Дмитрий Бабаев – Русско-Американское общество: новые Высоты (страница 1)
Дмитрий Бабаев
Русско-Американское общество: новые Высоты
Глава 1
Глава 2
Глава. Смерть и кольцо.
Вопреки прочим очевидцам-свидетелям дуэли со стороны Константина Чернова, Андрей отправился за телом едва живого Владимира Новосильцева – оставалось одно неоконченное дело между двумя молодыми людьми, одна из целей приезда Бежина в столицу.
Прибыли в какой-то постоялый двор на Выборгском шоссе, уложили раненного на кровати и началась беготня: кто-то голосил о докторе, кто-то принялся за поиск кипяченной воды, бинтов, охи, ахи, стоны то и дело раздавались по зале – суета не позволила Андрею даже подойти к Новосильцеву, да и мог ли Бежин в подобной ситуации начать разговор о кольце – мещанство, когда ты присутствуешь в момент покидания душой бренного тела.
Он вышел на улицу. Здесь было спокойнее, хотя у природы тоже началось угасание – лето прощалось со столицей ожерельем желтых и красных листьев, пахло влажностью и приближением холодов.
Однако ж вскоре нерешительность и бездействие было прервано появлением кареты у главного входа. Возница расторопно спрыгнул с козел, открыл двери кареты и произнес:
– ваше сиятельство, Екатерина Владимировна, прибыли-с. Это здесь. Какие будут приказания?
– перенеси-ка мои вещи в дом.
– ваше сиятельство, а что сказать управляющему?
– скажи ему, что постоялый двор покупает графиня Новосильцева.
У слуги и мысли поперек ее слов не возникло: пожал плечами – покупает, значит, покупает и принялся выносить багаж.
Когда графиня приблизилась к водным дверям Андрей поспешил представиться, в голове его созрел план разрешения, мучавшей его, дилеммы:
– ваше сиятельство, графиня Новосильцева, позвольте представиться, Андрей Владимирович Бежин. Имел оказию присутствовать на злополучной дуэли, имею с вашим сыном одно неразрешенное дело. Позвольте…
– потом – оборвала она его, махнув рукой и устремилась внутрь необъявленной усыпальницы.
Бежин последовал за ней.
Графиня вошла в дом, увидела на кровати раненого сына и направилась к нему твердым шагом. Владимир Дмитриевич еще был в сознании и когда увидел ее яростно проревел:
– пока я жив, не подпускайте ее к моей постели! Заклинаю! Это все из-за нее!
Мать Новосильцева остановилась и Андрей увидел, как из ее глаз брызнули слезы, а губы нервно задрожали. Но тут же все прекратилось – и дрожание и сырость на лице. Увидев все это, Бежин подумал о том, что все в графине было слишком: слишком спесива, слишком неистово любит сына, слишком горда, как все Орловы, чтобы ее сын женился на незнатной Екатерине Пахомовне Черновой, слишком безразлична к чужому мнению.
На этих словах Владимира Дмитриевича все присутствующие обратили внимание на графиню. На нее устремились взгляды полные презрения, а она ответила на них безразличием:
– кто здесь занимается лечением моего сына?
Полковник Герман ответил:
– послали за еще одним доктором, дуэльный врач рядом с вашим сыном, ваше сиятельство, Екатерина Владимировна.
– отправьте нарочного в Артиллерийский госпиталь за доктором Арендтом. Он не откажет мне в помощи по исцелению сына – ответила на это графиня.
***
– я дам вам лаундаум для облегчения страданий, но сначала я вас осмотрю и задам несколько вопросов.
– извольте, господин доктор.
Арендт принялся осматривать тело еще живого графа, соблюдая врачебную этику и, не произнося ни звука, ни слова. Посмотрел в лицо, глаза, оценил цвет кожи. Потом померил пульс, осмотрел сюртук, открыл повязку на ране, сделал ее осмотр. Затем пальцами сделал несколько нажатий на брюшную полость вокруг. Новосильцев застонал. Все присутствующие молчали, эфир воздуха насыщался болью и муками раненого и невысказанными эмоциями очевидцев.
Андрей поморщился, ослабил воротник сорочки и повернулся в пол-оборота. Одно дело видеть почти высохшую кровь и мертвое растерзанное тело на земле, и совершенно другое присутствовать при непрерывно источающем собственную кровь еще живом человека – это травмировало душу.
Николай Федорович продолжал осмотр, а взор Новосильцева внезапно прояснел и он произнес:
– позвольте, да я вас знаю. Вы…
Андрей повернулся, поняв, что граф смотрит на него и сейчас обращается к нему, завершил слова Новосильцева:
– Андрей Владимирович Бежин. Прибыл к вам для приватного дела.
– как же, как же?! Помню. Пари. Но вы были на дуэли со стороны Константина Пахомовича Чернова. Как он там?
Бежин отвечал:
– не имею ни малейшего представления-с, после дуэли я последовал за вами с целью завершить, произошедшую меж нами реть.
Граф не слушал:
– все могло быть иначе… – пространно сказал он.
В этот момент Арендт впервые произнес:
– у графа испарина на лице и холод ног. Принесите лед и горячей воды – обратился он к своим ассистентам, а Андрею заявил – сударь, я прошу вас покиньте место подле графа, не время сейчас для частных дел.
Новосильцев воспротивился:
– нет постойте, Андрей. Я прошу вас, если посетите Константина Чернова, принесите ему мои искренние извинения и скажите, что и я прощаю ему все мыслимые и немыслимые прегрешения. Все могло быть по-другому…
Не дожидаясь гневного взгляда доктора, Андрей отошел от одра Новосильцева. Видимо, его ситуация должна была решиться как-то иначе.