Дмитрий Билик – Кехо (страница 31)

Одаренная потеряла счет времени. Ей представлялось, что вся ее жизнь состояла теперь из путешествия по Пустоши. Прибытие с контрабандистом на побережье казалось далеким детством, сражение с Воронами и общение с оскверненными — отрочеством, нынешнее состояние можно было сравнить с сознательным взрослым существованием. Как и каждый подросток, даром что Одаренная, Юти считала себя невероятно взрослой.

Девочка лишь заметила, что волосы, которые она всегда обрезала ножом, теперь стали доставать до плеч. А в скором времени у нее вновь заболел живот и снова пошла кровь. Хвала учителю, на несколько дней они укрылись в расселине, куда не проникал холодный, пронизывающий ветер. Ерикан говорил, что опасаться нечего — они слишком далеко от проходов в Пределы, и оскверненный егерь по прозвищу Призрак вряд ли сможет вывести Воронов.

Юти же задумалась над другим, как Морац Кер объяснит гвардейцам, что точно знает, где она? Пару раз это можно будет списать на невероятную удачу, знание Пустоши вдоль застав, внушительный опыт в следопытстве. А потом? Вороны не дураки. Значит, больше всего егерь заинтересован в том, чтобы поскорее убить ее.

Наконец настал день, когда Ерикан, поднявшись на очередной утес, всмотрелся в расстилающуюся внизу равнину, с тревожно колышущимися на ветру деревьями и шумно выдохнул. Будто нечто волновало его весь путь, однако теперь тревога ушла и старик наконец успокоился.

— Стой здесь, никуда не уходи, — наказал он ученице. — Мой сын не особо любит незваных гостей. И мог приготовить пару сюрпризов.

Юти и упрашивать не пришлось. Уж что-что, а ждать она умела. Тем более, если дело касалось небольшой передышки. Девочка лишь задумалась над тем, что неплохо бы найти место, где ветер не будет пытаться щекотать ее кости. Поэтому проводив взглядом учителя, девочка спустилась ближе к лесу и уселась среди камней, раздумывая над дальнейшей судьбой.

Сезон дождей скоро закончится, солнце вновь наберет свою силу, в Ближних землях и плодородной части Пределов соберут первый урожай. К тому времени они должны будут выйти к Теолу, чтобы убить сразу двух зайцев. Учитель дал понять, что именно туда они и движутся.

Юти до сих пор не понимала, почему наставник принял ее желание мстить? По всем заповедям Аншары, она должна отринуть эмоции. Месть же единственное, что придавало девочке сил, когда возможности идти дальше уже не было. Только образы убийц, которые вставали перед глазами Одаренной, заставляли ее шагать по безлюдным землям Пустоши. Когда ноги уже сводило судорогой, а стопы горели огнем.

И еще Юти не могла избавиться от мысли, что Ерикан ведет какую-то свою, ей неведомую игру. Оскверненный мастер-тайтури, который берет в ученицы тринадцатилетнюю девочку. Звучит так же странно, как лиса, вскармливающая кроликов молоком.

В заветах богини говорилось, что дурные мысли создают дурной мир, который окружает воина. Юти вспомнила это сейчас, потому что стоило ей подумать о хищнике, как недалеко, всего шагах семидесяти от нее, затрещали кусты. Это была не одинокая сухая ветка, на которую неосторожно наступил крадущийся зверь. Хищник двигался уверенно, никого не опасаясь, будто обходил владения.

Он вышел из лесного укрытия неторопливо, подняв нос по ветру. Серые уши чуть повернуты к ней, мощные лапы ступают величаво и не спеша, густая шерсть свалялась от дождя, но даже теперь хищник не утратил грозного величия. Юти потянулась за копьем, будто оно чем-то могло помочь в бою с королем скал и герцогом гор. Самым опасным противником в этих краях, с которым не решались состязаться в силе даже смилодоны.

Юти не задавалась вопросами, откуда на равнине, на приличном расстоянии от Хребта Дракона, взялся горный волк? Да это было и неважно. Даже мысль, что горные волки, в отличии от своих степных сородичей, живут поодиночке, не утешала девочку. Этого экземпляра ей хватит за глаза.

Сейчас Одаренная пожалела, что не владеет стихией огня. За время путешествия с Ериканом, девочка узнала, что обычные, не оскверненные звери, боятся дыма и огня. Хотя судя по уверенному виду горного волка, который неторопливо двинулся к Юти, он вряд ли опасался и этого.

Одаренная задумалась лишь на мгновение, после чего тут же надела серое кольцо на свободный палец. Юти показалось, что тот момент, о котором все время говорил Ерикан, уже настал.

Не скрючиться от накатывающей волны удовольствия и не зарычать подобно дикому зверю, оказалось невероятно трудно. Юти чуть согнулась и заскрипела зубами, пытаясь погасить пульсацию в животе. Холодный воздух стал обжигающе горячим, а по телу пробежал внезапный жар. Ей приходилось раньше терпеть боль, но вот терпеть наслаждение, чтобы не раствориться в нем, оказалось не в пример труднее.

Горный волк услышал лишь скрип зубов, который воспринял со всем свойственным ему животным опытом. В ответ хищник пригнул уши, ощерился и глухо зарычал, понимая, что добыча перед ним весьма странная. Взять хотя бы запах, который он почувствовал еще в лесу. Теперь тот изменился, стал похож на его собственный и вместе с тем отличен от всех знакомых зверю. Но преобразился и облик жертвы. Ее нос немного удлинился, превращаясь в пасть, зубы выросли, уши заострились, а на теле появился редкий серый подшерсток.

Юти выбросила копье, потому что оно лишь замедляло ее. К тому же для горного волка ранения от подобного оружия будут не страшнее булавочных уколов.

Девочка, которой она была меньше, чем минуту назад, превратилась в неведомое антропоморфное существо. Внутри Юти была по-прежнему собой, хотя мысли и путались. Однако Одаренная понимала самое главное, надеется ей надо исключительно на скорость и, может быть, стихию земли. И самое главное, конечно же, на чудо.

Горный волк сделал гигантский прыжок, к удивлению Юти, преодолев разделяющее их расстояние, однако щелкнул зубами, разрывая лишь воздух. Одаренная была меньше и быстрее. Тут же гигантский булыжник над головой волка, отколовшись от скалы, с поразительной быстротой устремился к хищнику, словно некто невидимый подталкивал его с невероятным усердием.

Работа с камнем подобного размера далась Юти мучительно тяжело. Правую руку свело от непрекращающегося тремора, на крохотных волосах, которыми сейчас был покрыт лоб, выступили капли пота, а жилы вздулись, как если бы девочка сама сталкивала валун.

И тот нашел цель. Горный волк, как бы хорош не был, проиграл силе Одаренной. Камень грохнулся с высоты в три человеческих роста и… откатился в сторону. Хищник лишь на считанное мгновение присел, недовольно поведя головой, точно на его спину обрушился не громадный валун, а крохотная галька, и прыгнул снова.

Юти уклонялась, почти не задумываясь над тем, как она двигается и что делает. Страха не было, но вместе с тем появилось понимание — ей не победить волка. На данном этапе развития Одаренной подобное не представлялось возможным.

Зато с каждой новой секундой Юти все меньше олицетворяла себя человеком. Мысли из неторопливых и выразительных, стали отрывистыми, короткими. Как команды гарнизонного командира. И ощущения стали такими же…

Все рефлексы Юти напряжены, как струна на сетаре странствующих сказителей. Девочка буквально чувствует противника. Потому что сейчас здесь существует только он и она.

Прыжок. Клацание челюстью, взмах мощной лапы.

Юти уходит в сторону перекатом. Мелкие камни и ветки впиваются в тело. Короткий взмах руки, и гора гудит, осыпаясь вниз. Одаренная не видит происходящее, как не понимает, попала ли. Но чувствует, что нечто большое, громадное, продолжает свое преследование.

Прыжками она спускается вниз, к лесу, петляя из стороны в сторону. Если и можно укрыться, то только среди деревьев. Там она маневреннее. Силы утекают слишком быстро. Главное, успеть.

Короткий удар в спину и девочка кубарем катится по земле. Она забывает, как дышать, глаза вылезают из орбит. Время снова начинает течь медленнее, а звериное восприятие отступает…

Юти лишь успела перевернуться на спину, прежде, чем увидела раскрытую пасть горного волка. Каждый его зуб был размером с ее кисть, а горящие гневом глаза, казалось, способны были прожечь Одаренную насквозь.

Девочка ощутила тот последний момент, краткий миг перехода от жизни к смерти, когда челюсть волка готова была сомкнуться на ее горле, отделяя ее голову. И услышала негромкий, хриплый чужой голос, словно врывающийся в сознание из иного мира.

— Пушок, фу. Богиня знает, чем питается эта Одаренная. Иди ко мне, не порть желудок.

Огромная смертоносный хищник, нависающий над девочкой, спрятал зубы, облизнулся и убежал прочь. Юти не сразу смогла прийти в себя, чтобы понять — она еще жива? А когда приподнялась на локтях, увидела того, кто отозвал волка. Отозвал, как обычную дворовую собаку. Собственно, такой она сейчас и была.

Огромный горный волк махал хвостом, как прислужник дома амисты метлой, и ластился к крохотному, словно придавленному многочисленными годами к земле человечку. При желании, зверь мог сожрать его в один присест и даже не подавиться. Сутулый старичок, с редкой бородой, торчащей клочками и пронзительными, ярко-васильковыми глазами, трепал крохотной ручкой огромного хищника. Его лицо было точной копией Ерикана,