Дмитрий Билик – Верравия. Сумеречный пет (страница 12)
– Что там было? – испуганно спросил десятник. Заметив, что я не понимаю, о чем он, продолжил: – Там так полыхнуло…
Понятное дело, отсюда выглядело, скорее всего, как световая граната. Надо будет прояснить еще этот вопрос.
– А, просто Отец решил помочь своему посланнику, только и всего.
Судя по благоговейному взгляду воинов и отсутствию прокачки Остроумия, они поверили. Надо будет поменьше шутить на божественные темы, а то добром это точно не кончится. Хорошо, поменяем тему, надо закрывать эти изумленные рты.
– Ребят, давайте обратно к воротам. Скоро внутри такое начнется…
***
Голова привычно закружилась, как и каждый раз после снятия шлема. Наверное, к этому никогда не привыкнешь. Олег посмотрел на KB-039 – последнюю модель погружения в виртреальность – черный, глянцевый, со множеством проводов, подсоединенных к блоку. Отодрал силиконовые присоски с тела, фиксирующие его жизнедеятельность, снял резиновые кольца с пальцев, к которым были подсоединены десятки электродов, и с удовольствием потянулся. Затрещали суставы, в приятной истоме вытянулись мышцы.
– Хозяин дома! Завтрак! – крикнул он чуть осипшим голосом.
«Умный дом» тут же среагировал. Загудел, раскаляясь на плите, маленький литровый чайник; зашипели на разогретой сковороде яйца; зашуршал, подбирая скорлупу, крохотный полуметровый робот. Хорошая система, немало денег Олег за нее выложил. Неидеальная, впрочем, как и вся жизнь, но довольно неплохая.
Вставать все же пришлось. Механическая рука жарила яичницу довольно странно: с жидким желтком, как ему нравилось. Но едва доходило до соления, включался режим чересчур влюбленной жены. Поэтому еще два месяца назад Олег решил, что эту маленькую функцию вполне может выполнять сам.
– Получено одно новое сообщение, – компьютер моментально среагировал, как только он поднялся на ноги.
– Прослушать, – мужчина посмотрел на свое лицо в зеркало: опять слишком опухло, надо уменьшить количество времени, проводимое в вирте. И пошлепал на кухню.
– Провожу декодировку сообщения… «Олег, добрый день, это Виктор».
Стрельцов невольно вздрогнул, и от солонки отлетела крышка, засыпав «белой смертью» всю яичницу. Нечасто ему набирал Тень.
– «Вы понимаете, я бы не побеспокоил вас по пустякам. Но обстоятельства так сложились. Хочу сказать, что сегодня о вас наводили справки. О вас лично и о вашей организации. К моему сообщению прикреплен документ со всей необходимой информацией. Сами решайте, как ею распоряжаться. Всего доброго».
Олег смахнул в мусорный пакет испорченную яичницу. Завтрак откладывается на неопределенное время. Вместо этого он сел за компьютер и уставился на незнакомое неприятное лицо. Вернее, физиономия была самая обычная, можно сказать, рязанская – короткие светлые волосы ежиком, пухлые щеки, нос картошкой. Казалось, заурядный работяга. Но вот глаза… Колючие зенки матерого волка, потрепанного жизнью.
Так вот откуда ноги растут. Олег почесал затылок и открыл вложения, дополняющие файл. Ясное дело, на Прядкина тут ничего нет. Инфу собирать надо аккуратно, не с бухты-барахты, в противном случае светанешься, как Ежов. Но Тень поработал на славу: адреса родителей Павла Константиновича, взаимоотношения с окружающими, даже садистские сексуальные наклонности. Стрельцов боялся представить, как это все выясняли, причем за такой короткий срок (пакет пришел еще вчера).
Чайник кипел около двух минут, свистя и отплевываясь кипятком, прежде чем Олег снял его с плиты. Стрельцов самостоятельно, не надеясь на мехруку, разогрел сковороду заново, достал из холодильника три яйца, разбил их и принялся смотреть, как шкворчит тонкий слой белка на эмалированном покрытии. Настроение у него было благодушным. Со службы в армии он запомнил одну довольно простую, но вместе с тем важную мудрость: предупрежден – значит вооружен. И теперь Олег не собирался упускать своего явного преимущества. Дело оставалось за малым – первым нанести удар.
Камни врат и сержант гно
Мою проворную и жилистую тушку несколько рядовых воинов перехватили еще на подходе ко дворцу. Немного помяв, на минуточку, посланника Отца, они дождались грозной Эу с всклокоченными волосами.
– Ты где шляешься? – она ткнула меня в бок с такой силой, что я потерял несколько единиц здоровья.
– Мертвяков бил. А что такое?
– Что такое? – Прыг-скок теряла последнее самообладание. – А это что? – Она ткнула мне под нос знакомую записку.
– Предупреждение. Там же все написано. Вы чего, не подготовились?
– Кто так предупреждает? – Эу уже не говорила, а шипела. Держу пари, надень ей сейчас Распределяющую шляпу, то та крикнет: «Слизерин». – Откуда я знаю, что это не дурацкая шутка?
– За кого ты меня принимаешь? – я попытался обидеться. – За что купил, за то и продаю. Давай быстрее к королю, надо всех на ноги поднимать.
– Стой где стоишь, – Эу начала остывать. – Во-первых, мы не знаем, кто именно участвует в заговоре. Во-вторых, наши люди уже на местах.
– Наши? – поинтересовался я.
– Пять сотен закаленных бойцов. Люди Грагла, Балбора, Райага, Илти и мои. Четыре сотника, в ком я полностью уверена. В-третьих… Я не хочу об этом думать, но в заговоре может быть замешан кто-то из тысячников.
Наш разговор прервал пожилой гно-десятник с седой бородой и обвисшими щеками:
– Госпожа, все как вы и говорили. На верхней пожарной башне стояла баллиста и несколько гно в охранении.
– Люди Айли? – Эу сурово сдвинула брови.
– Да.
– Вас никто не заметил?
– Нет, мы действовали, как вы и велели. Сняли доспехи, тихонько прокрались наверх и скрутили этих выродков. Четверо стражников и один из жителей.
– Дай угадаю, – вмешался я. – Такой маленький, с седой бородой и черными усами.
Гно недоуменно глянул на меня – мол, чего суешься, не видишь, разговариваем, – но, получив одобрительный кивок от Прыг-скок, ответил:
– Да, он.
– Хорошо, – сказала Прыг-скок. – Займите позицию, и, как только начнется заваруха, открывайте огонь из баллисты по врагам.
Десятник кивнул и почесал обратно, смешно раскидывая ноги. Каракатица беременная, как бы выразился Горилла.
– И что теперь делать?
– Ждать, – ответила Эу.
Она повела меня на одну из торговых площадей и стала показывать тактическую схему, стреляя глазами в нужные направления.
– Люди Айли заняли проход к лестнице, ведущей ко дворцу. Илти и Грагл сейчас во дворце, делают вид, что пришли с официальными отчетами. Как только начнется мятеж, встанут на защиту короля.
– Погоди, погоди. Если я правильно понял, вся сотня Айли ломанется во дворец, который защищают два гно?
– Они не просто гно, они сотники. И им не надо будет защищать дворец, достаточно будет продержаться до подхода их людей, которые сейчас у подножия.
– А что оставшиеся две сотни?
– Охраняют центральную площадь перед лестницей и не дают мятежникам прорваться наверх. Как только протрубит рог короля, все сотники с войсками придут к нам на помощь.
Я осмотрелся. Все-таки Эу оказалась довольно смышленой девчонкой. У нее было полдня в запасе, и она потратила их с пользой. Вместо двух сотен сверкающих броней и привлекающих внимание солдат тут и там бродили нищие оборванные гно, изредка прикладывая руку к рубищу у ноги, где, судя по всему, пряталось оружие. Все окрестные кабаки были забиты спокойными, малопьющими и вяло переговаривающимися «жителями». За все время промелькнуло не больше трех десятников, но, как объяснила Эу, было бы странно, если бы они совсем отсутствовали.
Мы – я, Эу и два десятка воинов – расположились поодаль от основной улицы, вжавшись в небольшой тупичок. Гно тут проходили редко и быстро, с опаской всматриваясь в темный зев закутка, что нам было исключительно на руку. Единственным, кто подошел ближе и тут же отхватил по голове, был наш старый знакомый – Барбадух Ветрогон.
– Чего дерешься? – сморщился он, потирая ушибленный затылок.
Клянусь Локом, я бы после такого удара даже не встал, а этот ничего.
– Ты что здесь забыл? – Эу снова превратилась в змею.
– Пришел тебе помочь.
Барбадух поднялся. Наплечников на нем не было, но он все равно выделялся статью и мощным торсом. Да уж, с таким же успехом можно было сделать транспарант «Охотники на мятежников» и встать на главной улице.
– А кто тебя просил? И где твой десяток?
– Здесь, – Барбадух довольно ухмыльнулся, после чего вышел в переулок и махнул рукой.
К нему тут же метнулись низенькие коренастые тени, на фоне Ветрогона выглядевшие маленькими детьми подле отца. Вместе они вдавили нас поглубже в тупик, отчего стало практически невозможно не то что стоять, но даже дышать. Барбадух довольно улыбался, а воины Эу тихо переругивались с вновь прибывшими.