Дмитрий Билик – Кварталы (страница 43)

Я со всей силы ударил ладонями по земле. Наверное еще никогда Шустрые побеги не оправдывали свое название. Они понеслись подобно дельфинам по волнам. Быстро, очень быстро. С такой скоростью не работали даже лианы. Либо я поднаторел в использовании способности, либо сейчас оказался предельно замотивирован. Хотя, как по-другому, когда члену твоей группы угрожает смертельная опасность?

Побег вырвался наружу и опутал щиколотку костяного рыцаря, когда тот оказался всего в каких-то трех метрах от Психа. Наверное, я слишком увлекся скоростью способности, позабыв о прочности растения. Потому что Кость вырвался из силков, пусть и не без труда.

Со стороны это выглядело так, будто он на мгновение споткнулся. Жалко, не упал, как тот же Рой. Вот только следом Кость выпрямился и повернул голову к колючему обидчику. И мне этот взгляд очень не понравился. Обычно так смотрят на человека, которого собираются долго бить. Возможно даже ногами и по голове.

Вот только пока Кость замер между двух огней, явно раздумывая, с кого бы начать, мимо, с громким пыхтением, проехал локомотив. Ну, так мне показалось. Потому что только подвижной состав может снести с места такую костяную дуру. Это на поверку потом выяснилось, что роль поезда сыграла заслуженная артистка РСФСР Гром-бабовна.

Кость приложился своей бронированной головой о стену дома. Ну, как приложился. Немного повредил стену. А Гром-баба продолжала дубасить белую костяную бошку. И на ударе шестом или седьмом, я уже даже считать перестал, лидер людоедов обмяк и вывалился из боевой трансформации.

Ну да, тот же удар перчаткой через блок все равно ощущается. Это вам любой боксер-профессионал скажет. А тут у нас ударник покруче Майка Тайсона. Да, с техникой беда, зато бабьей удали и желания хоть отбавляй. Я вообще удивлен, что Кость сразу в нокдаун не отправился. Как выяснилось, лидер людоедов оказался самым опасным противником.

Стоило мне об этом подумать, как судьба решила вновь доказать, что я жестоко ошибался. Разлетелось на осколки подъездное окно и темная тень выпущенной стрелой молниеносно понеслась к земле. Я даже понять не успел, как голый человек перекатился, чтобы не повредить суставы, и тут же оказался на ногах.

Короткого взгляда мне хватило, чтобы в душу закралась черная, как ночь в Городе, зависть. Казалось, с небес на грешную землю сошел один из древнегреческих богов — белокурые волосы, гордый взгляд, прямой нос, четко очерченная линия рта. Да и сложен незнакомец был потрясающе, будто слепленный из многочисленных мышц. О существовании некоторых я даже не подозревал. Вот это вот фигня на животе с кубиками — пресс. Где-то в журналах читал. А по бокам, что за хрень?

Нет, я и сам думал, что выгляжу относительно неплохо. Но этот урод, точнее красавец, заставил меня добавить небольшую ремарку — «для своих лет». Даже обидно, что ли?

Грело только то, что это не человек. Ну, точнее по всем характеристикам вполне человек. Но ненастоящий. Улучшенная копия того, кто все еще не собирался выбраться из подъезда. Ладно, посмотрим, засранец, на что ты годен.

Я сходу угостил красавца Шквалом. Точнее, попытался. Клон оказался невероятно проворен. Как только он заметил мое движение, так сразу же перекатился прочь. Петляя, как заяц, пробежал среди разбросанного во дворе мусора, уклоняясь от крика Психа. И внезапно выскочив, мощным ударом снес с места нашего товарища.

— Гром! — пришлось прибегнуть к своему козырю.

Нет, я и сам бы справился с этим козлом… Если бы мог. Однако и у Гром-бабы не особо получалось. Копия людоеда оказалась чрезвычайно прыткой. Конечно, в скорости это красавец значительно уступал тому же Сивому. Но последний бы просто положил почти всех здесь (кроме разве что Гром-бабы), а с Клоном борьба походила на какую-то странную пляску.

Мои Шустрые побеги тоже то и дело ловили пустоту. О лианах нечего было и думать. Ускорения Громуши по прямой засранец предугадывал. И самое ужасное — этот козлина не уставал.

Я чувствовал, что еще чуть-чуть и силы окончательно меня покинут. Придется вывалиться из боевой трансформации против воли. Да и Гром-баба не вечная. А что потом? Потом будет грустно. Не могу назвать себя верующим человеком, но тут даже я понял, что без вмешательства Всевышнего не обойтись. Господи, если ты слышишь, помоги нам! Я у Слепого пару молитв выучу. И вести себя хорошо стану. Без прелюбодейств и всякого такого.

И вот когда стало откровенно кисло, когда казалось, что этот здоровяк нас попросту перебегает, Клон стал исчезать. Как густой дым, который развеял сильный ветер. Я от неожиданности даже рот открыл. Если честно, не ожидал, что мое обращение к высшим силам даст такой эффект.

— Дядя Шип, — прозвучало откуда-то сверху.

Я поднял голову и обнаружил в проеме разбитого окна своего пацана. Блин, про Крыла-то все совсем забыли.

— Дядя Шип, там нижний этаж в огне, помогите его отсюда спустить, я потратился сильно, боюсь, уроню.

Вот теперь все встало на свои места. Пока мы отвлекали Клона, как могли, к его оригиналу пробрался Крыл и вырубил. Точнее, у меня было подозрение, как именно пацан его нейтрализовал. Одной из своих способностей, которой пользовался чрезвычайно редко. Работала она не особо быстро, да и радиус действия оказался слишком маленьким. Но сейчас помогла.

Всему виной мой пацан. Короче, Господь, давай отбой по поводу прелюбодейств и всего остального. До следующего раза.

Я вытянул лианы наверх, перехватив крохотного мужичка, которого вытаскивал наружу Крыл. Оказалось не так уж и просто. Лианы обычно использовались как оружие разрушения, а не техника поддержки. Да и сил осталось не так уж много. Поэтому примерно метрах в полтора от земли, Оригинал сорвался, хорошенько приложившись боком.

— Живой? — спросил Крыл, приземляясь рядом.

— Ага, — кивнул я. — Даже не сломано ничего. Везучий конь.

— Ты уверен, что везучий? — сморщилась Гром-баба. — С учетом того, что с ним станет.

— Ну, я это образно. Крыл, фонить перестань, — почувствовал я, как меня клонит в сон.

— Я не специально, — казалось, человек-муха засмущался.

Ну да, скажешь кому о такой способности, тебя засмеют. В общем, пацан испускал что-то вроде феромонов. Только вот люди, почувствовав их, не начинали страдать неразделенной любовью к Крылу. А попросту засыпали.

По мне, крутая способность, хотя пацан ее и стеснялся. Говорил, что только во время ее применения очень сильно воняет. Ну, не знаю. Мой обычный растительно-человеческий нос этого не чувствовал. Я лишь сетовал на то, что радиус способности сравнительно небольшой. Да и действует усыпление не мгновенно. Поэтому в бою практически бесполезно.

То, что получилось применить ее сейчас, объяснялось легко — людоед был слишком занят наблюдением за нами. Наверное, так он и управлял Копией. Как на приставке играл. Вот Крыл и подобрался к нему незамеченным.

— Надо уходить, — сказала Гром-баба и ей вторило лопнувшее стекло на втором этаже. Огонь уже всерьез принялся за перекрытия и полз все выше.

— Надо, — кивнул я, доставая мешки и веревки. — Оттащим пленных в сторону. А то еще поджарят то, что не надо.

Больше всего мне хотелось спалить этот гадюшник вместе с людоедами. Даже к зэкам не было столько ненависти. Почему? Не знаю. С точки зрения выживания, каждого можно понять. Понять, но не принять.

Мы тем временем привели в чувство Психа. Ничего серьезного, но пару дней челюсть будет болеть. Да и синяк останется. А после принялись за каннибалов. Мешок на голову, руки за спиной, связать, соединить со следующим. Получилась такая не стройная длинная цепь. Хрен куда убегут и хрен что смогут сделать.

— Господа людоеды, — обратился я к пленникам. В отблесках бушующего пламени связанные люди с мешками на головах, смотрелись невероятно жутко. Что и говорить, святая инквизиция снова в деле. — Еще раз повторю, переход в боевую трансформацию будет расценен, как агрессия. Понятно, Кость?

Лидер каннибалов пробурчал нечто невразумительное, что я воспринял, как согласие. Стоило ему очнуться, как этот недотепа попытался накинуть свое белое одеяние. Но вместо этого чуть не примерил такого же цвета тапочки. Била Гром-баба, что называется, сильно, зато по голове.

— Идем, не останавливаемся. Не разговариваем. Любое непослушание будет строго наказываться.

— Что вы хотите с нами сделать? — чуть ли не повизгивая, спросил Рой.

— Дать вам возможность быть полезными для общества, — ответил я. Разве что не добавил, для какого. Для нашего, само собой.

— Вы же обещали, что отпустите меня! — заорал Тень, за что тут же получил по хребту от Гром-бабы. Это ему еще повезло, что Громуша вновь стала человеком. Хотя и тут приятного было мало. Вообще мой прапор в юбке оказался прирожденным конвоиром.

— Отпустим. Если выполнишь некоторые условия, — на этот раз я не соврал. А теперь медленно пошли, слушаемся этого голоса. Псих, скажи что-нибудь.

— Слушаемся меня, — чуть растерянно пробормотал крикастый товарищ.

— Крыл, прикрываешь сверху. Гром, замыкаешь. Давайте к Алисе, я сейчас догоню.

Вскоре цепочка пленных вместе с моей группой скрылась из виду. Шли людоеды медленно, неуверенно, чему способствовали мешки. Но снимать их, само собой, никто не собирался. Лучше дойти неторопливо, чем не дойти вовсе. А каждый из наших новых знакомых был довольно опасен.