Дмитрий Билик – Кехо (страница 17)

— Благодарю тебя, Серхт, — кивнул учитель. Несмотря на признание собеседником превосходства в силе Ерикана, тот давал понять, что слова признательности для него не пустой звук.

Бледный, как прозвала про себя элементи Юти, жестом пригласил их следовать за ним, а девочку все не покидало ощущение полного непонимания. Зачем они здесь? На начало обучения, о котором говорил Ерикан, данное действо не было похоже.

В комнате поменьше умершие располагались на столах, кто-то с наброшенной тонкой тканью, другие полностью голые (отчего Одаренная смутилась). На глазах мертвецов лежали монеты. У бедняков, как правило, медяки, у тех, кто побогаче — серебряные храмовки. Золотых империалов Одаренная не заметила.

— Серхт один из лучших врачевателей, о которых я знаю, — сказал учитель, обращаясь к Юти.

— Был когда-то, — с мягкой грустной улыбкой ответил элементи. — Пока благородные амиста Конструкта не решили, что моя страсть к изучению человеческого тела сродни извращению. Пришлось бежать. Чем хороши Пределы — тут на многое закрывают глаза.

— Ты же знаешь, как говорят, — поддержал учитель. — Наместники в Пределах следят за порядком. Поэтому беспорядок их не интересует.

Собеседники сдержанно посмеялись, понимая, что данное место явно не располагает к шуткам. А Юти заметила, что учителю действительно доставляет искреннее удовольствие разговор с этим странным Одаренным. Поэтому сама того не понимая, стала ловить каждое слово, сказанное Бледным.

— Начнем с дальнего, — подошел элементи к накрытому мертвецу и отдернул ткань, — бродягу прибило краном в доках. Такие поступают каждый день.

Взору Юти предстал обезображенный труп мужчины. Девочка нервно сглотнула, но подталкиваемая учителем, приблизилась к нищему. Ей доводилось видеть мертвецов. Однако раньше она старалась торопливо пройти мимо. И никогда прежде трупы не были предметом ее изучения.

— Кровь я всю слил, поэтому мы не испачкаемся. Смотри внимательно.

Элементи вытянул ладонь вдоль тела и из его пальцев начало расти острое длинное ледяное лезвие. Клинок был на загляденье гладкий, Юти редко видела оружие, выкованное с таким мастерством. Под напором элементи, грудь мертвеца треснула, как переспелый арбуз, падающий с высоты на землю. Девочку замутило.

— Не отворачивайся, — голос Бледного внезапно обрел твердость и потерял все то равнодушие и спокойствие, с которым элементи рассказывал о своей жизни. — Это ребра, посчитай их. Идем дальше: сердце, легкие, почки. Держи, не зевай. Смотри внимательно, как они крепятся.

Юти трясло, но вместе с тем она терпеливо перебирала внутренности под внимательным взглядом учителя. После Бледный показал ей строение мышц, фасций и связок.

— Думаю, достаточно, мой друг, — подал голос Ерикан спустя какое-то время. Сколько именно прошло с момента прибытия в дом Мертвых, Юти сказать затруднялась.

— Нет, — решительно ответил элементи, подходя к другому мертвецу. — Нужно показать ток крови. Идем, этот совсем свежий.

Теперь Бледный говорил о тех самых каналах, по которым течет жизнь в теле человека — венах и артериях. Одни несли кровь к сердцу, другие наоборот. Довершал он свое повествование порезами мертвеца. Где-то кровь едва капала, где-то лилась подобно мелкой речушке.

— Жалко, сегодня нет Одаренных, — наконец отошел от стола с очередным искромсанным трупом элементи, — мы бы посмотрели точки тела, разума, души и стихии. Конечно, у всех они развиты по-своему, в зависимости от выбранного направления…

— Это я со временем расскажу ей сам, — вмешался Ерикан. — Спасибо, Серхт, нам действительно пора.

— Ну что ж, — на этот раз благосклонно пожал плечами элементи. — Если пора.

— И возьми кое-что, — в руках учителя, будто по волшебству, появилось несколько лепестков. — Нашел тут в степи. Думаю, тебе пригодится.

— Драцения, — всплеснул окровавленными руками врачеватель. — Богиня знает, как редко она встречается. Мирхэ, ты можешь положить лепестки вон туда, не хочу марать их.

— Конечно. Еще раз спасибо, Серхт. Надеюсь, мы вскоре увидимся.

Солнце только набирало силу, однако после ледяного дома свежее утро казалось Юти пустыней в полдень. Девочку сразу бросило в жар. А голова от полученных сведений готова была расколоться на куски. Еще Юти мутило. Перед глазами стояли нескончаемые внутренности, которые ее заставляли трогать. Сейчас девочка порадовалась, что они ушли до завтрака.

Раньше для нее человеческое тело представлялось довольно простым: две руки, две ноги, голова. Если порежешься, пойдет кровь, приложишь путевую траву, кровь остановится. Иногда мясо начинало гнить, видала Юти и такое, тогда лишний кусок вместе с костями отрубали.

Выяснилось, все гораздо сложнее. Одних только внутренностей, нужных и ненужных (как разделила их для себя девочка), больших и малых, коротких и длинных, оказалось вон сколько. Все было устроено невероятно хитро. При этом тело предстало одновременно прочным творением, где почти все дублировалось, и вместе с тем чрезвычайно хрупким.

Учитель подвел ее к ближайшей бочке с морской водой и тщательно умыл, не хватало, чтобы кто-то увидел подростка, измазанного в крови. А после махнул головой и устремился прочь.

— Зачем мне все это знать? — спросила Юти, поняв, что почти бежит за Ериканом, Тот постоянно поднимал голову к солнцу, после чего прибавлял ходу.

— Чтобы ты могла надеть кольцо поверх предыдущего.

— Для самоисцеления? — остановилась Юти. — Но зачем?!

Ей представлялось, что если она и наденет кольцо поверх другого, то это станет либо ловкость, либо укрепление тела. А вообще Юти уже перебирала в голове множество вариантов для новой способности. Осталось всего-ничего — определиться и попросить Ерикана обучить ее.

— Завтра мы уходим из Сотрета, — учитель тоже остановился, оглянувшись по сторонам. — И путь наш будет труден. Ни раз тебя ранят или отравят, не повезет, сломаешь одну из конечностей и станешь умолять тащить тебя.

Юти гневно сжала губы. Ерикан плохо знал ее. Никогда дочь Наместника Шестого Предела не опустилась бы до мольбы перед другим человеком.

— Два кольца в этом направлении единственное, что поможет тебе. Не будь глупой. Вскоре ты увидишь на своих руках и кольца, и обручи. Но развиваться нужно поступательно, давая себе ту нагрузку, к которой готова.

Почему-то Юти подкупили слова про обручи. Ерикан говорил решительно и без тени улыбки, как о неком событии, сбыться которому попросту неизбежно.

— Тогда почему ты повел меня сюда? Почему не рассказал все сам?

Учитель задрал рукав левой руки, указывая на три обруча.

— Ты знаешь, что когда собираешь все пять колец на одной конечности, то получаешь обруч.

Девочка согласно кивнула.

— Когда я постигал искусство воина-кехо, то был чуть старше тебя. Кольца буквально вешались на пальцы сами собой, я только успевал подбирать подходящие способности. И, конечно же, учился у таких же самоучек, продвинувшихся чуть дальше, чем я сам.

Учитель замолчал, вновь посмотрев на солнце, а Юти боялась пошевелиться, чтобы не сбить Ерикана с мысли.

— И только много лет спустя я понял, что учиться надо у настоящих мастеров. Потому что легче познать какую-то область один раз, чем потом постоянно переучиваться. Серхт больше меня знает в лечении. И два кольца, которые будут надеты тобой после беседы с ним, станут равны трем моим кольцам. Понимаешь?

Юти утвердительно тряхнула головой. Она всегда все схватывала на лету.

— Можно еще один вопрос, учитель?

Ерикан обреченно вздохнула. Понимал, что просто так ему не отделаться.

— Почему ты отдал ему драцению? Каждый мальчишка знает, как она ценна. На любом рынке за нее можно выручить большие деньги.

— Деньги — это пыль, — повторил Ерикан выражение, которое Юти от него уже слышала. — И не каждую услугу можно выразить в звонкой монете. Бывает так, что деньгами ты способна обидеть человека. Вместе с тем вот тебе мой второй урок, не менее ценный, чем первый. Старайся никому и никогда не быть должна. Пусть будут должны тебе. И хватит болтовни, учись не только ушами, но и головой. Пойдем, мы уже потеряли слишком много времени.

Юти кивнула. Учитель выдал запас слов, отведенный на неделю, поэтому в ближайшее время явно будет молчать. Однако девочка была благодарна и этому. К примеру, она поняла, что каждый человек в своей жизни должен найти наставника. Возможно даже ни одного. Путь воина, который она прошла без Ерикана, был длиннее и запутаннее, чем с ним. И богиня знает, где бы она была, если бы не учитель.

Хотя многое в словах старика для нее выглядело странным. К примеру, девочка разделяла долг жизнью, когда один Одаренный спасал другого, и мелкую услугу. Поэтому подарок учителя все равно оставался для нее странной блажью. К тому же, в обоих случаях, долг определялся исключительно самим воином. Мог бы Кирихан, предводитель Черной Центурии, не клясться богиней, что придет на помощь? Легко. Только сейчас до Юти дошло, что с большой вероятностью он так бы и сделал, если бы не его разбойники. Те чтили кодекс чести старых богов. И если бы предводитель наплевал на него, то остался бы без воинства.

Юти улыбнулась сама себе. Вот так небольшой урок учителя привел к более значимому открытию.

Теперь они двигались к храму. В этом не было никакого сомнения. Как и в том, что туда собрались не они одни. Десятки людей стекались к величественному сооружению в виде высокого дворца с одинаковыми по длине стенами, увенчанного пятью гигантскими шпилями. Нищие и богатые, с камнями на груди и без, шествующие в одиночестве и перемещающиеся со свитой. Всеми людьми двигало лишь одно желание — прикоснуться к алтарю в робкой надежде получить дар.