Дмитрий Билик – Сумеречный пет (страница 32)
– Минутку, если синоптиков всего восемь, то и сфер должно быть столько же, а у меня только шариков с молниями три.
– У синоптиков были свои ученики, у кого-то больше, у кого-то меньше, у некоторых никого. Больше всего последователей было у Бартолуса Громовержца и Атоции Пышущей. Я и сама когда-то ходила в воспитанницах у Атоции… А вот с Тлайтли Недротряской и Зубайтом Булькающим будут проблемы.
– Какие, кроме их чудовищных имен?
Вот и пригодился в кой-то веки мой язык без костей. Королева омов, между тем, перестала улыбаться и вполне серьезно ответила.
– Учеников у них не было, друзей тоже. Тлайтли считала, что ее знания слишком опасны для окружающих. С Зубайтом же все иначе. Он был тем еще параноиком: думал, что каждый второй хочет его убить или выпытать тайны водной стихии.
– А вы уверены, что они умерли? Может, пара синоптиков-отшельников скрылась в каком-нибудь закутке?
– Даже если так, с тех пор прошло много лет, надежды практически никакой. Тем более синоптики были боевыми магами и находились ближе других к Средоточию. Боюсь, ты еще встретишь их, вернее, то, во что они превратились.
По коже пробежал холодок. Я и так повышенной некрофилией не обладал, а тут еще выяснилось, что где-то вблизи Средоточия бродят такие колдуны, по сравнению с которыми высшие личи лишь слепые котята. А в моем отряде лишь храбрый до глупости танк да арбалетчик себе на уме. Мантикора не в счет, молодая пока да ранняя, много не навоюет. Ей бы уровней двадцать хотя бы, чувствую, что на моем левеле пет станет однозначно круче меня. К гадалке не ходи.
Впрочем, я тут же мысленно пришил к носу пуговицу, чтобы удобнее застегивать раскатывающуюся губу. Если бы да кабы, да во рту росли грибы, то был бы и не рот, а целый огород. Надо работать с тем, что есть, а не ждать, что на голову свалится избавление от всех бед. Хотя признаюсь, было бы неплохо.
– Еще один вопрос, Ваше Величество, – я подобрался к самому важному. Скажи сейчас Намберту «да», то я ломанулся бы в нужную сторону, не разбирая пути, наплевав на все оставленные квесты, лишь бы вырваться отсюда. – А от вас случайно нет выхода на поверхность?
– Есть, – ответила королева и тут же поправилась. – Был.
– И что с ним стало? – Я еще не терял надежды.
– Мы обрушили свод, чтобы засыпать его. После того, как оттуда пришел маг.
Финита ля комедия. Это ж каким невероятным везением надо обладать, чтобы застрять два раза: сначала в игре, а потом и в этой локации. Утопленникам так не фартит.
– А есть ли еще выходы на поверхность?
– Есть, – кивнула Намберту. – У Средоточия. Я могу показать.
Она вытащила разукрашенный драгоценными картами фолиант и протянула мне. Я по дурости своей чуть не схватил книгу, только потом поняв смысл ее жеста. Достал свой пухлый походный журнал и приложил его к сборнику палимпсестов, свидетельствующих о жизни королевы. Тут же открыл последние страницы с картой и начал изучать.
Намберту то ли пожадничала, то ли поосторожничала, но открыла только сам выход, обозначенный «Вратами Отца», что ж, тащатся тут от здоровенных мужиков с божественной силой, ничего не попишешь. По поводу «у Средоточия» это королева погорячилась. Там еще порядочно добираться. А как я понял, самая движуха в центре. Надо срочно усиливаться.
– Ваше величество, а что за маг?
– Очень коварный и опасный противник. Не скажу, что сильный, но, несомненно, умный. Обезвредил четверых моих стражниц. Мы не могли допустить, чтобы такие же, как он, пришли сверху.
– А можно его увидеть?
– Можно, сейчас он не представляет опасности. Волшебник содержится в Забанааке, магической тюрьме.
– Тогда благодарю за уделенное время, – я расшаркался и даже поклонился. А чего, с меня не убудет. Тем более при всем уважении к Крепкорукому, но общаться с Намберту в разы приятнее, чем с Дриином.
– Флавель, сопроводи Крила в тюрьму, – Огнебокая обнажила свои жемчужные зубы в улыбке, – исключительно в роли гостя, конечно.
– Я сама, – встряла Линк, отодвигая нахмурившуюся омиху-блондинку вполне аппетитной внешности, – нечего давать серьезные поручения вертихвосткам.
Жаль, блондинка мне понравилась, но вступать в конфронтацию с пожилой Линк, которой даже Намберту слова против не говорила, не хотелось. Еще раз поклонился и отправился в противоположную от входа сторону. Рассеянная шагала по лестнице и покачивалась, как пьяница, познавший всю суетность бытия и бежавший за дополнительными пятьюдесятью граммами истины. Да, тяжело давались им сильные заклинания.
– Можно было бы реанимировать лифт. Прицепить лебедку, трос…
– Механизмы, – презрительно скривила губы Линк. – Оставь эту ерунду гно. Это они любят всякое такое. Мы маги и не запятнаем свое имя подобной ерундой.
Ну надо же, а омы мне только начали нравиться. Нашлись тоже белоручки. Я сам, конечно, не пролетарий с мозолистыми ладонями, но к физическому труду относился с уважением, всегда приятно наблюдать за работой мастеров своего дела. А всевозможные конструкции, механизмы и точные приборы были для меня примерно тем же самым, чем для ацтеков ружья в руках прибывших на их континент испанцев.
С другой стороны, не буду судить о всей народности омов по одному, явно не самому приятному представителю. Как я заметил, Линк не жалуют ее же сородичи за слишком острый язык и огромное желание влезть без мыла куда ее не просят. Видал я таких, из разряда «хочешь сделать хорошо, сделай сам». Только часто они бестолково бегают, хватаются за все подряд и лишь всем мешают.
– Сюда, – махнула рукой Линк, уводя меня под пирамиду.
Нас на короткое время обступила тьма, которая скоро рассеялась и представила моему взгляду дивную картину. В центре высокой, метров в двадцать высотой, залы, по периметру располагались омы, в очередной раз заметил, что мужчин всего несколько, остальные все женщины. Эх, был бы я гномом… Стражники и стражницы стояли перед неподвижным мыльным пузырем, диметром метров в десять, источающим знакомый синий цвет. А внутри него сидело существо.
– И это знаменитая тюрьма? – разочаровался я, т.юбыча пальцем в пузырь.
– Забанаак переменчив, как намерения мужчины жениться после овладения женщиной, – недобро ответила Линк. – Для нейтрализации этого мага достаточно именно такого Забанаака, если ему понадобится стать больше, он станет.
– Ага, тюрьма с искусственным интеллектом в режиме экономии энергии, – понял я. – Ну, пойдем посмотрим вашего коварного мага, что отрезал мне путь наверх.
Мы спустились вниз, прошли мимо расступившейся стражи – все же коротышки, завернутые в простыни, на фоне бронированных бойцов Дриина выглядели забавно – и встали перед пузырем. Я заметил слабую рябь на его поверхности, тюрьма почувствовала меня? Не бойся, Маша, я Дубровский, в смысле, никакой не маг и колдовать не умею. А божественные скиллы не в счет.
Теперь настала пора разглядеть пленника. Признаться, пузырь заметно мешал. Создавалось ощущение, что смотришь ярким солнечным днем в окно, но благодаря небольшому волнению, удавалось разглядеть кое-что. Итак: крохотная согбенная фигура, вытянутые уши, огромные глазища и когтистые руки-лапы. От неожиданности у меня сам собой открылся рот, и только постояв несколько секунд, как парализованный идиот, я смог выдавить из себя.
– Хло, ты как здесь оказался?
Гномы
Битый час мне понадобился, чтобы объяснить Намберту, что пойманный ими фейра никак не соответствует образу злого колдуна, целью жизни которого является разрушение Шальта. А его партизанское молчание при допросах лишь психологическая особенность. Мне Хло тоже про жизнь свою не рассказывал.
Но вода камень точит, а мое упрямство вкупе с искренним желанием освободить друга могло пробить даже гору. В конце концов, к огромному неудовольствию Линк, Намберту позволила освободить Хло с месячным испытательным сроком, что называется, до первого залета. Если по истечении назначенного срока «условки» фейра будет вести себя достойно и не нарушать законы, то ему разрешат свободно посещать Шальт в любое время и даже снимать тут комнату. А я в результате получил забавную профессию Юрист, с квалификацией Адвокат. Полистал книгу и так и сяк, но никаких подробностей не нашел. Ничего, название красивое, можно будет даже в резюме включить.
Как только пузырь Забанаака погас, Хло со скоростью реактивного истребителя метнулся ко мне, обняв своими худыми ручками.
– Хозяин…
– Ну ладно, чего ты, будто сто лет не виделись. Говори толком, как тут оказался?
В прошлый раз Хло общаться не согласился, лишь злобно посматривал на Линк, присоединяясь к многочисленному фан-клубу ее недоброжелателей. Впрочем, это меня даже не удивляло. А вот теперь, когда старуха осталась наверху и рядом была лишь симпатичная Флавель, фейра оказался более разговорчив.
– Сначала хозяин пропал… Потом появился, очень далеко. Я почувствовал. Сначала бежал, потом шел, снова бежал, плыл, шел по пескам и оказался здесь. Потом пришел хозяин.
Да уж, исчерпывающее объяснение. Наводящими вопросами я выяснил, что битву в Ущелье наш альянс выиграл. Правда, ни к чему конкретному это не привело. Нашли небольшое количество редких и уникальных артефактов в комнатах, в которые попали из зала Тритона, но на этом все. Не знаю, как уж там объяснялся и оправдывался Навуходоносор, но не сомневаюсь, что у него все вышло лучшим образом.