Дмитрий Белов – Путь в никуда (страница 2)

Через какое-то время ей уже все равно, что мы находимся в общественном месте, где нас в любой момент могут застукать. А для меня это было как острая приправа к основному блюду, которое медленно, но верно доходило до кондиции в умелых руках. А мерный перестук колес и еле ощутимая вибрация движущегося поезда придавали некую пикантность творящемуся беспределу.

Еще бы ложе пошире и подлиннее, все же койка в поезде совсем не предназначена для постельных утех. Но и эта проблема решаема, достаточно только согнуть ноги в коленях. Долой мешающие трусики, мне нужно больше простора в действиях. Она попыталась возмутиться творящемуся бесчинству, сказать что-то, но ротик был заткнут безапелляционно вторгнувшимся языком, игриво приглашающим собрата сплестись в экстазе поцелуя. Конечно, хотелось попробовать ее рот в другом качестве, но делать это на и без того узкой и короткой полке неудобно, а в туалете неромантично.

Изначально я вообще хотел ограничиться только руками, довольно-таки невинный вид близости, дозволяемый даже скромницами. И поймать на месте преступления в общественном месте сложнее, ведь движения рук не так очевидны. Но в крови уже взыграл огонек хмельного азарта, взбурлил пенной лавиной, толкая на рискованные поступки. И каким-то мужским чутьем понимаю, что есть шанс на большее. Так что же его упускать?

Бросив по сторонам внимательный взгляд и отметив, что мы до сих пор не привлекли ничьего внимания, я разворачиваю красотку попкой к себе и нащупываю в кармане брюк свернутое колечко средства предохранения. Как чувствовал, что может пригодиться. Она пытается вывернуться из цепких рук. Врешь, от меня не уйдешь. Привлекаю ее обратно, шепча на ушко милые глупости и попутно лаская ее пальцами до тех пор, пока не расслабится. И только когда чувствую отклик ее тела, заменяю движение пальцев внутри нее кое-чем более существенным, срывая тихий стон. Движения плавные, но сразу быстрые, для длительной прелюдии нет времени. Несколько сбил с ритма незапланированный шум в проходе, видимо кто-то собирается пройти мимо. Быть застуканным за таким действием совершенно не входит в мои планы, поэтому замираю и натягиваю простынь выше, практически скрывая прильнувшую ко мне девушку.

Адреналин зашкаливает у нас обоих, и как только минула угроза разоблачения, мы бросаемся в пучину страсти с новой силой. Я чувствую, как собирается тугим кольцом внизу живота волна подступающей разрядки, да и движения девушки становятся быстрыми, рваными, она тоже на пределе. И я уже не держу себя, чувствуя сладостные волны женского удовольствия, сжимающие меня внизу, и это становится последней каплей столкнувшей меня в собственный водоворот оргазма.

Немного отдышавшись, я помогаю Аллочке одеться, привожу в порядок себя. Наша соседка по купе так же мирно спит, не подозревая о произошедшем. Ну и к лучшему. У меня же останется еще один эпизод, добавленный в копилку волнующих воспоминаний. Нежно целую девушку в щечку. В теле приятная расслабленность и нега. Неплохо бы поспать хоть немного, завтра полноценный ходовой день и силы еще понадобятся. Так что время задушевных разговоров и ухаживаний закончилось, о чем я прозрачно намекаю поджавшей губки попутчице, желая спокойной ночи. Извини, милая, но мысленно я уже не с тобой.

Казалось, только прикрыл глаза, а уже кто-то из приятелей трясет за плечо. Пора вставать. И как бы ни хотелось залезть под подушку от назойливых поползновений импровизированного будильника, делать это придется. Поезд стоит на станции всего три минуты, а за это время всем надо успеть выгрузить многочисленный скарб и спрыгнуть с подножки на рельсы самим. Натягиваю на ноги ботинки, на плечи штормовку, вытаскиваю из прохода рюкзак и составную часть плавсредства.

Объект моей ночной страсти спокойно спит, разметавшись по узкой койке. Легонько провожу тыльной стороной ладони по щеке в мимолетной ласке, запоминая ощущение бархатистости ее кожи. И все, вперед к новым свершениям.

Перрона нет, приходится спрыгивать с подножки на гравий путей, сразу ловлю чью-то зачехленную байдарку, еще одну, рюкзак. Потом разберемся где чье, сейчас главное успеть выгрузиться до отправления поезда.

Воздух прохладен и свеж, над землей стелется полотнище тумана. Хоть уже и середина июля, но погода стоит не жаркая, самое оно для таких вот вылазок на природу. Поезд уехал, стуча колесами по металлическим направляющим рельс, и тишина раннего утра окутала нас. Кажется зябковато после душного и теплого нутра вагона, но задумываться об этом некогда, впереди нас ждет река и девственная незапятнанная цивилизацией природа.

Насчет заброски ребята договорились заранее, найдя через инет нужного человека. И на площади у станции нас уже ждет одинокий ГАЗ 66, военный полноприводный грузовик, в народе называемый шишигой. Рядом с машиной Колян и… какая-то гламурная блондинистая деваха, резко выделяющаяся из толпы туристов своей модняцкой куртенкой до талии и джинсами со стразами.

Что за хрень? В голову начинают закрадываться нехорошие предчувствия. Поскольку у меня в плавсредстве имеется свободное место, человека, взятого вместо Вада, прочили определить именно ко мне. Но я был полностью уверен, что это будет парень, даже никаких сомнений не было. Черт, вот попал-то. Колька ведь ходит на каяке, а он одноместный. Значит, это недоразумение всю неделю будет мозолить мне глаза своим затылком.

Вдох-выдох, пытаюсь успокоиться, чтобы не обложить матюгами по полной, сам виноват, надо было выяснять все подробности заранее. Но далекая от приличия фраза сквозь сжатые зубы все-таки проскальзывает и пижонистая красава ее, несомненно, слышит.

Пожимаю Коляну руку, исподлобья рассматривая его спутницу.

— Знакомьтесь, это Алина, — представляет он девушку.

— Я надеюсь, что эту кралю не собираются подсадить ко мне? — недовольно изрекаю я вместо приветствия.

— Зря надеешься, — весело отвечает парень.

И тут она поворачивается. Могу сказать, что мы невзлюбили друг друга с первого взгляда: эта гламурная фифочка таким надменным взором меня окатила. Но подозреваю, в моем льда было ничуть не меньше. Она демонстративно фыркнула и отвернулась.

Водила открывает кузов и мы грузимся. Девушек в кабину, а сами в кунг (кузов), к вещам, стараясь расположиться на лавках с относительным комфортом. Еще на пару часов можно расслабиться. Не поспать, конечно, но хотя бы просто посидеть. Разговор идет вяло, народ еще не проснулся толком. По пути одна техническая остановка, мальчики — налево, девочки — направо. Уже полностью рассвело и потеплело, так что можно скидывать лишнее обмундирование, тем более в нагретом кузове становится жарковато.

Но все когда-то заканчивается. И вот машина уже тормозит возле реки, но рассматривать красоты природы пока рано. Вещи перекочевывают из нутра колесного транспорта на землю, и он, обдав нас облаком пыли, скрывается с глаз, трясясь по грунтовке обратно.

Я подхожу к влажно мерцающей водной ленте, полной грудью вдыхая воздух свободы. Вот оно — счастье. Только идиллия уединения была разрушена новенькой, присевшей на камень рядом и вперившей взгляд вверх по течению красавицы-реки, где мечутся в переплетении камней пенные бурунчики волн.

На этот раз нам повезло, нас довезли до самой воды, и тащиться через лес с грузом как в прошлый раз не придется. Находим рядом ровную большую поляну, перетаскиваем на нее снаряжение и встаем на стапель (сборка судов). Погода замечательная, впереди дни активного отдыха, чего еще можно желать? Наверное, только отсутствия этой размалеванной, как будто на прием светский собралась, девахи. Ладно, если быть объективным, то собой она была весьма недурна, привлекательные черты лица, аппетитная фигурка. Встреть я ее в другое время и при других обстоятельствах, сделал бы все возможное, чтобы разложить в горизонталь. Но она была представлена девушкой приятеля, и не просто временное увлечение, как я понял.

Нет, я не имею ничего против девушек в походах. Но то были боевые подруги, ощутимо помогающие в бытовых вопросах. И не могу сказать, что только в готовке еды дело, ну может только овощи покрошить для супа, или лук с чесноком порезать помельче. По большей части приведение пищи насущной в съедобный вид частенько ложилось на наши широкие плечи, а приготовление ухи — вообще истинно мужское занятие. Я имею в виду установление палаток, сбор-разбор герм (герметичных мешков для одежды), прочие работы, не требующие физической силы. Все, кто ходили с нами до этого, ни в коем разе не были обузой, каждый вносил свой вклад в общее дело.

А сейчас, когда все разбирали рюкзаки, вытаскивая шкуры (наружная часть байдарки) и прочие вещи, складывали каркас, эта краля блондинистая пошла цветочки рвать. Собирая детали каркаса, скрепляя их шнурами и обматывая изолентой, я краем глаза наблюдал за навязанной обузой. Даже не представляю, как я с ней буду проходить пороги. Видимо придется делать все самому, поскольку надежды на эту малахольную никакой. И обменяться с Коляном средствами передвижения по воде не представлялось никакой возможности. Колька каякер, а это одноместное судно, у него другая балансировка, размеры. Перестроиться не так-то просто. Причем садиться в каяк привыкшему к байдаркам гребцу еще хуже — сложнее удержать равновесие, из-за того что он меньше и легче. Так байдарка еще и чужая, с меня же друг с самого шкуру спустит, если я ее кому доверю, и судну прорвут днище. Все ж не дешевая вещь.