Дмитрий Баскаков – Маг и нимфа, или неправильное фэнтези (страница 123)

— Давай колечко! — сказала она.

Василиса не нашлась, что ответить, — склонив голову на бок, она хватала ртом воздух.

— Нет? — спросила лесная жительница. — Что ж, в таком случае, я готова идти сама.

***

— Значит, ты твёрдо решила вернуться? — спросил я.

Димеона-Мелисса смотрела на меня прямо. Этот взгляд не был тяжёлым, просто я чувствовал, что сейчас она видит меня насквозь, и от этого делалось немножечко неуютно.

— Максим, — говорила жрица. — Я очень ценю твоё отношение, и я очень надеюсь, что, как и я, ты не собираешься отрекаться от ранее сказанных слов, но мне не слишком-то улыбается перспектива всю жизнь оставаться всего лишь чьей-то фантазией... Даже если этот «кто-то» — в каком-то смысле я сама. Понимаешь?

Я кивнул.

— Вот так, — сказала друидка. — Когда мы познакомились, я спала. Теперь я проснулась и хочу вылезти из кроватки. Я сама выбираю, кем быть. Надеюсь, это не станет проблемой?

— Нет, что ты... — пробормотал я.

Нимфа посмотрела на меня ещё раз — и улыбнулась.

— Дурилка, — сказала она. — Неужели ты думаешь, что, смени я хоть сотню обличий, моё отношение к тебе изменится?

— Я боюсь этого, — признался я.

По-прежнему улыбаясь, жрица взяла мою руку и сжала её между своими ладонями.

— Максим, — переходя на мурлычущий шёпот, сказала она. — Обещаю тебе: что бы со мною ни стало, в кого бы я ни превратилась, для меня ты навеки останешься моим дорогим человечком...

Она приблизила своё лицо к моему, так что теперь я мог слышать её дыхание.

— Обожаю тебя, — выдохнула она.

— Люблю тебя, — сказал я, сжимая её пальцы своими.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она.

Мы поцеловались.

— А это, — она кивнула в сторону белого саркофага, установленного в центре лаборатории, — мой маленький женский каприз. Надеюсь, ты простишь меня?

— Уже простил... — прошептал я, не в силах оторвать глаз от водопада светлых волос, струящегося по её плечам. — Но я всё равно за тебя очень волнуюсь.

Рука лесной леди сжалась вокруг моей ещё крепче.

— Не волнуйся, я быстро, — сказала она. — Зато потом, когда я вернусь, мы, наконец, сможем уже в миру...

Пальцы её медленно поползли по моему запястью вверх, к локтю. Вселенная расплылась и пропала.

Положение спасла Василиса, платье которой издало предательский шорох. Вампирша стояла в дальнем углу комнаты, глядя подчёркнуто в сторону. Димеона-Мелисса вздохнула и отступила на шаг — пальцы её ещё раз стиснули мою руку.

— Увидимся, — сказала она, наконец, отпуская меня. Я почувствовал, что начинаю дышать.

Аполлон Артамонович глядел в нашу сторону и улыбался, как кот, сцепив пальцы на рукояти трости. Ерёмин смотрел на меня, как на проштрафившегося студента. Пек пялился в мониторы — вид у него был сосредоточенный. Лицо Осадько не выдавало эмоций.

— Можем мы начинать? — спросила магистр.

— Люблю тебя, — одними губами сказала мне нимфа. — Да, — обернувшись, произнесла она громко.

Пальцы Пека, порхавшие по клавишам, заполняя комнату уютным размеренным стуком, с ощутимым усилием впечатали последний аккорд и замерли. Щёлкнули предохранительные задвижки, слаженно взвизгнули сервоприводы, и крышка большого, убранного пластиком ящика начала медленно подниматься.

— Давление — восемь, температура — семьдесят девять, — хриплым, чуть деревянным голосом сказал Пек, и я понял, что он тоже волнуется. — С охлаждением всё в порядке, излучатели в норме.

— Отлично, — Ерёмин дождался, пока он встанет из-за компьютера, и сам сел к пульту управления. — Можете занимать своё место.

Димеона подмигнула мне и, качнувшись, поплыла к массивному постаменту. На мгновение замерев на подножке, она внимательно оглядела предназначенное ей ложе, после чего легко скользнула внутрь и там завозилась, устраиваясь. Поясок платья какое-то время свисал через бортик, словно последняя ниточка, соединяющая её с внешним миром, потом нимфа подобрала и его. Я стоял и смотрел на происходящее с замиранием сердца.

— Страшно?

Обернувшись, я увидел, что Пек стоит теперь рядом со мной. Ободряюще улыбнувшись, товарищ похлопал меня по спине. Ритмично гудели насосы.

— Только не говорите, что из Фэнтези-сектора всех вот так возвращают... — пробормотал я.

Молодой маг закашлялся.

— Боже упаси! — сказал Аполлон Артамонович.

Я взял себя в руки и пошёл к постаменту — вокруг него шла жирная красная линия, но пока никто ничего не говорил. Я подошёл совсем близко и встал у основания ступеней.

Димеона-Мелисса лежала внутри, на подушках в горошек, и смотрела на меня внимательно и спокойно. Я молчал.

— Когда... — подождав, подала голос она.

— Если... — одновременно с нею заговорил я и, осёкшись, замолчал.

Секунду мы молча смотрели друг другу в глаза, потом нимфа широко улыбнулась.

— Когда я вернусь, покажешь мне город? — спросила она. — Помнишь, ты обещал...

— Покажу, — кивнул я, подходя ещё ближе, чтобы иметь возможность снова взять деву за руку. — Правда, ты наверняка сама его знаешь...

— Неважно, — тон друидки был глубоким и ровным. — Увижу его ещё раз... Твоими глазами.

— Первый контур заряжен, — сказал Ерёмин. На него не обратили внимания.

— Это... Интересно, — сказал я. — Узнать, как знакомые вещи представляют другие.

— Я готов начать, — сказал оперативник.

Пальцы нимфы в который уже раз за вечер крепко сжали мои.

— Не скучай, хорошо? — сказала она. — Я быстро: туда и обратно.

— Начинайте, — кивнул Аполлон Артамонович.

— Я буду ждать тебя, — сказал я.

— Максим, — Осадько смотрела на меня без приязни. — Сколько можно? В самом-то деле...

Я ещё раз взглянул Димеоне в глаза.

— Увидимся, — подмигнула она.

— Люблю тебя, — сказал я, размыкая ладонь.

— Люблю тебя.

— Я начинаю, — объявил Ерёмин. — Возражения есть?

Я медленно сделал три шага назад и оказался у основания саркофага. Друидка глядела в моё лицо с прежней полуулыбкой. Тихо щёлкали клавиши. Крышка ящика вздрогнула и медленно поползла на своё место.

— Одну минуточку! — раздался за моей спиной голос Пека. — Одну минуточку!

Крышка, вздрогнув, зависла в полузакрытом положении. Все взгляды обратились к молодому волшебнику — тот озирался по сторонам с таким видом, словно сам был удивлён тем, что только что подал голос.

— Я только хотел спросить, — неуверенно переминаясь под взглядами старших магов, произнёс он. — Димеона Миянская, Мелисса Миянская... Что это такое — «Мия»? Я искал, но в справочнике по сектору не было.

По лицу лесной нимфы прошла тень весёлости — видно было, что вопрос ей понравился.