Дмитрий Билик – Бедовый. Царь царей (страница 10)

Первым от забытья очнулся Зной, вновь ударив по противнику. Только теперь часть мелких рубежников, прежде огибающих крона, как ручей камень, бросилась на обидчика. Созидатель не видел, что произошло со стариком. Разве что почувствовал, как хист несчастного раздирают на части, словно его разрывают вместе с телом.

Прочие кроны, включая Воителей, тоже решили продать свою жизнь подороже. Однако Созидатель понимал, что это бесполезно. Самое мерзкое таилось в том, что их не просто убьют, а отберут силу, что пойдет лишь на общее благо Нежизни. Сделает ее могущественнее. Он понял это только сейчас. Что до Воителей, которые познали вкус Осколков, – кто знает, может, и они превратятся в истинных адептов новой силы.

Творения Созидателя встали между рубежниками, приносящими себя в жертву, и Великим кроном. Редкие рубежники, прорывающиеся сквозь кольцо заслона, встречались с молниеносными хитиновыми отростками, которые вырывались из брони навстречу. И что Созидателя испугало больше всего, многие умирали не сразу. Но вместе с тем не кричали. Промысел слишком легко покидал их тело. Потому что они и были уже не живы.

Именно тогда он понял, что надо уходить. Замершая от ужаса Лихо оцепенела, не в силах двинуться с места. Созидатель схватил ее и огромным прыжком перемахнул через реку созданий, пытающихся убить, разорвать, пожертвовать собой во имя одного – во имя службы новому Царю Царей.

Великий Бог бежал так быстро, как только мог. Чувствуя, как терзают его созданий. Слыша и кожей ощущая, как умирают кроны. И, что еще страшнее, как те, кого уже коснулась скверна Нежизни, становятся ее послушными слугами. Созидатель стремился к ближайшему из порталов, чтобы убраться в другой мир. Этому миру уже не помочь. Он был обречен.

Глава 5

Очень часто сведения, которые я узнавал о рубежном мире, можно было описать одним-единственным словом. Жаль, что это самое слово нельзя произносить вслух в приличном обществе. Подобное произошло после короткого рассказа Юнии. Эмоций была масса, но все какие-то уж совершенно непечатные.

Меня очень смущало, что непонятный чувак тревожит умы рубежников и нечисти. Еще больше пугало, что перед ним сдрейфил сам Созидатель. Значит, было чего бояться. А ведь это тот крон, который считал себя самым сильным и великим, пока мы его со Стынем немножко не убили.

И только запоздало до меня дошло: нечисть! Если в городе сошли с ума все черти, жиртресты и прочие товарищи, значит, подобная участь не минула и домашних.

Первой мыслью было бежать сломя голову к своим на рубежьей тяге. Но, чуть поразмыслив, я решил, что лучше добраться до машины. Так точно будет быстрее. К тому же силы были на исходе.

До «Зверя» я добежал значительно медленнее, чем гнался за Рехоном. Больше того, жутко вспотел. Страшно подумать, как самый обычный человек. Что дальше, грипп подхвачу?

Ударив по газам, я первым делом позвонил Васильичу. Все-таки возле него была кикимора, которая тоже, скорее всего, поехала кукухой. Как там говорят – мы в ответе за тех, кого подселили?

– Здравствуй, Матвей. Как ты? – сразу спросил бывший сосед.

– Комплименты от вашего сына кушаю, Царя Царей слушаю…

– Ты видел Рехона? Значит, это был Царь Царей? С тобой точно все в порядке?

Вот прорвало Васильича. Раньше он фишкой Костяна, который тоже задавал по несколько вопросов сразу, не пользовался. Видимо, действительно волновался.

Я вкратце рассказал о новой карьерной ступеньке его сына в местном воеводстве, после чего перешел к десерту:

– Значит, вы тоже слышали про Царя Царей?

– Я же правец, – ответил Васильич. – Во время разрушения моего мира о нем ходило много слухов.

Я не стал поправлять его, что мир вполне себе существует, разве что теперь не очень пригоден для жизни. Но это так, сущие мелочи.

– Вы слышали Царя Царей? – повторил я вопрос, добавив единственное слово: – Сегодня…

– Скорее, почувствовал. Как старики чувствуют электромагнитное возмущение. Слышал я его один лишь раз, там. И это было… жутко. Я сегодня все понял по Марфе.

– Как она?

– Обошлось. Кричала, ругалась, рвалась, пыталась кусаться. Но я ведь сильный, обхватил ее и держал, пока все не закончилось.

– Федор Васильич, а расскажите… что вы чувствовали, когда слышали этого Царя там?

Старик помедлил с ответом, будто вспоминая нечто нехорошее. Я его понимаю, так быстро четкое определение и не подберешь.

– Страх и безысходность, если говорить кратко… – неуверенно протянул он. – Казалось, будто весь свет куда-то выкачали, а во всем мире осталось лишь единственное существо. Бог, если тебе так угодно. Только очень… нехороший.

– А вы помнили и понимали, кто вы?

– Конечно. А почему ты спрашиваешь?

– Да так, неважно. Я заеду на днях. До скорого!

Я побарабанил пальцами по рулю. Очень странно все это, очень. Как я понял, самым сильным образом этот хмырь воздействует на обычную нечисть, низкоранговую. И на рубежников с малым количеством рубцов. На тех же кощеев действие незначительное и недолгое, Рехон быстрее меня оправился. На кронов, наверное, сольное выступление не произвело бы никакого эффекта. Но какого вообще хрена? То есть я понимаю, что в Прави, в смысле, Изначальном мире все танцуют под дудку Царя Царей, но какого черта все посыпалось у нас?

Ехать было еще минут семь. Гнал я пусть и агрессивно, но с допустимым превышением. Не для того я бегал и спасал чужан, чтобы после самолично размотать их на дороге. И запоздало вспомнил, что у меня есть телефон. И у Зои тоже. Вот она, великая сила технического прогресса.

Однако мои ожидания были напрасными – ответом послужили долгие гудки. После них какая-то не в меру веселая женщина сказала, что абонент сейчас невероятно занят (утихомириванием нечисти?), и я могу оставить голосовое сообщение.

Гадство, да что же там такое происходит? Нет, у меня были предположения. Вот только одно другого хуже. И чтобы хоть как-то перестать разгонять панику, я решил попытаться отвлечься. А что лучше всего подходит для этого? Конечно, развеселый разговор с Юнией.

– Как ты сама-то? – спросил я у Лихо.

– Что с-с-с… «сама»? – не поняла она.

– Ну, пережила этот призыв. Я видел даже не человека, а какое-то чудовище. Оно что-то бормотало и все такое. А потом видение закончилось. У тебя что происходило?

– Я видела того самого крона. Только уже с-с-с… обезображенного Нежизнью, – она замолчала, явно не собираясь описывать картинку. – Он звал. Вот и все.

– У меня вопрос. Какого хрена он воздействует именно на наш мир?

– А с-с-сам не догадываешься?

Я сначала пожал плечами, но тут же открыл рот от удивления. И машинально ударил по тормозам. Старенькая «Тойота» за мной отчаянно заскрипела колодками, после чего обиженно посигналила и перестроилась в правый ряд. Это да, согласен, так будет безопаснее.

– Осколки. Ну, конечно. Нежизнь появилась в мире после того, как была разрушена Ось. Получается, это все взаимосвязано. Но глупые кроны разнесли остатки Оси Изначального мира по другим мирам. Коронавирус по-правски, блин.

– Чего? – не поняла Лихо.

– Да так, минутка дурацких аналогий. Значит, именно с помощью Осколков Царь Царей и проникает в наш мир. Пусть и не физически, а ментально.

– Отлично. Возьми с-с-с… с полки пирожок, – мрачно отозвалась Лихо. – Помню, когда я первый раз услышала слабое эхо его голоса в Скугге, то даже не поняла до конца. Зато с-с-с… Созидатель очень испугался. Он думал, что Царь Царей идет по его следам.

– Ага, мания величия – она такая. Ею не страдают только великие люди, как я. Но чего он хочет добиться этим призывом? Стать сильнее? Или я чего-то не понимаю?

– Конечно, не понимаешь, Матвей. Твоя с-с-самая проблема в том, что ты не амбициозен.

Вот сейчас даже на минутку обидно стало. Хотя бы потому, что пару раз в своей жизни подобное я уже слышал. И всегда от представительниц прекрасного пола. Впрочем, Лихо не заметила моей кислой физиономии.

– Подумай, для чего сильные становятся еще с-с-сильнее.

У меня был ответ, но я очень не хотел его озвучивать. Как для чего? Для власти. Вот что-то мне не улыбалось стать подданным какого-то полуразложившегося чувака, который сам не мог понять, он больше жив или мертв. Хотя для этого ему нужно было как минимум попасть в этот мир. Едва ли чуры позволят ему это сделать.

Вот кто уж точно знает чуть больше, чем даже свидетель смены власти среди последователей Нежизни. К примеру, какого рожна такая странная выборка у этого товарища? Ведь основная аудитория – нечисть и слабые рубежники. Он даже чужан игнорирует. Только большой вопрос: как к чурам подъехать и что сказать? «Здравствуйте, есть ли у вас минутка поговорить о Царе Царей?» Ну, такое себе… Тот же Былобыслав и так что-то подозревает относительно моего хождения в Скуггу.

Кстати, очень интересно, как эти чуры сами пережили призыв. Ведь они нечисть, да и низкоранговых среди них тоже хватает. Я помню того мальчонку в Мурино. Вопросы, одни вопросы.

Что оказалось ясно – «выступление» Царя Царей не прошло бесследно, и до того, как рубежники утихомирили нечисть, та повеселилась на славу. Часть окон в домах на Данилова, а после и на Приморском шоссе, зияла осколками (это какой же дурью надо обладать, чтобы пробить стеклопакет!); пара прикрученных скамеек оказалась вырвана с корнем; по пути встретились разгромленная остановка и перевернутая «Газель».