Дмитрий Абрамов – Принуждение к миру (страница 42)
– Вы предлагаете Советскому Союзу вести себя как империалистическое государство?
– Нет. Я предлагаю Советскому Союзу действовать так, чтоб империалистические государства не на словах, а на деле боялись Советского Союза, до дрожи в коленках.
– Понятно. Но применительно к вопросам конференции?..
– Европа должна быть полностью нашей. Швейцарию мы можем взять в полную блокаду. И она будет вынуждена выполнять все наши требования. Испания-Португалия – там нам надо потребовать как минимум официального объявления ими вечного нейтрального статуса и проведения свободных выборов с участием коммунистов. Ирландия – оттуда американцев вряд ли в ближайшее время получится выпроводить. Но мы можем потребовать строгого ограничения военного присутствия США там. Скажем, не более двух дивизий. И полный запрет на размещение там стратегических бомбардировщиков и другого вооружения, могущего в будущем выполнять стратегические задачи. Эти же требования должны быть распространены на оккупационную зону США в Британии. Далее. Надо вопрос с Гренландией решить. С американскими базами там. Они уже там не нужны. Пускай выводят оттуда свои войска на Тихий океан. И, думаю, Датское правительство будет не сильно против передать Советскому Союзу этот остров в аренду или даже в собственность в обмен на помощь в урегулировании, – не удержался и пошутил, – вопросов по датским репарационным выплатам Монголии и Туве[65].
Пережидаю смешки Сталина и продолжаю.
– В моей истории был план Маршалла. Поставки ширпотреба и продуктов в Европу и восстановление экономики европейских стран за американские кредитные доллары. США на этом нажились как бы не больше, чем на собственно военных поставках воюющим странам. Сейчас же ситуация в Европе сильно отличается от той, что была в моём прошлом-будущем. Британцы и американцы начали бомбить Рейх и его союзников в феврале 1942 года. Но у нас, здесь, эти бомбёжки закончились уже через год и особого ущерба экономике Рейха не принесли. В моей же истории за 43–45-й годы на Германию и другие страны Европы англо-американцы сбросили почти в тридцать два раза больше бомб, чем они же сбросили в 42-м году. К этому надо прибавить ещё то, что практически по большинству стран Европы тогда прошли-прокатились серьезные и ожесточённые бои, чего у нас, здесь, почти не было. То есть в моей истории – Европа реально лежала в руинах. И помощь из США действительно была нужна. Сейчас же нам и европейцам разве что продовольственная помощь пригодится. Да и то, думаю, имеет смысл, чтобы американцы сильно нос не задирали и губу не раскатывали, послать делегации в Южную Америку и сторговаться с Бразилией и Аргентиной на продовольственные поставки. А расплатиться с ними можно будет или трофейным оружием, или нашим старым, после того как закончим перевооружать РККА.
Прервался. Налил в стакан водички из графина. Выпил.
– Про международные расчёты в долларах был разговор, товарищ Сталин? – спрашиваю.
– Да, есть такое предложение. Упоминает Рузвельт об этом в своих письмах, и в Минске он мне про это втолковывал.
– В моей истории в 45-м году у США позиции были гораздо сильнее, чем сейчас. У них была союзная Британия, и западная Европа была под ними.
И они навязали СССР и миру международные расчёты в долларах. Доллары их, и они могут этих долларов печатать сколько душе угодно. И ими расплачиваться за реальные товары-ценности. Не думаю, что для нас это выгодно. Считаю, что международные расчёты должны быть организованы следующим образом. Внутри зон влияния расчёты ведутся в валюте ведущей державы этой зоны. У нас – рубли, у них – доллары. Может, ещё где какая зона образуется. Расчёты между валютными зонами – строго в привязке к золоту и с физическим перемещением золотых слитков между зонами по итогам отчётного периода.
– Золота у нас маловато, потратились серьёзно, – замечает Сталин.
– Если товарищ Тельман хорошенько покопается в нацистских архивах, то сможет найти документы о награбленном Гитлером по Европе золоте и о том, что это золото в швейцарских банках заскладировано. Полагаю, что Правительство СССР сможет заставить Швейцарию выдать это золото Советскому Союзу как наиболее пострадавшей от нацистской агрессии стране. Ну и Британию надо будет хорошенько тряхнуть на предмет золотишка.
– Мы рассмотрим это предложение, – замечает Верховный. – По войне с Японией вы уже высказывались на предыдущих совещаниях. Можете ещё что-нибудь добавить?
– Да. Нам надо определиться с целями, которые нужно достичь по результатам окончания войны на Тихом океане. На мой взгляд, это следующие цели. Первая – возврат потерянных в Русско-японскую войну территорий.
– Ну это понятно. Сахалин-Курилы.
– Не только. Корея и Маньчжурия. Они хоть и не входили в состав Российской империи, но входили в зону её влияния. Так что и Маньчжурия, и Корея должны как минимум стать союзными нам странами.
– Но китайцы считают Маньчжурию своей.
– Китайцы много чего своим считают. Китай и так слишком большой. Огромность Китая всегда будет провоцировать его руководителей на самостоятельность, на не согласованную с СССР политику, в моей истории с этим мы столкнулись почти сразу, как только китайские коммунисты выиграли там в 49-м году свою гражданскую войну. И это вторая проблема, которую нам следует решить. Маньчжоу-Го сейчас союзник Японии. Это государство признано советским правительством, и, воюя с Японией, мы будем вынуждены и с Маньчжоу-Го воевать. А победив Маньчжоу-Го, мы вполне обоснованно можем или включить Маньчжурию в состав СССР, или сделать её независимой. Китай тут абсолютно не при делах. Думаю и с Мэнцзяном следует поступить так же. Или вообще присоединить его к Монголии. Синьцзян – по-нашему Восточный Туркестан. Думаю, там мы без проблем сможем создать независимое и дружественное нам государство. Там ведь мусульмане живут. Чего у них общего с китайцами? А лет через пять-десять вполне можно будет Восточный Туркестан присоединить к Советскому Союзу. Далее – Тибет. В 1907 году Россия и Великобритания признали сюзеренитет империи Цин над Тибетом. Британии теперь нет. Империя Цин ещё в 1912 году исчезла. Китайские войска и администрация из Тибета выведены в том же году. Фактически Тибет сейчас независим от Китая. Так что, думаю, нам надо признать независимость Тибета и выстраивать с ним дружественные отношения. А если далай-лама вздумает дурковать, то можно там и антиклерикальную революцию поддержать. Таким образом территория собственно Китая сократится более чем на две трети[66]. И вместо нынешних 450 миллионов человек на территории собственно Китая останется порядка 380–390 миллионов. Сейчас население Союза с учётом всего уже присоединённого под 200 миллионов. С Кореей, Маньчжурией, Внутренней Монголией, Монгольской Народной Республикой, Тувой и Восточным Туркестаном нас станет – под 270 миллионов. Согласитесь, что есть разница в соотношениях – 450 и 200 или 380 и 270. А если ещё по результатам войны останется не один Китай, а – два, то вообще – прекрасно. Не может у старшего быть меньше народа, чем у младшего. Китайцы этого не понимают. Они считают – нас больше и мы должны сделать всё для того, чтобы быть главными.
– Цинично.
– Да, цинично, но разумно. Такие расклады усилят СССР и позволят в будущем избежать многих проблем на востоке. В Китае, кстати, надо ещё очень внимательно посмотреть на связи руководства КПК с США и Британией, с их банкирами. Там вокруг Мао столько агентов влияния из США вилось – мама не горюй. Да и сам он с американцами и троцкистами постоянно заигрывает и будет заигрывать. Комсомол китайский – отдельная тема. Там реальный рассадник троцкизма[67]. Ну и третья и, думаю, самая важная цель – недопущение полного разгрома Японской империи.
Смотрю, как отреагирует Сталин на этот мой пассаж. Не, не возмущается – продолжаю.
– Если поражение Японии в войне приведёт к её уходу со всех занимаемых ею сейчас территорий, то там с неизбежностью тут же появятся американцы. Оно нам надо? Усиливать одно империалистическое государство за счёт другого? Нет. Не надо. В моей истории Япония захватила гораздо меньше территорий, чем у нас, здесь, к сему моменту. И даже тогда, в моём прошлом-будущем к моменту капитуляции Японии в 45-м году, американцы не смогли выбить японцев с большинства территорий, захваченных ими.
– Почему, кстати, тогда Япония капитулировала? – интересуется Виссарионович.
– Американцы захватили несколько островов, с которых могли уже бомбить собственно японскую метрополию. Что они и делали, ковровыми бомбардировками уничтожая промышленность Японии. Но у японцев был запасной промышленный район – Маньчжурия, до которой американские бомбардировщики ещё не могли дотянуться. Японцы там весьма развитую промышленность выстроили (и это ещё один довод за то, что Маньчжурия должна быть нашей). Япония сдалась, когда наша армия разбила их Квантунскую армию в Маньчжурии, и она лишилась последнего промышленного района.
– По поводу Маньчжурии-Тибета и Кореи-Синьцзяна понятно. А как вам представляется собственно наша война с Японией?
– Не надо нам с этим торопиться. Решить пока вопросы в Восточном Туркестане и в Тибете. И тянуть время. По крайней мере, до 45-го года, а лучше до 46-го. Может, даже негласно Японии помогать, топливом там, информацией, ресурсами разными. Пущай побольше крови американцам пустят. Надо постараться не допустить потери японцами Марианских островов. Именно оттуда американцы смогли дотянуться своими стратегическими бомбардировщиками до Японии. Когда всё же придёт время в войну с Японией ввязываться – воевать потихоньку, медленно-медленно.