Дмитрий Билик – Верравия. Ключ Отца (страница 9)
Посмотрел я на это добро и вдруг пожалел, что отдал эдегарский щит обратно. Брони легкое шмотье особо не давало. Конечно, можно было нацепить тяжелый доспех, тем более вон он лежит:
Если уж шлем весит пятнадцать килограммов, сколько же тогда нагрудник? Ладно, будем развиваться в сторону Уклонения, чтобы никто не проверил, какая у нас там степень брони. Тем более я тут увидел загадочные таланты, которые у меня еще не открыты: Скрытность и Стяжательство. Зуб даю, без моей любимой Ловкости тут не обошлось.
– Так-с, Бройлег…
(Вот еще одна странность: обычно у меня на имена память примерно такая же, как у коровы – способности к начертательной геометрии, но как звали фейру, я запомнил.)
– …Будь добр, мне кожаный жилет Гонца, одну штуку; портки великолепного Гройке, долгих лет ему жизни, кем бы он ни был; крепкие сапоги Преступника; малые перчат… Хотя погоди. Мне же еще оружие надо. Тогда так: пока жилет, сапоги и штаны. А там посмотрим.
Это я вовремя тормознул. Покупка обошлась почти в восемь золотых. А мне ведь надо вместо меча, который без щита теперь ни к чему, приобрести лук. Так, у меня остался золотой и четырнадцать монет серебром. Негусто.
– Слушай, Бройлег. А что ты можешь мне предложить за этот великолепный и уникальный в своем роде меч?
И ничего я не врун. Меч действительно уникальный в своем роде. Лично у меня только один такой.
– Ну, придется немного доплатить, впрочем, смотри.
Крутье! Только я быстро сообразил, что на эти радости жизни моих оставшихся денег не хватает. Поторопился с одежкой.
– Бройлег, а есть что попроще?
Если вы хотите увидеть, как можно упасть в глазах негуманоидной расы раз и навсегда, то признайтесь фейре в своей платежной несостоятельности. Бройлег ничего не сказал, но фиолетовые глаза источали презрение.
М-да… Плюхнули мордой в навоз, но делать нечего.
– Обмен? – с улыбкой счастливого идиота спросил я.
– С тебя еще пятьдесят монет серебром.
– Дорогой Бройлег, у меня только двадцать.
– Есть, я видел…
– Бройлегушечка, то не мои деньги, а сводного брата сестры моей матери по отцовской линии. Одолжил на один день, теперь спешу вернуть. Ты же понимаешь, с родней нельзя портить отношения.
– Ладно, по рукам.
Вот и славненько. Говорят, нельзя и рыбку съесть, и сковородку не помыть. Что ж, я буду очень к этому стремиться.
Обновки надел прямо при фейре, все равно ниже падать уже некуда. Итак…