Дмитрий Белов – Путь в никуда (страница 32)

Если гора не идет к Магомеду, что надо сделать? Вот что-то подобное я и воспроизвел, сходя до оставленной спутницы и перенеся ее к вещам на руках. Алинка уже пришла в себя. И даже пыталась возмущаться таким самоуправством, уверяя, что может идти сама. Но я слишком перенервничал за нее недавно, чтобы избавить от собственной опеки.

Разобрать гермуху и выдать девушке сухую одежду — дело техники. Со спасами мы, кажись, распрощались. Если не прибьет дальше по течению, то плыть предполагается без них. Ну да ладно, что уж тут поделать. Мне жальче собственную мембранную куртку, кучу бабла отвалил. Двадцать водяных столбов (мера водонепроницаемости в метрах) держала как нефиг делать. Проверено в полевых условиях, можно сказать. Хорошо Алинкина была приторочена между герм — удержалась каким-то чудом. Кто ж его знает, сколько нам еще плыть и по какой погоде. Попытался немного поудить, пока болезная прохлаждалась в тенечке выросшего у воды куста. Но клева не было. Даже вездесущие мальки не сновали, как будто вся рыба в округе вымерла в одночасье.

Оклемавшаяся недоутопленница начала канючить, что сидеть на одном месте скучно, место ей не нравится и пора плыть дальше. В общем-то, доля логики в этих рассуждениях есть. Но я хотел убедиться, что со спутницей все в порядке. Поэтому присел рядом, с тревогой вглядываясь в приобретшее былые краски лицо.

— Как так получилось, что ты ушла под воду? — начал я разговор, чтобы протянуть время до принятия окончательного решения плыть или не плыть.

— Сама не знаю. Как будто затягивало что-то. Я вроде неплохо плаваю, но тут почти сразу под воду ушла, и выплыть не получалось. Одна мысль: как бы не вдохнуть. А потом все как в тумане.

Я вспомнил, как долго сам выбирался из водяной ловушки. Видимо там бил холодный ключ, закручивая подводную аномалию. Бывало, что и мастера спорта по плаванию из таких гиблых мест не выбирались. Так что просто несусветное везение, что смог выкарабкаться сам и спутницу спас.

Посидев еще с пяток минут, все же решил продвигаться дальше, выискивая более удобное для привала место. Помог Алине забраться в байдарку. Хоть девушка и хорохорилась, но все же слабость после незапланированного погружения давала о себе знать.

Греб я, полностью взяв на себя всю нагрузку. Не могу сказать, что это было очень уж сложно. В основном течение несло само, я только подправлял, не увеличивая сильно скорость. В таком ритме прошло еще несколько часов. Бывшее пожарище осталось за спиной, и по берегам уже росли деревья. Из приятных бонусов — нашли один из спасжилетов, запутавшимся в прибрежных кустах. Второй, похоже, канул в лету.

Дело близилось к вечеру, пора было подыскивать место для ночной стоянки. Приглядев удобный берег, покрытый нормальным лесом, мы зачалились. Я крепко привязал байдарку к росшему у воды дереву, не став сразу ее вытаскивать. Успеется. Вытащил только гермы, переодевшись в более удобную для суши одежду. Устроил красу-девицу на берегу оберегать пожитки. А сам взял пилу и пошел посмотреть, как тут насчет дров.

Уже начло немного темнеть, припозднились мы. Полоса выжженного леса оказалась весьма широка, так что пока доплыли до нормальных берегов — много времени утекло. Кроме поиска дров решил по широкой дуге обойти место предполагаемой стоянки. На холм я забрел случайно, просто глаз царапнуло какое-то несоответствие с окружающим ландшафтом, а так мог бы и пропустить. А когда подошел ближе, наконец понял, что же привлекло мое внимание.

Старое кладбище. Покосившиеся деревянные кресты, разрушенные временем и поросшие мхом надгробные плиты. Я не очень верю в мистику, но по спине прошелся неприятный холодок. Да еще и неестественная тишина вокруг, ни щебета птиц, ни обычного шелеста леса, все как будто вымерло. Неприятное соседство, надо бы найти другое место для ночлега. Но вместо того чтобы вернуться назад я зачем-то пошел вдоль надгробий.

Цветы тут никто не высаживал, и могилы казались заброшенными, только гнилое дерево крестов торчало из земли, да кое где наспех обработанные гранитные глыбы. Таблички не сохранились за давностью лет, только ближе к краю угадывались даты и фамилии. Удручающее место, я уж было хотел развернуться назад, но тут внимание привлекло несколько ям на окраине, как язвы выделяющихся на теле земли. Стало жутковато, хоть я и успокаивал себя, что видимо это дикие звери, те же кабаны, разрыли землю в поисках корений.

Уж не знаю, что дернуло меня подойти ближе. Ям было ровно тринадцать и их полуобвалившиеся края навивали мысли о разоренных могильниках. На насыпанных как попало комьях земли даже трава не прорастала, будто гиблое место было отравлено на многие годы вперед. Неприятное местечко, даже жутковатое.

Быстрым шагом вернувшись назад, я нашел Алину распаковывающей гермы в намерении поставить палатку.

— Собирайся обратно, мы отчаливаем, — не терпящим возражений тоном сказал я, как попало запихивая вытащенные вещи.

— Что случилось? — Обеспокоенно спросила девушка, удивленная такой резкой переменой.

— Рядом с нами старое кладбище. Ты же не хочешь ночевать в компании упырей и вурдалаков. — Полушутливо ответил на вопрос я, пытаясь скрыть собственное беспокойство и беспричинный страх.

— Ух ты. Дим, а можно я погляжу, ну хоть одним глазком?

Я даже опешил о такого ее предложения. Наступающие сумерки, безлюдное место, мрачный погост. Неужто не страшно? Вот дите цивилизации-то. И вдруг я краем глаза заметил какое-то движение среди леса, как будто бы серая тень перебежками двигалась в нашу сторону.

— Нет, мы уплываем сейчас же.

Подхватив одну из герм, я обернулся к байдарке и похолодел от ужаса. Надежно привязанное судно дрейфовало в русле на самой середине, со все возрастающей скоростью, явно превышающей скорость течения, увеличивая расстояние между нами.

На раздумье не больше секунды, сбросить ботинки и куртку, и прыгнуть в ледяную воду, тут же холодными щупальцами обнявшую тело. Быстрыми гребками я пустился вслед за беглянкой, но, казалось, расстояние между нами не только не сокращалось, а даже увеличилось.

На берегу испуганно вскрикнула девушка, оглянулся в ту сторону, и тут у меня свело мышцы икры. Острая боль прострелила до самого позвоночника, и нога сразу стала как не своя. Подтянул ее к себе, нажимая на большой палец, пытаясь снять спазм. Вгляделся в оставленный позади берег, решая, что в данный момент важнее, вернуться Алине на помощь или в экстренном порядке догонять уплывающее средство дальнейшего передвижения.

Нога тем временем немного обрела чувствительность, но тут же свело вторую. Что за хрень? У меня такого вообще никогда не было, даже когда зимой в прорубь влез. Первую ногу еще не отпустило, как следует, а тут и вторая недвижима оказалась. Я начал тонуть, поскольку заполошные движения руками на плавание не тянули совершенно. Голова ушла под воду подозрительно быстро, к нижней части туловища как будто пудовую гирю вместе с якорем прицепили.

Вот никогда бы не мог даже предположить, что вода может таить для меня опасность, всегда хорошо плавал. А теперь вся борьба сосредоточилась за возможность глотнуть воздуха. Вдруг что-то потянуло наверх, в руки уткнулась плотная ткань. "Спасжилет", — отстраненно подумал я, жадно, рывками вдыхая такой необходимый сейчас воздух.

— Как ты?

На меня смотрели обеспокоенные глаза девушки.

— Нормально. Байдарку лови.

Она кивнула и, не мешкая, поплыла вслед уплывающей беглянке. Через несколько секунд и я пришел на помощь, все-таки догнав своевольную байдарку. Потом больших усилий стоило протащить лодку обратно за веревку против течения к оставленным вещам.

— Может, переоденемся? — жалобным голосом спросила дрожащая замерзшая девушка.

Да и у меня самого зуб на зуб не попадал. По-хорошему здоровьем только недавно чудом спасшейся девушки стоило озаботиться серьезно. Тем более плавать и переохлаждаться ей сейчас категорически возбранялось. Но не отпускала какая-то иррациональная тревога на грани паники. Мне совсем не нравилась окружающая обстановка, кладбище, наступающая темнота, неясные, как будто плотоядно скалящиеся тени среди деревьев, все эти непонятки, вымершая тишина вокруг — ничего не нравилось в этом месте. Поэтому наотрез отказался.

Кое-как покидав вещи, мы забрались внутрь, уже не обращая внимания, что с одежды текло, а холодный ветер пробирал до костей. Мне хотелось как можно дальше оказаться от этого неприветливого места. Остановились мы, когда уже совсем стемнело и на берегу противоположном прошлому.

Сразу же переоделись в сухое. Но этого было явно не достаточно, чтобы согреться. Промерзли, казалось, до самого нутра за время этого марш-броска до теперешней стоянки. Идти за дровами по полному опасностей ночному лесу уже было поздно, но выгнать из тела стылый холод было просто жизненно необходимо, иначе сляжем с простудой оба не позже завтрашнего утра. Поэтому нацепил на лоб фонарь и отправился за сушняком, собирая все, что попадало под ноги.

Сложив собранное на месте предполагаемого костра, наломал сверху тонких сухих еловых веток и, скомкав какую-то завалявшуюся в кармане бумажку, попытался разжечь костер. Крутанул колесико зажигалки, но вместо ожидаемого язычка пламени получил пшик. Неужели еще и топливо в ней закончилось? Ну откуда все эти напасти?