Дмитрий Билик – Кварталы (страница 32)

Во дворе я встретился со спешащими навстречу Слепым, Алисой и Гром-бабой. Мой завхоз, по своему обыкновению, выбралась из подъезда последней. Глаза ее блестели, движения были размазанными, словно вываленная ребенком гуашь на полотно. Угу, не все йогурты одинаково полезны. Видимо, сто грамм для крепкого сна превратились в двести.

Вообще, алкоголь — субстанция противоречивая. С одной стороны, пара стопок может раскрепостить человека, не зря же в войну давали наркомовские сто грамм. А порой лишний глоток способен погубить. Я ни раз в своей жизни видел, как адекватные и интеллигентные люди превращались в омерзительных пьяных чудовищ. Поэтому придерживался довольно простой аксиомы, не можешь себя контролировать — лучше не пей. Да, тебе я, Гром-баба, пулемет больше не дам. Но вместе с тем выбора не было. Тревога есть тревога, в каком бы состоянии ты не находился.

— Гром, за мной, Слепой, Алиса, на крышу.

Парочка убежала наверх, а мы миновали застывающие в растворе опоры для забора, и вышли на улицу.

— Блядь, Гром, защиту накинь!

Не хотел ругаться, но иногда одно хлесткое короткое слово заменяет десяток литературных. Да и доходит до собеседника быстрее.

К тому же нервы были на пределе. Спросите бойца, чем он хочет заниматься ночью. Подъема в ружье по тревоге не будет даже в первой десятке.

Гром-баба перешла в режим боевой трансформации. Ее никелированное лицо выглядело монументально, внушительно и одновременно виновато. А меж тем мы вышли к перекрестку.

Подуй сейчас ветер, застрекочи цикада или раздайся вдалеке сирена скорой, было бы не так жутко. Нас же встретила мертвенная тишина. Казалось, время здесь застыло. Мерный свет фонаря скользил по осколкам стекла, мелкие песчинки и кирпичная крошка с руин, хрустели под ногами, а в воздухе пахло страхом. Моим страхом.

Казалось, сейчас из чернеющих зевов одного из окон кто-то выпрыгнет. Или зловещую тишину разорвет на части звук выстрела. А вдруг острые когти заскребут по сухому потрескавшимся асфальту?

В Городе надо быть готовым ко всему. И мы были. Я вот даже не заметил, как «Грач» лег в правую руку.

— Что там, Шипастый? — спросил Псих.

Я даже понял, почему именно он. Сейчас все смотрели на Психа, как на… психа. Поднял среди ночи непонятно почему. Тем более, непохоже, чтобы кто-то ходил. Вот только эхолокация уже однажды спасла нам жизнь. Значит, ей можно доверять. Как и Психу.

Я вытащил фонарь из инвентаря и подсветил дорогу. Угу, а это что у нас такое? Я поднял крохотный кусочек стекла, заляпанный бурой жидкостью. Кровь! Еще даже свернуться не успела. Значит, здесь действительно кто-то был. Только он зачем-то снял обувь? Это так же глупо, как пить воду Черного Моря у побережья Анапы в надежде, что у тебя улучшится пищеварение.

— Псих, сейчас видишь кого?

Вопрос был скорее риторический. Если бы Крикун кого-то заметил, то точно крикнул: «Ату».

— Нет, Шипастый. Пусто.

— Крыл, лети сюда.

Рядом со мной приземлился мушиный подросток, вертя волосатой головой с фасеточными глазами. Я аккуратно передал ему осколок стекла.

— Сможешь почуять?

— Как два пальца, — заявил пацан.

Первой способностью, которую получил Крыл, был полет. Второй — обоняние. Нет, я знал, что у мух чрезвычайно сильно развит нюх, если его можно так назвать. А вот Крыл переживал. Ему только с третьим уровнем упало то самое Пикирование, которое я иногда называл Железные Крылья.

А вот мне способность пацана очень нравилась. Нужная штука в разведке, полезная. Тот же супермаркет, будь он неладен, Крыл так нашел. Почувствовал запах расползающейся гнили. Жалко что, как выразился пацан, способность активная, а не пассивная. То есть Крыл должен был захотеть ею воспользоваться, на автомате способность не работала.

Вот и сейчас наш мушиный король поднес стекляшку к месту, где у нормальных половозрелых мужчин обычно бывает нос. Его, с позволение сказать, лицо, немного подергалось, а после Крыл взмыл в воздух, явно взяв след.

— Куда это он? — спросила Гром-баба.

— По следам неуловимого мистера Икс. Не смотрела, что ли, «Принцессу Цирка»?

— Шипастый, ты зачем меня грузишь?

— Я не гружу, я тебя культурно просвещаю. А то так и помрешь необразованной. Будет время, я тебе и «Броненосец Потемкин» перескажу. В красках.

Говорил, а сам смотрел в неосвещенный переулок. Тактически все сделано верно. Темно, хоть глаз выколи. Сам бы отсюда пришел. Более того, я даже догадывался, кто мог забежать к нам в гости и так же стремительно дать по газам, когда его обнаружили.

Мы сегодня подняли немало шума в своем районе: работой в руинах, тасканием швеллеров, пробиванием стен. Нас могло услышать несколько одиночек. И почему бы ближайшему из них не пойти ночью и не посмотреть, что же тут происходит. Вполне логично.

А вскоре вернулся и Крыл, чтобы подтвердить мою теорию.

— Дядя Шип, ты не представляешь, куда наш вторженец упорол.

— Почему же? — пожал плечами я. — Вполне представляю. В квартал инкогнито.

— Откуда ты знаешь? — поскучнела зависшая над моей головой муха-переросток.

— Ближайший одиночка, из тех кого мы знаем, живем там. Учитывая, что мы ни разу не видели инкогнито, он умеет тщательно избегать внимания чужих глаз. Что сегодня нам и продемонстрировал.

— И что делать?

— В гости идти. Да нет, не сейчас. Ты что, не читал книжки этикета от самого упитанного и вежливого медведя?

— Нет, — признался Крыл.

— Эх, ТикТок нас погубит. Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро, — процитировал я.

— Ааа… — разочарованно протянул пацан.

— Скажи, как ты отнесешься к человеку, который придет к тебе на ночь глядя? Вот и я думаю, что не очень. Поэтому лучше по солнышку.

Я вздохнул и поглядел наверх. Вся разница дневного и ночного неба заключалась в том, что сейчас плотной завесы туч видно не было. Просто залитое чернилами полотно, которое повесили сверху. Ни звездочки, чтоб тебя.

— Отбой! — махнул рукой я. — Всем спать. Псих!

— Да, Шипастый, — подался вперед наш вихрастый друг.

— Молодец! — показал я ему большой палец.

Нет, а ведь правда молодец. Вообще, нам повезло, что именно он оказался на посту. Другой бы не засек, как его назвал Крыл, вторженца. Ну, тревогу бы точно не поднял. Подумаешь, стекляшка звякнула. Чего сослепу не покажется. Более того, именно на Психа у меня и были планы грядущего дня.

Кто сегодня сетовал, что нас всего семеро? Вот тебе шанс пополнить ряды группы. Ведь неслучайно инкогнито пришел посмотреть, что тут происходит. Если он не дурак, то понимает, что одному ему не выжить. Значит, надо искать себе союзников. А чего искать, если мы красивые и в белом пальто прямо здесь?

На удивление, я отлично выспался. Даже смена караула — с Психа на Слепого, меня почти не разбудила. Что, кстати, не есть хорошо. Но, видимо, серьезная физическая нагрузка дала свое. Проснулся я со значительно одеревеневшими после вчерашнего мышцами. А это еще Алиса потрахаться предлагала. Спасибо, со швеллерами натрахались. Причем, это не мы их, а они нас.

Контрастный душ и легкая зарядка помогла. Посвежевший, я бегом спустился до соседа и постучал кулаком в дверь.

— Псих, просыпайся. Завтракать. И дело есть одно, давай быстрей.

Во двор я вышел медленно, готовый в любой момент перейти в боевую трансформацию. Пока забор не построили, надо быть готовым к тому, что к нам может забрести какая-нибудь бешеная собачка.

Предосторожности оказались лишними. Моя команда, все, кроме отсыпающегося Психа и Слепого, который сейчас находился на крыше, сидела за столом. С лицами, будто Чебурашка вновь приходил и все-таки обесчестил всю команду. Ну что вы хотели? Физический труд он только в книжках облагораживает. В действительности лишь добавляет горб и мозоли.

Кора накладывала овсянку по тарелкам. Судя по придирчивому взгляду Гром-бабы, завтраком сегодня занималась блондинка. Ну да, у нас же Кора в наряде, вроде как. Вообще, забавно наказывать человека, не вменяя ему никаких конкретных обязанностей. Хотя можно, конечно, попросить лом заточить или траву во дворе зеленой краской покрасить. Но это я уже так, ради хохмы. Работы сегодня хватает.

— Раствор застыл, — начала почему-то Гром-баба. — Опоры держатся, можно забор крепить.

— Замечательно, — кивнул я. — Но сначала нам надо будет поставить опоры на другую сторону. Этим ты и займешься, остальные швеллера попросту не поднимут. Кора сейчас пока в караул, она нужна понадобится только после обеда. А Алиса будет раствор мешать. Все по-честному.

— Так, а мужики что, прохлаждаться будут? — возмутилась Гром-баба.

Алиса ничего не сказала. От услышанного она офигела настолько, что до сих пор смотрела на меня с открытым ртом. Видимо, слова подбирала. Ну, а что ты хотела, дорогуша, кучу преференций за несколько непродолжительных соитий?

— У Крыла задание, партийное. Он в разведку, — объяснил я. — Мы с Психом к вам скоро присоединимся. Но для начала нужно навестить вчерашнего гостя. У нас же серьезный квартал, приходят только по приглашениям. А этого товарища даже в списках не было. Кто знает, вдруг он захочет к нам присоединиться. О, а вот и Псих.

Говорят, что женщинам для того, чтобы быть красивыми необходимо прибегать к куче манипуляций. Мужчина же проснулся, умылся и уже готов к употреблению. К Психу это не относилось. Я даже не знаю, что требуется, чтобы крикастый товарищ стал похож на адекватного человека — с ровным цветом лица и без чудовищных синяков под глазами? Может, сон по восемь часов в сутки и нормальное питание? Да ну, бред.