтому через такие зеркала ты видишь себя таким, каков ты для остальных обывателей. Можешь взглянуть на привычные для Игроков вещи с другой стороны.
– Серебро, – усмехнулся я, – прям как против вампиров.
– Их серебро не убивает, – серьезно ответил собеседник, – глупые сказки кинематографистов, только если голову отрубить…
Значит, тут еще и вампиры бывают? Такое себе заявление. Ходи теперь мимо темных подворотен, оглядывайся. Однако интересовало меня совершенно другое.
– Почему вы мне помогаете? – посмотрел я на Охотника.
– Потому что у меня нет выбора. Два Игрока в одном доме, более того, в одном подъезде… – он замолчал, отведя взгляд и покачав головой. – Если ты по глупости обратишь внимание на себя, то заметят и меня. Поэтому в наших общих интересах в максимально короткие сроки превратить тебя в обычного, рядового Игрока. Который не удивляется пролетевшему порту или применяющему колдовство магу. Другой вариант – переехать. Но я это жене не объясню. Да и ты вряд ли хочешь отсюда уезжать.
– А что если… если попросту убить меня?
– Против правил Отстойника. Не скажу, что я законник до мозга костей, но излишней кровожадностью не страдаю. Да и в былые времена я не убивал Игроков только лишь ради собственного комфорта.
– Что за Отстойник? Я уже слышал это название.
– Ты завтракать будешь или мы пойдем? – не ответил на вопрос Охотник.
– Пару бутербродов – и готов.
– Буду ждать внизу.
К моменту, когда я закончил с гигиеническими процедурами и псевдозавтраком (потому что моя мама бы точно не засчитала два бутерброда с маслом за полноценный прием пищи), прошло минут десять. Выскочил на улицу, боясь, как бы Охотник не плюнул на меня и не ушел. Но нет, стоит, препирается о чем-то с профессором. Точнее как препирается – интеллигенция давит интеллектом, а пролетариат вяло отбивается.
– Самое важное в жизни – путь духовного развития, – вещал Петр Сергеевич, – обретение цельности своих взглядов и устремлений с желаниями души. Тогда и только тогда возможно стать подобным Богу не только по образу, но и по содержанию.
– Блин, а жрать-то чего, пока эти, как их, цельности обретаешь? С голодухи так помрешь, блин, и все.
Вот по последним фразам я вдруг узнал дядю Колю. Будто не было никакого Охотника и мне все приснилось. Вот, оказывается, кто у нас актер без «Оскара». Так что, без обид, Ди Каприо, твою статуэтку мы все же отберем в пользу наиболее нуждающегося.